Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

– Прошу, – она сунула бумаги в руки Линару.

– Софи… – с болью прошептал он, но Софи решительно встала и пошла заниматься эльфийским дальше.

Она не могла заставить себя разговаривать с Линаром долгих три дня после этого. Лишь когда ее язык казалось вот-вот отсохнет от долгого молчания, она стала с ним здороваться и перебрасываться ничего не значащими фразами.

Отношения их стали обиженно-настороженными, и ни один не пытался толком что-то поменять, потому что не знал как. Софи болезненно переживала, что она теперь ханти, бесправная смертная шлюха, Линар, не в силах это изменить, стойко и покорно принимал ее холодность и гнев.

Из читальни доносился стук клавиш. Джон что-то печатал на ноутбуке.

«Линар, – мысленно поправила себя Софи. – Не Джон. Линар.»

Она не то чтобы не привыкла к этому имени. Но иногда ей очень хотелось назвать его именно Джоном. Джон – было имя которое он назвал ей при встрече, под этим именем она узнала его и полюбила, и, глядя порой на хмурого, серьезного эльфа, читающего письма или печатающего что-то на ноутбуке, Софи очень хотелось нежно позвать его именно как Джона. Но она не могла.

Джона больше не было. Перед ней был Шахране Линар. Эльф, который вдруг стал спасителем своего народа.

Открыто этого никто не говорил, но слухи распространялись быстро, и как Софи поняла – эльфы все были в курсе происходящего. Линару приходили письма из Макидара, из Сигайны, из Халтера и даже из Кайрина. И это только бумажные, сколько было тех, кто писал ему на электронную почту, Софи понятия не имела. Он вдумчиво читал послания и часами просиживал в читальне, отвечая на каждое.

Один раз Софи не удержалась – залезла в ящик стола и прочла одно. Оно было от какой-то эльфийки, почерк был изящным настолько, что Софи едва разбирала слова. Ни слова там не было сказано ни о болезни, ни о их замысле. Эльфийка просто выражала Шахране почтение и благодарила за верность народу и самоотверженность. Софи печально убрала письмо обратно в конверт и закрыла ящик стола.

Линар пропадал где-то целыми днями. Кто-то постоянно желал его видеть. То Владыка, то Владычица, то какие-то пришлые эльфы из разных городов. Он уходил с раннего утра и возвращался порой за полночь, измученный, хмурый.

Софи спала или притворялась, что спит, когда он заходил к ней и заботливо и нежно поправлял одеяло, укутывал ее шкурой. В этот миг порой ей хотелось поймать его теплую руку и прижаться к ней щекой, как она делала раньше. Но она сжимала зубы и притворялась спящей, пока Линар не уходил к себе, тяжело вздохнув.

За два месяца они так ни разу не то что не разделили ложе, даже не целовались. Между ними пролегла пропасть холодности, и порой Софи казалось, что ей следовало согласиться и уехать куда-нибудь в глушь, чем мучиться от близости Джона.

Неделю назад Джон вызвался помочь ей с произношением. Они разговаривали на эльфийском, обсуждая оружие и военную науку боя на мечах и кинжалах. Линар шутливо предложил преподать ей урок, и Софи с грустным смешком согласилась. Он стал учить Софи обращаться с кинжалом. Как его держать, как блокировать удар, как бить самой. Чем дальше они заходили, тем ближе становились. То в полуобъятии, то в захвате.

Несколько раз почти обнимая ее со спины, Линар шептал на ухо на эльфийском «Вот так», «Крепче», «Да». Софи не знала, специально он делает так или случайно, но от его шепота и дыхания, щекочущего ухо, у нее по всему телу гуляли сладкие мурашки. Он поворачивал ее запястье, сжимал ее пальцы на рукояти, бесстрашно подставлял свою грудь под удар, который Софи останавливала в последний момент. Несколько раз они замирали, глядя друг на друга, и казалось вот сейчас стена рухнет, они не выдержат больше, просто поцелуются, и все станет как прежде.

Софи не решилась, Линар и подавно.

Софи начинала думать, что он снова вернулся к своей идее платонических отношений. Ведь теперь было нельзя даже притвориться, что она госпожа сердца и супруга, и стань они ближе, это однозначно и навсегда сделало бы ее ханти. Без каких-либо сомнений. Наверное, он не желал этого.

А Софи попросту боялась. Когда-то она говорила, что ей это совершенно не важно, а сейчас она не соглашалась носить звезду на манжете, даже если это подвергало ее жизнь опасности. Просто не могла и все. И Линар не настаивал.

Они жили вместе, но виделись все реже и реже. Софи не знала, чем живет Линар, какие мысли его тревожат. Он наблюдал за ней, когда думал, что она не видит. Чего он ждал, Софи не знала. Что она бросится в его объятия или что спрыгнет с балкона? Софи понятия не имела, что именно ей следует сделать.

Данияр прислал результаты ее слушания. Условное наказание, штраф, который кто-то заплатил. У Софи все так же не было ни монетки.

Зато, поддерживая иллюзию ее добровольного нахождения в Сиршаллене, ей был выдан ноутбук с интернетом и даже старый кнопочный сотовый, по которому она могла связаться с родителями. Другие звонки ей не были запрещены, ведь она дала слово, и Джон ему поверил. Софи думала порой, что она могла бы взять и позвонить куда угодно, хоть в администрацию парламента. И не могла. Она предавала людей, потому что не могла предать веру Джона. Он поверил ей, и она не могла, просто не могла вытереть об это доверие ноги.

Она созванивалась с мамой по видео связи чуть не ежедневно, заверяя, что активно изучает эльфийский, проникается культурой и заводит ценные знакомства. Что восстановится в институте на следующий год и, закончив его, обязательно попадет на работу в Протекторат Кайрина. Это ли не мечта.

Но как бы она не пыталась убедить маму, что ее исчезновение было не чем иным как недоразумением – та не верила. В первые их разговоры через слово следовал прямой приказ – немедленно вернуться домой, а все разговоры потом. Софи мямлила, что не может и что это не удобно сейчас.

Пришлось то ли сознаться, то ли придумать историю об эльфе, в которого Софи без памяти влюбилась прямо в Кайрине. Софи толком не могла запомнить, что именно она врала. Что они встретились где-то на институтских семинарах по эльфийскому, что влюбились, что переписывались и виделись несколько раз, и что он, пылая от любви, которую она полностью разделяла, увез ее в Сиршаллен.

Мама была в шоке. Эльф?!