Диагноз: Смерть - Виктор Корд

— Тормози, — сказала Вера.

Офицер в черной форме вышел на дорогу, подняв руку.

Я опустил бронестекло.

— Зона закрыта, — сухо сказал он. — Карантин высшего уровня. Поворачивайте назад.

Я достал Рубин.

Он больше не светился ярко, но внутри него все еще пульсировала фиолетовая искра Имперской метки.

Я показал камень офицеру.

Его глаза расширились. Он узнал печать Тайной Канцелярии.

— Спецмиссия, — бросил я. — Код «Тишина». Доложите в штаб, что объект прошел периметр.

Офицер побледнел, вытянулся в струнку и отдал честь.

— Проезжайте. Но… — он замялся. — Там, за Стеной… связи нет. И помощи не будет.

— Мы не за помощью едем, лейтенант. Мы везем проблемы.

Танк с лязгом отполз в сторону.

Шлагбаум поднялся.

Мы пересекли черту.

Асфальт кончился сразу, словно его отрезали ножом.

Колеса «Мамонта» зашуршали по серому, спекшемуся гравию.

Небо над головой изменило цвет. Свинцовые тучи города сменились странным, фиолетово-зеленым маревом.

Серая Зона.

Земля, искаженная магическими войнами прошлого. Здесь не росли деревья. Здесь камни могли летать, а вода гореть.

И где-то там, в глубине этого ада, лежал «Объект Ноль».

— Счетчик Гейгера молчит, — сообщил Вольт. — Но маго-фон растет. Мы входим в зону нестабильности.

— Борис, — я включил интерком. — Глаза разуй. Тут водятся твари похуже «Гончих».

— Вижу, — отозвался гигант. — Какие-то тени бегают. Быстрые. Пусть подходят. Я их на гусеницы намотаю.

Я откинулся в кресле.

В кармане лежал Гримуар. В руке — Рубин.

Я ехал убивать богов этого мира.

И почему-то чувствовал себя спокойнее, чем в операционной.

Потому что здесь все было честно. Либо ты сожрешь Пустошь, либо Пустошь сожрет тебя.

Серая Зона не была серой. Она была цвета гнилого баклажана, прошитого венами неонового лишая.

Небо здесь висело низко, давило на крышу броневика тяжелым, фиолетовым брюхом. Облака закручивались в спирали, которые не двигались, словно нарисованные плохим художником под кислотой.

«Мамонт» полз по спекшемуся грунту, переваливаясь через остовы танков прошлой эпохи.

Внутри кабины пахло потом, соляркой и озоном — фильтры не справлялись с магическим фоном снаружи.

— Уровень фона растет, — голос Вольта дрожал. Хакер сидел в десантном отсеке, вцепившись в поручень. Его экраны рябили помехами. — Датчики показывают искажение гравитации. Впереди «Яма».

— Объезжай! — крикнул я Вере.

— Не могу! — Валькирия вцепилась в руль, побелевшими пальцами выкручивая «баранку». — Гидравлика клинит! Земля… она уходит из-под колес!

Броневик весом в двадцать тонн вдруг подпрыгнул, словно был сделан из пенопласта.

Мы влетели в грави-аномалию.

Желудок подскочил к горлу. Невесомость.

В салоне повисли незакрепленные патроны, пустые банки из-под тушенки и планшет Вольта.

— Держитесь! — заорал я.

Машина пролетела метров десять по воздуху, медленно вращаясь, и рухнула обратно на грунт, когда аномалия закончилась.

БА-БАХ!

Подвеска взвыла, принимая удар. Нас швырнуло в ремни безопасности так, что перехватило дыхание.

— … твою мать! — прорычал Борис сверху, из башни. — Я чуть язык не откусил! Док, скажи своей подружке, чтобы рулила аккуратнее!

— Скажи это земле, которая решила стать небом! — огрызнулась Вера, выравнивая машину.

Мы выехали на плато, усеянное ржавыми металлическими конструкциями.

Это было похоже на лес, только деревья здесь были сделаны из арматуры и бетона.

