"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев

телятину и пирожки. В ресторане играла музыка и пела певица. Я прислушался: что-то из репертуара Плевицкой. В этом мире она популярна. В поместье, где разместился лазарет, есть граммофон и несколько пластинок. Среди них преобладают песни в исполнении Плевицкой. Они нравились всем. Вечерами, если не было раненых, врачи заводили граммофон, и над притихшим поместьем звучало сочное сопрано певицы. Я тоже слушал. Это не безголосые девицы, которые заполонили эстраду в моем мире. Здесь нужно иметь талант и голос, а не деньги папиков…

Из ресторана я вышел в отличном настроении. Возвращаться в дом Леопольда не тянуло, отправился бродить. Задумавшись, не заметил, как удалился от центра и заблудился. Опомнился, когда под сапогами захлюпали лужи — ночью в городе шел дождь.

Я встал и осмотрелся. Что имеем? Незнакомая улица с деревянными домами. Фонарей нет, но светит луна, и кое-что разглядеть можно. Дома выглядят неказисто. Крыты дранкой, на окошках ставни, которые закрыты. Поздно: люди спят. И вот что делать? Города я не знаю, извозчика, который довезет, не наблюдается, прохожих — тоже. Постучать в дом и спросить дорогу? Еще выйдут с топором. Леопольд обмолвился, что по ночам в Минске неспокойно. Город снабжает фронт. Огромное склады, море интендантов и посреднических контор. Деньги крутятся огромные, они притянули криминал. По ночам в Минске грабят и раздевают, могут убить. А у меня полный бумажник — лакомая добыча.

Я достал из кармана «браунинг». В поместье я его разобрал и почистил. Машинка оказалось на удивление простой — всего шесть деталей при неполной разборке, включая магазин. Я сходил в рощу, где опробовал оружие. «Браунинг» бил звонко и точно. С близкого расстояния не промахнусь. Магазин, правда, маловат, всего на семь патронов, и запасного нет. Я снял пистолет с предохранителя и передернул затвор. Сунул «браунинг» в карман и отправился обратно. На улице было пустынно. Влажная земля скрадывала звук шагов. Я дошагал до перекрестка и остановился. Куда идти? Присмотревшись, заметил в отдалении зарево огней. Фонари… Значит, центр там.

Предположение подтвердилось. Через сотню метров на улице появился деревянный тротуар, идти стало легче. Я уже видел вдали фонари, как тут из боковой улочки выскочила коляска. Она стала поворачивать в нужном мне направлении, как вдруг к ней метнулись тени. Заржала схваченная за уздцы лошадь, затем послышался хлесткий удар. Завизжала женщина. Да что это, мать вашу? Гоп-стоп?

Инстинктивно вытащив пистолет, я рванулся вперед. Затаиться и мысли не возникло. У меня на плечах погоны, а впереди напали на женщину.

Разделявшее нас расстояние я преодолел за несколько секунд. Лунный свет высветил картину: на облучке коляски лежал кучер, двое грабителей, вытащив из коляски женщину в светлом платье и шляпке, увлеченно занимались грабежом. А именно: один держал нож у шеи жертвы, второй копался в ее сумочке.

— Что здесь происходит?

Грабители бросили жертву и синхронно повернулись на голос. Луна светила с моей стороны, и я разглядел не отягченные интеллектом рожи. Кепки на головах, одеты в темные пиджаки и такие же рубашки. Или те красные — оттенок другой. У одного физиономия изуродована ветвистым шрамом, хорошо видным в лунном свете.

Я стоял от грабителей шагах в трех, меня они тоже разглядели. По ухмылкам, скользнувшим по рожам, стало ясно, что мундир на бандитов впечатления не произвел.

— Шел бы ты своей дорогой, офицерик! — буркнул тип со шрамом. — Целей будешь.

Он смачно сплюнул на дорогу.

— А если не пойду?

— Тогда тут и ляжешь!

Он сунул руку в карман, достал револьвер и щелкнул курком. Твою мать! Да тут серьезно.

— Ну? — спросил бандит глумливо.

Друг, увлекавшийся оружием, научил меня стрелять. Стоя, лежа, с колена и от бедра. «Ты должен быть готов выстрелить мгновенно! — вещал, заряжая патроны в магазин. — Нельзя дать врагу шанс». «В кого мне стрелять? — смеялся я. — У меня и оружия нет». «А вот это плохо, — качал головой он. — Обзаведись. Хотя бы травматом…»

Травматом я не обзавелся. Но здесь у меня имелся пистолет, и бандит его не видел — я стоял вполоборота. Тело закрывало опущенную к бедру руку с «браунингом». Бандит держал револьвер больше для страха, даже не направив ствол в мою сторону. Но если я вскину пистолет, он успеет выстрелить. Да и вспышка меня ослепит. Значит, от бедра…

Банг! Звонкий выстрел разорвал ночную тишину. Бандит со шрамом выронил револьвер и схватился за грудь. Второй пригнулся и метнулся ко мне. Не пугливый, сука! Банг! Банг! Тело мешком упало к моим ногам и затихло. Я перескочил через него и подбежал к жертве.

— Садитесь в коляску! Живо!

Следовало скорее уезжать — бандитов могло быть больше. В подтверждение этой мысли со стороны, куда ехал экипаж, грохнул выстрел. Над головой тонко цвикнула пуля. Ах, суки! Перестреляют, нахрен! Я, не целясь, выпустил остаток магазина в сторону стрелявшего. Оттуда донесся звук падающего тела и стон. Попал.

Перестрелка ввела женщину в ступор. Она застыла, глядя на меня. Уговаривать некогда. Я сунул разряженный пистолет в карман, подхватил ее на руки и забросил в коляску. Вскочил следом и стащил тело кучера с облучка, примостив его рядом с женщиной. Затем схватил вожжи.

В поместье я научился водить транспорт марки «КПТ-4». КПТ — от слова «копыта». Следовало привыкать к реалиям этого мира. Навык не подвел. Лошадка, подстегнутая вожжой, рванула с места. Колеса покатились по грунту и через пару метров перевалили через что-то мягкое. Внизу тонко вскрикнули и замолчали. Пипец котенку. А вот нечего на проезжей части лежать!

Спустя пару минут коляска вылетела на освещенную улицу. Копыта зацокали по булыжникам. Я свернул направо и перебрался на кучерское место. Стоять в коляске было неудобно, да и внимание привлекаешь. Мы неспешно катили по мостовой, и я чувствовал, как уходит адреналин из крови. И что дальше? Ехать в полицию? Посадят бедного врача в каталажку. А у меня завтра награждение…

Подумав, я свернул у какого-то сквера и остановился под фонарем у ограды. Повернулся к седокам… и потонул в огромных черных глазах под пушистыми ресницами. Они смотрели на меня из-под полей белой шляпки, прихваченной лентой под подбородком. В свете близкого фонаря глаза мерцали, суля горе и сердечную боль.

— Как вы, сударыня? Не пострадали?

— Нет, — ответил звонкий голосок. — Но Фролу нужно помочь.

Она посмотрела в сторону лежавшего рядом тела. Я бросил вожжи и перебрался в коляску. На голове кучера обнаружилась рана величиной со сливу. Вытекавшая из нее кровь заливала щеку и шею. Кистенем приложили, скорее всего, гирькой на цепочке. Такие