Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Я хмыкнул. Моя система сдержек и противовесов — все друг за другом следят, все друг друга подозревают, и при этом никто не может устранить другого без серьёзных доказательств.

— Продолжай, — кивнул я.

— Мы собрались в одном месте, готовые рвать друг друга за Магинских, — рассказывал Медведь, резко поворачивая руль, чтобы избежать столкновения с поваленным деревом. — И так случилось, что на нас напали. Какой-то орден кровяшей. Много тварей было — полтысячи. Ну, и мы, готовые убивать. Если бы не наши совместные подозрения, конец бы был… А так в нужном месте и времени.

Он выпалил всё это на одном дыхании, не отрывая взгляд от дороги. Точнее, от того, что её заменяло, — узкой колеи между деревьями.

Я мысленно отметил: они явно что-то перекрутили в моих указаниях. Я ведь оставлял систему взаимного контроля и в исключительном случае — уничтожения. Потом придётся разобраться, что именно пошло не так. Но сейчас не до того.

— Мы их положили и всё выяснили, — продолжил Медведь, бросив на меня быстрый взгляд. Его лицо расплылось в довольной ухмылке. — Никто, оказывается, не собирался вас предавать. А потом атаки начали повторяться, твари прут и прут — уже несколько тысяч положили. СБИ, уроды, никак не реагируют. Жмелевскому всё равно.

«Интересно», — подумал я. СБИ — Служба безопасности империи — обычно быстро реагирует на мятежи и крупные вооружённые столкновения. То, что они не вмешиваются, говорит о?.. Жмелевский, тварь оборзевшая! Он же ставленник императора и должен… Или получил приказ сверху не вмешиваться? Ладно, потом разберусь

Джип выскочил на опушку, и моему взору открылась панорама настоящего сражения.

Северная граница владений превратилась в поле боя, вспышки магии озаряли тьму. Я заметил знакомые силуэты Елены и Вероники в их истинном обличье перевёртышей. Они в дыму скользили от одного врага к другому. Рвали глотки, вынимали сердца.

Жора создавал вокруг себя настоящий снежный шторм. В лунном свете кристаллы льда сверкали, как драгоценности. Снег и лёд хреначили так, что нам пришлось включить дворники, чтобы хоть что-то видеть.

Грохот выстрелов, крики раненых, гудение магии, лязг металла — всё смешалось в какофонию битвы. Кровь и трупы устилали землю, в воздухе висел запах смерти, пороха и озона от магических разрядов.

Я глубоко вдохнул этот тяжёлый воздух сражения, подумав: «Я дома».

Наш джип остановился на краю поляны. Из кустов выскочили двое бойцов, направив ружья. Увидев Медведя, они опустили оружие, а заметив меня, расширили глаза.

— Господин Магинский⁈ — воскликнул один из них. — Вы вернулись!

— Судя по всему, вовремя, — выскочил из машины.

Оценил ситуацию. Тварей, напавших со стороны монголов, осталось несколько сотен. Многие носили те же красные повязки, что и группа у ворот. Действовали слаженно, явно по единому плану. Атаковали фронтально и с флангов, пытаясь взять моих людей в клещи. Но наши держались. Витас организовал оборону грамотно — концентрические кольца защиты, укреплённые позиции, чёткое распределение сил. Жора со своей магией льда контролировал правый фланг, Елена и Вероника носились по левому, разрывая врагов на части. В центре Витас командовал основной группой стрелков.

Я сконцентрировался и ощутил присутствие грозовых волков, которых когда-то подчинил своей воле. Они были недалеко. Чувствовали запах битвы и приближались, привлечённые возможностью поохотиться.

Активировал магию подчинения, и в голове заиграла знакомая мелодия — тонкая вибрация, связывающая меня с монстрами.

«Убить! Тех, от кого веет больше всего кровью», — приказал я мысленно.

Кровяши использовали свою магию активно, их тела буквально излучали металлический запах. Грозовые волки легко найдут по этой метке. Мысленная картинка красных повязок на рукавах добавила ясности приказу. Хотя я сомневался, что волки различают цвета. Но вдруг почувствовал, как стая откликнулась.

«Рви! Ешь! И уходите в лес. Я тебя заберу», — добавил новый приказ, одновременно вытаскивая из пространственного кольца Ама.

Водяной медведь материализовался чуть в стороне, за деревьями. Тут же принюхался и ощетинился.

«Папа!» — пророкотал Ам, увидев меня.

«Готов повеселиться?» — спросил я.

«Ам любит!» — радостно отозвался монстр, оскалив ряды жёлтых клыков размером с кинжалы.

«Убей магов с красными повязками. Только их, остальных не трогай, — дал инструкции. — На тебя могут напасть наши, будь аккуратен».

Тут у мишки больше места для манёвра и нет вышек с пулемётами. У ворот — без вариантов, по нему бы открыли огонь.

Машина для убийств сразу приступила к выполнению поставленной задачи. Водяной медведь двигался с такой скоростью, что человеческий глаз едва мог уловить перемещения. Он просто исчез из моего поля зрения и через мгновение уже был в гуще боя, круша и разрывая врагов.

Грозовые волки тоже вступили в битву. Тёмные силуэты скользили между деревьями, нападая из тени и тут же исчезая. В воздухе потрескивали электрические разряды, сопровождавшие каждую их атаку.

— Монстры напали, — пробормотал один из бойцов, глядя на творившееся побоище. — С ума сойти… Почему они атакуют?

— Бывает… — отозвался я, решив присоединиться к битве.

Шипы сформировались над моими ладонями, паря в воздухе, как стрелы, готовые к полёту. Я направил руку в сторону ближайшей группы кровяшей, и снаряды сорвались с места, рассекая воздух с пронзительным свистом.

Три шипа поразили цели, вонзившись в тела магов. Один попытался защититься кровавым щитом, но не успел, как и его друзья. Второй получил шип в живот, другой — прямо в глаз.

Я не стал ждать, пока они упадут. Сконцентрировался на магии яда, и в моей ладони сформировался зелёный шар. Метнул его в сторону кучки кровяшей, пытавшихся окружить группу моих стрелков. Шар разорвался, обдав магов ядовитыми брызгами. Враги, получившие порцию яда, начали корчиться, их кожа покрывалась волдырями и струпьями. Тут же развеял магию, чтобы мои не пострадали.

Побежал в гущу боя, из рук то и дело срывались новые ледяные шипы, то пролетали ядовитые шары. Кровь фонтаном брызгала из поражённых тел, разлетаясь во все стороны.

Заметил, как кровяши пытаются использовать эту кровь, — она поднималась в воздух, собираясь в сгустки, формируя смертоносные конструкции. Кровавые копья, лезвия, даже что-то вроде снарядов — всё это «добро» летело в мою сторону.

Большинство ударов я избегал, просто уклоняясь. Те, что всё же достигали цели, встречала моя кожа степного ползуна. Она выдерживала атаки, хотя боль всё равно чувствовалась. Как пропущенный хороший