Фантастика 2026-80 - Мария Фир

- Мне кажется, это будет чудесно. Ты много путешествовал?

- Очень, - кивнул Альтгар и, ловко сняв чайник, засыпал внутрь пригоршню спелых ягод и зеленых листьев. После чего начал насаживать на прутья колбасу и хлеб.

- А как же прыжки сквозь пространство?

- Я не всегда умел, - улыбнулся белатор. - И служил в армии его величества. Полковым магом, между прочим.

Катарина старательно восхитилась, но совершенно не поняла, чем так гордится Альтгар. О полковых магах мэдчен знала только одно - бывают такие колдуны. Но что они делают и чем примечательны - оставалось большим вопросом.

Выдав прут с «насадкой» Катти, он сказал:

- А теперь осторожно протяни его к костру. Да нет, не к пламени, а вот к этим вот красным угольям. От них больше жар, и не подгорит.

По защищенной полянке поплыл дивный аромат.

- Пахнет лучше, чем в саду, - улыбнулась Катарина, и белатор гордо приосанился.

- Я не знал, чем тебя удивить, - серьезно произнес Альтгар. - Роскошь столичных ресторанов нам сейчас недоступна.

- Знаешь, я уже говорила - будь собой. Когда ты вытуживаешь из себя благостность, - она пожала плечами, - это пугает.

- Я не такой уж невоспитанный хам, как ты пытаешься мне намекнуть, - усмехнулся белатор.

Катарина согласно кивнула:

- Но свое воспитание ты показываешь только чужим людям. А я не хочу быть для тебя чужой.

Сказав это Катти смутилась почти до слез и уставилась на зарумянившийся хлеб. Она больше никогда не посмотрит на белатора. И ведь надо же было такое ляпнуть?

- Я рад, - серьезно произнес Альтгар. - Ты мне давно не чужая.

- Насколько давно? - заинтересовалась Катарина.

Теперь Альтгар отвел взгляд.

- Что-то не так?

- Что, если я расскажу тебе что-то не очень хорошее? - спокойно, слишком спокойно спросил белатор. - Когда-то я поступил не слишком порядочно. Но и выхода другого у меня не было.

Нахмурившись, Катти ответила:

- Сам решай. Это как-то касается меня?

- Как-то касается... - Он вздохнул, подмигнул Катарине и уверенно произнес: - напрямую касается. Как я уже сказал, я был полковым магом. И в одной из операций сильно пострадал. Вот только обстоятельства говорили не о простой случайности, а о покушении. И тогда меня спрятали. Ожоги можно исцелить только после их полного заживления.

Катарина ахнула.

- А в моем случае из них еще нужно было вытянуть магию. Там, где меня спрятали, я познакомился с самой красивой, самой доброй и самой светлой девушкой. И то, что я влюбился... я понял это слишком поздно. Не успел ничего рассказать и уехал. Клянусь Серой Богиней, я не знал, что будет инсценирована моя смерть. Лечение - долгий процесс. Потом все закрутилось с другим покушением, потом подготовка к Отбору.

Сняв с прута горячий хлеб Катти мяла его в пальцах. Совершенно не чувствуя боли.

- Я думал, что и ты любишь меня. Но увидел тебя в Башне, с венцом. Наговорил гадостей. И только недавно я узнал, что отец и дерр Уоттер, глава королевской тайной канцелярии, «убили» сына мельника.

Бросив хлеб наземь, Катарина встала.

- Ты мог бы переместить меня в гостиную? Мою гостиную.

- Тебе же не нравятся перемещения, - тихо произнес Альтгар.

- Я хочу уйти отсюда. Но темнота и трость... Пожалуйста, перемести меня.

- Хорошо. Катти, я любил тебя тогда и люблю сейчас.

- А я чуть с собой не покончила после твоих похорон, - с кривой улыбкой произнесла ван Ретт. - Перемещай!

Оказавшись в темноте и тишине своих покоев, Катарина дала волю слезам. Она слишком боялась наговорить белатору гадостей, сделать что-то такое, о чем будет потом жалеть. Так боялась, что сейчас даже не могла понять своих чувств. Которые сплелись в тугой клубок.

Глава 12

Следующим утром Мадди наблюдала ужасающую картину: Катарина лежала на заправленной постели, а на ее лице росли цветы.

- Только не кричи, - попросила ван Ретт.

- Эти вот голубенькие цветочки так забавно шевелятся, как будто в такт словам. А что случилось? Или это я так рано к тебе зашла?

- Лицо отекло, а времени мало.

- А почему отекло?

- Потому что всю ночь рыдала.

- А почему всю ночь рыдала? - Мадди почувствовала себя в центре какой-то бездарной театральной постановки.

- Я не могу сейчас сказать - у нас впереди завтрак. Прореветься и привести себя в порядок я попросту не успею.

Мадди присела на постель и мысленно пожелала Альтгару покушать несвежих пирожков. Другой злодейской кандидатуры ванен Скомпф попросту не видела.

- Долго еще?

- Все, - фыркнула Катарина.

Цветы растаяли, и Мадди скептически всмотрелась в бледное до зелени лицо подруги.

- Ну, отека нет. Но цвет лица огорчительный.

- Лучше так, чем глазки-щелочки и опухший нос. Увы, слезы меня не украшают.

- Это ты меня не видела, - доверительно сообщила Мадди. - У меня от слез еще и прыщи высыпают. У меня поэтому при себе крем волшебный.

Катти встала, оправила платье и, вымученно улыбнувшись, предложила:

- Идем?

За завтраком ван Ретт поразила всех, заказав себе сандвичи с ветчиной и сыром, крепкий сладкий кофе, шоколадные конфеты и мороженое с брусничным соусом и вафлями.

- И ты все это съешь? - с благоговейным ужасом спросила Мадди. - Этак я тебя уважать начну, как едок едока.

- Конфеты с собой возьмем, - ровным голосом произнесла Катти.

Мадди заметила, что подружка будто заиндевела. Вся такая правильная стала, спокойная. Точь-в-точь Ильтиона на публике - эталон благородной мэдчен. Оставалось только надеяться, что эта ментальная заморозка у Катарины ненадолго. А то очень уж тяжело болтать с ледяной статуэткой.

- Что это с ней? - спросила Боудира, склонившись к Мадди.

- А тебе в чем печаль? - тут же отозвалась дочь купца. - Ты за собой смотри, как-никак, а тебе в королевы прямая дорога! Уж я-то точно знаю.

Конечно, на самом деле ванен Скомпф ничего такого не знала. Но, по словам Катарины, Боудира королевой быть не хотела. А лучший способ отвадить собеседника - задеть неприятную ему тему.

- Кто-нибудь знает, с тематикой первого бала уже определились? - спросила Катарина, расправившись с сандвичами и кофе и приступая к мороженому.

- Мне кажется, тут два варианта - история и география. Все же бал в честь невест-избранниц, - протянула Ильтиона, - а