— Движение! — крикнул Борис. — Справа по борту! Три часа!

Я прильнул к бойнице.

Среди ржавых остовов мелькали тени.

Быстрые. Слишком быстрые для органики.

Они бежали на четырех конечностях, сверкая металлом.

— Вольт, что это?

— Сигнатуры смешанные! — хакер пытался настроить сканер. — Половина плоть, половина железо. Это «Мародеры». Автономные боевые единицы, оставшиеся после Войны. Они чинят себя сами, используя куски трупов и техники.

— Зомби-роботы? — уточнил я. — Прекрасно. Борис, огонь!

Башня «Мамонта» развернулась.

ДУ-ДУ-ДУ-ДУ!

Крупнокалиберный пулемет «Утес» заговорил басом. Трассеры прочертили огненные линии в фиолетовом сумраке.

Одна из теней, прыгнувшая на нас с кучи мусора, поймала очередь в грудь.

Ее отбросило назад. Я успел разглядеть тварь.

Человеческий торс, вваренный в шасси мотоцикла. Вместо рук — гидравлические клешни. Голова замотана колючей проволокой, сквозь которую горел один красный глаз-сенсор.

— Жуткая хрень! — оценил Борис. — Но хрустит!

Их было много. Стая.

Они вылезали из щелей, спускались с ржавых ферм. Металлический скрежет их конечностей перекрывал шум двигателя.

— Они окружают! — крикнула Вера. — Пытаются пробить колеса!

— Дави их!

«Мамонт» рванул вперед, сбивая бампером двух мелких тварей.

Скрежет металла по металлу. Удар.

Один из «Мародеров», похожий на паука из арматуры, прыгнул на крышу кабины, прямо перед моим носом.

Его клешни ударили в бронестекло.

Пошла паутина трещин.

Красный глаз уставился на меня.

Внутри этого глаза я увидел… душу? Нет. Искру безумия. Мана, запертая в металле, сошла с ума за сто лет одиночества.

— Ну нет, — я выхватил Рубин.

Камень Империи, который я держал в кармане, был горячим.

Он был ключом. А эти твари — частью старой имперской защиты.

— ИМЕНЕМ ИМПЕРАТОРА! — заорал я, прижимая Рубин к треснувшему стеклу изнутри.

Камень полыхнул фиолетовым светом.

Импульс прошел сквозь стекло.

Тварь на капоте замерла. Ее глаз мигнул и сменил цвет с красного на желтый.

[ОПОЗНАНИЕ… ОШИБКА… ПРИОРИТЕТНАЯ ЦЕЛЬ… ОТМЕНА АТАКИ.]

Скрежещущий звук пробился через динамики внешней связи.

Паук разжал клешни и скатился с капота.

Он издал визг — сигнал своим.

Стая «Мародеров» замерла. Они перестали атаковать машину. Они просто стояли и смотрели, как мы проезжаем мимо.

Провожали нас взглядами-сенсорами.

— Работает… — выдохнул я, пряча камень. — Они узнали метку. Мы для них — офицеры.

— Офицеры кладбища, — буркнул Борис, спускаясь из башни в салон. — У меня патроны греются. А ты их… уговорил. Скучно.

— Зато экономно.

Мы ехали еще час.

Пейзаж менялся. Ржавые леса сменились черной, стеклянной пустыней.

Земля здесь была оплавлена орбитальными ударами.

— Координаты близко, — сообщил Вольт. — Объект Ноль. Прямо по курсу.

Вера сбросила скорость.

— Витя… — ее голос дрогнул. — Посмотри вперед.

Я посмотрел.

Впереди, в центре черной пустыни, не было бункера. Не было горы. Не было здания.

Там была Дыра.

Гигантский, идеально круглый кратер диаметром в пару километров.

Края кратера были ровными, словно вырезанными лазером.

А внутри…

Внутри кратера клубился туман. И сквозь этот туман проступали шпили.

Небоскребы.

Но они росли не вверх. Они росли вниз.

Перевернутый город, свисающий с краев бездны, уходящий шпилями в темноту центра земли.

—