Пыльная буря - Сергей Александрович Самохин

То ли оплеуха сработала, то ли простая и понятная команда пробилась в его голову, но он шагнул к установке, поколдовал над довольно большим люком сбоку, и открыл его. Я заглянул вовнутрь. Было темно, я не увидел ничего, но каким-то образом почувствовал, что установка включена. Не излучает, но включена. Какое-то странное гудение, и я совсем не уверен, что оно шло не из моей головы. Встряхнувшись, я вытащил из сумки две гранаты. Выдернул чеку у обеих, закинул их в люк, захлопнул крышку, и рванул за станок, за шиворот дернув гражданского за собой. Он не удержался, упал, и пропищал:

–Что же вы делаете…

И тут внутри установки грохнули два взрыва, слившись в один. Ничего необычного не произошло, если не считать необычным тот факт, что странная антенна наверху чана подлетела на пару метров в воздух, и рухнула на пол, разбросав вокруг себя кучу деталек. Примерно так рушатся башни из лего. Кожух установки выдержал взрыв, но его тоже как-то перекосило, и из щелей люка потянуло вонючим дымом.

Ну, вот и все.

–Что вы наделали? – прошептал мужчина, не делая попыток встать с пола. Красный сигнал на моем радаре застыл на несколько секунд, потом снова полез ближе, к нам.

–Как вы собирались ее вывозить? Как вы думали ее вниз спускать? Не по лестницам же!

Мужчина мне не ответил, только перевел взгляд на окна за нашими спинами. Я подскочил к одному из них, которое было почему-то раскрыто настежь. Ну конечно! К окну был подвешен синий строительный рукав из толстого прочного брезента. Такие рукава используют для того, чтобы мусор с верхних этажей домов быстро скидывать вниз, в контейнер, при этом ничего вокруг не повредив, и не подняв тучу пыли. Этот рукав, провисая, заканчивался на небольшом грузовике с открытым кузовом, стоящем в тупике около отеля.

–Что же вы сделали… – продолжал шептать сидящий на полу мужчина.

–То, что надо. – уверил его я, но по моему, он меня не услышал.

Радар уже алел – кто бы ни шел за мной, их много, и они почти здесь. Я покрепче перехватил автомат, забрался на подоконник, сунул ноги в нутро рукава, и сиганул вниз.

Честно говоря, это напоминало не горку, а просто падение вниз. Не знаю, на какой вес рукав был рассчитан, и как долго его уже эксплуатировали, но под моим весом он, казалось, стал почти вертикальным. Я даже непроизвольно крикнул в полете, и в этот момент ткань подо мной напряглась, тормозя мой полет, и переводя его в горизонтальную плоскость. Точнее, она постаралась перевести, и даже частично смогла, но на какой-то части пути к грузовику не выдержала, и с громким треском порвалась. Моя многострадальная туша рухнула на асфальт, до которого, впрочем, было не более двух метров.

Я тут же вскочил, споткнулся о какую-то оторванную часть рукава, и чуть ли не лицом влетел в борт грузовика. Ноги дрожали – я с детства терпеть не мог американских горок. Я оглянулся на рукав – прорванный на несколько метров снизу, он грустным хоботом висел, верхней своей частью еще цепляясь за грузовик. Я обежал машину и глянул в кабину. Ключ был в замке! Грузовик небольшой, семитонник вроде, управлять таким не намного сложнее, чем обычным автомобилем.

Пока я осматривал машину, сзади раздался какой-то стремительно нарастающий громкий шелест. Я успел обернуться и увидеть, как из разорванного рукава на асфальт почти вертикально вниз приземлился зараженный, сразу став мертвым зараженным. На него тут же плюхнулся второй, с тем же результатом. Дальше мне смотреть стало резко неинтересно, и я вскочил в кабину. Поворачиваю ключ, мотор заводится сразу. Рывок, заставивший всю тяжелую машину чуть дернуться. Взгляд в заднее зеркальце – ну да, это окончательно оторвался рукав. Где тут первая скорость блин?!       Когда я наконец понял, что коробка автоматическая, и смог поставить на "драйв", то успел еще увидеть, как следующий зараженный, свалившись на упавшие до него тела, начал пытаться подняться на ноги. Спасибо, мне пора. Я отпустил тормоз, и машина медленно покатилась по тупику, выезжая на бульвар.

Так, а на бульваре мне куда? По идее направо, до той самой площади, а дальше на выезд из города. Правда, мне ой как не хотелось ехать мимо здания музея… Но если я смогу доехать до нашей замаскированной в лесу тойоты, то я почти спасен. Как показала жизнь, направо повернуть шансов у меня изначально не было – бульвар тут перегорожен намертво. Налево есть проезд. И потом я сообразил, что бандиты как-то должны были сюда доехать, а значит, часть дороги должна быть расчищена. Я повернул налево, чуть резче, чем нужно взревел мотором, и поехал по бульвару в сторону моря.

Установку собирались увозить морем! Я понял это, когда уже у самого порта, на развилке дороги, увидел солдата в стандартной “зетовской” форме. Он тоже увидел меня, а точнее грузовик, и коротко махнул мне рукой. Ночь уже вступила в свои права, и потому моего лица он разглядеть точно не смог. Я медленно подъехал к нему вплотную, дождался, когда он заглянет в кабину, и выстрелил ему в лицо из пистолета. Когда он упал, то я отстраненно подумал о том, что убийство больше не вызывает во мне никаких чувств. Ничего. Я даже вспомнил Штефана, пытаясь вызвать в себе сопереживание и сочувствие, но тоже ничего не почувствовал. За эти два дня из меня полностью выкачали все эмоции, не оставив ничего. Я начал вспоминать всех, кого успел узнать и потерять, и только, пожалуй, воспоминания об Анне, моей жене, с которой нас разлучила катастрофа в самом своем начале, царапнули мое сердце болью. Но воспоминания прошли тут же, оставив вместо себя нынешний момент и ночную дорогу в порт.

Дорога, действительно заботливо расчищенная для проезда, шла вдоль длинного огромного порта. Большие перекрестки завлекали на пустые сейчас терминалы, на рампы давно никуда не плывущих паромов. Впрочем, судов в порту было очень мало. Я думаю, что моряки быстро смекнули, что к чему, и предпочли неподготовленный выход в море смерти на берегу. Я был уверен, что бандиты не воспользовались ни одним из этих терминалов – они были слишком высоки для обычных судов, да и слишком открыты. Кроме отставшего, но так никуда и не пропавшего пятна опасности сзади, я улавливал небольшой сигнал опасности впереди. Я не сомневался, что там бандиты, сомневался