"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 - Макс Вальтер

Настя мечтательно улыбнулась.

– Мама, а я влюбилась... Как в книгах, как в кино, как… не знаю где! У меня, мама, такая любовь была, такая! – Слёзы беззвучно катились по щекам. – Я бы никогда не вернулась. Если бы они моего Кайла… А без него…

Она зарыдала так отчаянно, что Надежда Андреевна перепугалась не на шутку.

– Настенька тише, тише, ты чего?

– Потом, мама, потом… – Настя старалась удержать рвущиеся наружу слёзы. – Всё расскажу. Потом. Я не могу пока об этом говорить.

Рыжая замолчала, вытерла глаза, посмотрела с грустной улыбкой.

– Сердце мне вырвали, мама. А без сердца в том мире делать нечего… А в этом – и так сойдёт! Тут добрая половина так живёт: без сердца, без души… И ничего ведь? Так что… всё хорошо будет. Ты права.

– Настенька, – Надежда Андреевна прижала её к груди, – ты про это молчи, пожалуйста! Не надо врачей пугать!

– Мама, ну, я же не свихнулась, – устало вздохнула Рыжая. – Чего вы все? Мало ли в мире чудес… Я не знаю, как всё это объяснить. Если ты говоришь, что я тут была – значит, это душа моя в параллельный мир путешествовала. Или там… подсознание. Таких историй полно. Про людей, которые в коме видят всякие вещи странные. Или когда пропадают, а находят их через много времени, и они такое рассказывают…

– Пусть они рассказывают, а ты молчи! – поджала губы Надежда Андреевна. – Ладно?

– Ладно, – покорно кивнула Рыжая и улыбнулась. – Ты не плачь только!

Мама бросила мимолётный взгляд на часы.

– Я побегу? – сконфуженно уточнила она. – А то Наташа на работу опоздает. Мы вечером все вместе к тебе приедем, с Денисом…

– И Лёшика привезите! – кивнула Настя и поцеловала маму ещё разок.

– Обязательно, – Надежда Андреевна поднялась уходить. – Я и Олесе позвонила. Жди в гости подругу свою!

***

[1] Автор слов – Илья Резник

38 Здесь кончается синее море…

– Ну, привет, спящая красавица!

Олеся, как всегда, сияла и цвела. Чёрные обтягивающие джинсы, эффектное красное пальто, солнечная улыбка. В белой холодной палате сразу стало знойно, пёстро, ярко и тесно.

Обнялись радушно. Настя забралась с ногами на постель.

– Мороженое будешь?

Петрушенко извлекла из большой мешковатой сумки две шелестящие упаковки.

– О! Буду, – обрадовалась Настя. – Сто лет мороженое не ела.

– Что, в параллельных мирах ещё делать не научились? – усмехнулась Леся, откусывая политую шоколадом верхушку.

– Ты уже в теме?

– Конечно, – закатила глаза Леся. – Слушай, Рыжая, ты это… тётю Надю-то своими байками больше не пугай! Завязывай!

– Ты мне тоже не веришь? – спокойно уточнила Романова, удивляясь собственной невозмутимости.

– Настёнок, я верю в то, что ты в это веришь, – в тоне у Петрушенко появились знакомые назидательно-поучительные нотки. – Но это не значит, что надо теперь всем подряд про свою веру рассказывать. Ты тут насовсем хочешь остаться? Вид из окна понравился?

– Почему насовсем? – не поняла Настя и уточнила осторожно: – А где это – тут?

До сей минуты она так и не удосужилась спросить у кого-нибудь, где находится.

– Вот-вот! – кивнула светлой головой Олеська. – Вопрос хороший. Ты в курсе, где мы сейчас?

– Больница какая-то… – Романова неопределённо пожала плечами.

– Рыжая, тебя в Ледовке держат, – огорошила её подруга.

– Почему… в Ледовке? – Настя от неожиданности поперхнулась мороженым. – Леся, я же нормальная…

– Нормальная, так и веди себя как нормальная! И эту чушь хватит загонять про параллельные миры и похищения инопланетянами! – безжалостно выдала Олеся. – Короче, слушай… Я тебе сейчас всё расскажу, как оно было.

Петрушенко уселась на широкий подоконник.

– Ты когда не вернулась, я Вовчику позвонила сразу. Ну, опера помнишь? Я с ним даже замутила на почве всего этого. Так… недолго... Жаднючий такой оказался! Я его из-за этого бросила. А тогда они поехали тебя искать… И я им на хвост упала, ну, ментам. Нашли мы тебя на том самом чёртовом месте. Без сознания. Руки в крови. Ну, ты порезалась о нож. И больше там никого и ничего. Опять все сгинули. Только там ещё кровь нашли, чужую. Другая группа. Короче, не твоя. Может, бабы этой, а может, она кого убила. Это мне Вовка потом все рассказал. И ещё там что-то надыбали… типа… улики. Понятно стало, что кто-то на тебя напал, а почему не добил непонятно. Ты же в отключке была. Скорую мы вызвали в Павловку. Тебя туда притащили. Пацаны тебя на руках несли до машины. А потом уже в деревне скорая забрала.

Олеся замолчала на миг, увлечённо слизывая растаявшее мороженое.

Настя молча прожигала её взглядом, и Петрушенко наконец вернулась к своей истории.

– И тут затык вышел! В БСМП поглядели на тебя и руками развели. В отключке, а почему – непонятно. Кроме раны на руке, никаких травм. На голове ещё шишка, но, вроде, поверхностная – то есть, не может быть причиной. Никаких запрещённых препаратов в крови не обнаружено. Ну, где-то с неделю они тебя там всей больницей изучали, консилиум целый собирали. Ни фига понять не могут!

– А я в отрубе?

– Ага, – согласно кивнула светлой головой Петрушенко. – Не знаю, как это правильно обозвать. Врачи и те не знают до сих пор. Типа спишь, и всё. Но никак тебя разбудить не выходит. То ли кома, то ли летаргия, то ли анабиоз. Видишь, я сколько умных слов теперь знаю! Короче, беспрецедентный случай. Ну, кома – это ж когда организм не функционирует толком. А у тебя все показатели в норме, хоть в космонавты. Никаких отклонений. Короче, врачи там помозговали и перевели тебя сюда, в дурку. Ну, решили, что раз нет физических травм и заболеваний, значит, тут требуется помощь психотерапевта. Вроде как, психосоматика какая-то, нестандартная реакция на стресс.

Олеся проглотила остатки мороженого.

– И тут уже местные профессора взялись тебя к жизни пробуждать. Мне кажется, они готовы были тебе череп вскрыть, лишь бы в мозг забраться. Тётя Надя говорила, чего только не делали. Обследовали, обследовали, и опять ничего. Надежда Андреевна хотела тебя домой забрать, когда поняла, что толку нет с их процедур.