Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

знаешь. И говоришь, что любовь ко мне все еще есть в твоем сердце. Она ведь есть, Софи? Скажи, есть? – Он прижал руку к ее груди. – Умоляю, скажи мне правду. Ты ведь любишь меня, правда? Даже такого, какой я есть.

Софи с болью проглотила набежавшие слезы.

– Это подло, Джон! – прошептала она.

– Да, подло. – Согласился он, на мгновение закрыв глаза. – Я считал, что есть рамки, которые я никогда не перейду. И вот он я, преступивший столько законов, забывший столько клятв. Ты изменила меня. Мои чувства к тебе изменили. Полагаю… не в лучшую сторону. Прости. Но я уже не могу не любить тебя. Ты в моем сердце и каждый день, когда ты не со мной, ранит. Каждый вдох без тебя – отравлен. Утром я просыпаюсь без тебя, и мне не хочется, чтобы день наступал. Время счастья и торжества, к которому я шел многие годы, отравлено, потому что ты не улыбаешься мне больше. А им улыбаешься, этим людям… Им, а не мне. И я готов всех их убить. Всех, до единого.

Софи в ужасе отшатнулась от него.

– Ты хоть слышишь себя?!

– Я говорю с тобой искренне. Там в библиотеке я едва сдержался. При мне был кинжал… я видел как вонзаю его в горло того мужчины, за то что он смел смотреть на тебя, прикасаться к тебе, за то что ты улыбалась ему…

Софи неверяще покачала головой.

– У нас с ним даже ничего не было! Ничего! Мы даже за руки не держались ни разу, не говоря уж о чем-то большем.

– Я знаю. Но у вас может это быть. Однажды. Этого достаточно для меня. Для любого эльфа этого было бы больше чем достаточно.

Софи потеряла дар речи.

– А… – она открывала и закрывала рот не в силах найти слов. – Джон! Это возмутительно, ты это понимаешь?!

– Я – эльф. Наших дев нельзя касаться. Никому, кроме мужей.

– Но ты не мой муж!

Линар захолодел. Он оскорблено выпрямился.

– Вот как? Но я считаю себя им. Мы пили горькое вино, мы делили ложе. Ты – моя госпожа сердца. И никто не смеет касаться тебя.

– Я думала мы… мы расстались, – проговорила Софи удивленно.

– Расстались? – Линар недоуменно поглядел на нее. – Но мы не расстались. Мы ведь оба не хотели разлучаться, разве нет? Ты живешь в моем доме, спишь в двадцати метрах от меня каждую ночь. Я слушаю твое дыхание, изнывая от муки и счастья. Ты со мной… все еще со мной… – он снова обнял ее и поцеловал в висок.

– Я ничего не понимаю! – Софи схватилась за голову. – То есть, для тебя между нами ничего не изменилось? Мы что, просто в ссоре или вроде того?

– Ты в праве сердиться на меня, но наши узы ничто не сможет разорвать. Ни расстояние, ни ссора. Ты в моем сердце, а я в твоем. Это решено для нас.

Софи в шоке смотрела на него в темноте комнаты.

– То есть… О! Вот как ты думаешь об этом?

– А ты иначе? – с обидой спросил Линар.

– Я не знаю… То есть… я думаю, что…

– Что? Что с другим сможешь испытать все то, что испытала со мной? – голос его стал жестким.

– Нет. Но, может быть, смогу испытать другое. – Осторожно сказала Софи.

Он медленно отстранился и посмотрел на нее.

– Значит я лишь страница в твоей жизни, которую ты с легкостью перевернешь, когда настанет час? – Он тихо усмехнулся. – Знаешь ты или нет, больнее слов для эльфа ты выбрать не могла.

Софи сглотнула.

– Мы не можем быть вместе. Этого никогда не будет. Ты это ты, а я всего лишь смертная. Ты убиваешь мой народ, в угоду своему. Какое будущее может быть у нас?

– У нас нет будущего. Его никогда не было для нас. Все что у нас когда–либо было – это сегодняшний день. И ты выбрала провести его с другими. А будущее… Ты права, его нет для нас. Вернее, у меня его нет. Все, что есть – это несколько лет, покуда люди не узнают правды. Потом я стану скрываться. Прятаться, как любой из моего народа, меня будут преследовать, за моей головой будет вестись охота. И я не втравлю тебя в это. Ты станешь свободна… – он нежно провел по ее лицу кончиками пальцев. – Свободна от своего слова и от меня. Это случится вскорости. Не тревожься.

Софи вдруг стало страшно от его тона. Он говорил просто, как о чем-то решенном.

– П-пожалуйста, давай перевяжем твою руку. – Попросила она.

Линар усмехнулся.

– Не важно… Боль мне привычна. Такая боль. Софи, послушай меня… Послушай, прошу. Я должен так много тебе сказать, но слова застревают у меня в горле. Я буду жалеть, что не сказал до своего смертного часа, и я не могу найти слов. – Он судорожно вздохнул и усадил ее на постель. Стал расхаживать по комнате.

– Я не отослал тебя из эгоизма. Я говорил и не стыжусь повторить, что мне мучительна мысль о разлуке. Да. Я не желаю разлучаться, хоть и знаю, что ты ненавидишь меня. Не можешь не ненавидеть. Я знаю, что для нас обоих будет лучше, если наши пути разойдутся сейчас. Ты забудешь меня быстрее, если не будешь видеть. Как и любое смертное сердце, твое перестанет биться от мыслей обо мне. Так поступить будет правильно. И я так не поступаю. – Линар замер посреди комнаты. Софи видела, как он судорожно сглотнул. – Я словно безумец держу тебя рядом, каждый день заглядываю в твои глаза, и с ужасающей, подлой радостью вижу, что ты смотришь на меня с той же болью. Я вижу, как ты страдаешь, и упиваюсь этим, зная, что ты все еще любишь меня. Все еще чувствуешь что-то ко мне. И я с ужасом жду, когда эти чувства умрут. Мне страшно увидеть в твоих глазах безразличие, и я вглядываюсь в них каждый день и с радостью вижу твою боль. Ведь ты не можешь горевать обо мне, не любя. Разве я не ужасен?

Он помолчал. Софи в шоке тоже молчала, пытаясь переварить это.

– Я не говорил тебе, но уже давно меня преследует один и тот же сон. В нем нет ничего ужасного, но отчего-то он пугает меня больше смерти. Я снова как когда-то на вокзале в Кайрине. Передо мной странная ползущая вниз лестница. Я прежде никогда таких не видел. С опаской я ступаю на нее и еду вниз. Стою