Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

Она кривится:

– Правильно кажется. Но зачем тебе моя кровь? Ты же не станешь ее себе вводить?

– Не стану. Но пригодиться может. Никто не знает, как подействует кровь «лояльной». Насколько она биологически активна. Хватит ли той вакцины, что в твоей крови, чтобы не допустить необратимого изменения сознания. Подействует ли она вообще. Или, быть может, превратит человека в Измененного без всяких оговорок и скидок на «лояльность». А вакцины у нас пока нет. Короче, вопросов куча.

– Но главный вопрос все же – как выбраться из этого городишки?

– Это да, – поднимаюсь на ноги. – Пора двигаться. Где Родион?

– Ушел.

– Как ушел?

Даже удивительно, насколько сильное огорчение и растерянность вызывает у меня эта новость. Как-то незаметно привык уже считать его своим, членом команды, а тут…

– Очень просто. – Рита пожимает плечами. – А ты как хотел? У него тут жена где-то. Ему ее спасать нужно, а не сидеть у твоей кровати, ожидая, пока ты очнешься. Я не сочла нужным его удерживать.

– Боюсь, один он погибнет.

– Это его выбор. Мы не можем спасать всех. Себя бы спасти…

Что-то внушает мне подозрение. Смотрю на нее испытующе.

– Ты ведь что-то знаешь, да?

– Конечно! – Рита искусно делает обиженный вид. – У меня два высших образования, между прочим! Что-то определенно знаю!

– Дурочку только не включай, ладно? Ты прекрасно понимаешь, о чем я.

– Нет.

– Рита!

– Дался тебе этот Радомир!

– Родион. Говори уже!

– Черт с тобой! Он звонил в такси из регистратуры, и я слышала адрес.

– Рита, ты умница!

– Ага. Я в курсе. Но толку-то…

Глава 27. Нулевой

Охота… В этом процессе было что-то захватывающее и пленительное. Какой-то запредельный кайф, с которым не могло сравниться ничто другое. Цель. Вполне определенная и конкретная, пусть не такая глобальная, как Миссия, но тоже важная. Миссия сидела в мозге Нулевого управляющей директивой, гнала вперед, заставляла действовать. Она была тем, что требовалось сделать во что бы то ни стало. А Цель была тем, чего хотел лично Нулевой. Несколько объектов на ограниченной территории. Как в клетке. Нулевой знал, что никуда они от него не денутся – рано или поздно он все равно до них доберется. И это знание доставляло ему удовольствие. Мысли о мести заставляли его улыбаться.

Скоро! Скоро… Когда давление Миссии становилось слишком сильным, Нулевой находил кого-нибудь на улице и передавал Дар. А потом мог вновь сосредоточиться на своем. Он пока не очень представлял, как найти нужных ему людей. Город, конечно, небольшой, но и в нем найти кого-то конкретного среди нескольких тысяч населения – задача не из легких. Поэтому Нулевой отправился на место своей… своего перерождения. Заряд дроби в живот. Память услужливо предоставила воспоминание о боли, шоке и слабости, об утекающей из него жизни. Вспышка ненависти была короткой, но яркой. Когда временно помраченное сознание вновь прояснилось, Нулевой уже знал, что делать.

След стрелка. Невероятно обострившееся обоняние позволило Нулевому взять след даже через несколько часов. Стрелок пах кровью, порохом и страхом. Оружие. Он должен был его спрятать. Большое ружье. С ним по улицам города не походишь. Полиция. Это Нулевой прекрасно понимал. Спрятал ли стрелок ружье? Наверняка. Где? Неподалеку от места, где стрелял. Чтобы не рисковать. Чем меньше было давление Миссии на сознание Нулевого, тем лучше он соображал.

Найти это место оказалось несложно – ведь запах пороха и горячего металла держится довольно долго. Во всяком случае, для такого обоняния, как у Нулевого. Неприметную одежду и небольшую лопатку Нулевой раздобыл в магазине «Все для дома», передав Дар продавцу. Все-таки удобно с этим Даром – можно даже не красть. И Миссия движется вперед. Копать, копать! Вот оно – завернутое в несколько газет. Чтобы земля не забила ствол и спусковой механизм. Хорошо. Заботился об оружии – значит хотел за ним вернуться. Ждать здесь? Это надежно, но долго. Неизвестно, сколько времени стрелок будет шататься по городу. Зато теперь, тщательно обнюхав ружье, Нулевой уже четко уловил, как пахнет стрелок. И теперь он всегда учует его в городе, ведь его память сохранит этот запах до того момента, как понадобится.

Мысль взять ружье с собой возникла и была сразу же отметена. Оно больше помешает, чем поможет. Нулевой теперь не нуждался в оружии. Он сам был оружием. Надежным и эффективным – дальше некуда.

* * *

Он шел по городу, присматриваясь, прислушиваясь и принюхиваясь. Эти три чувства сейчас работали у него превосходно. А еще наблюдательность и память. Как у живого фотоаппарата. Все увиденное оседало в ней, сохраненное в специальных ячейках, откуда могло быть в любой момент извлечено по малейшей ассоциации. Очень удобно, когда надо кого-то найти. Запах стрелка – хорошо, но надо же и остальных искать. Их Нулевой помнил только внешне – запахи он тогда чувствовал куда хуже, чем сейчас. И еще имена – Виктор, Кейт, Луи… Как искать их? Просто прочесывать город? Почему бы и нет! Нулевой не чувствовал усталости – ноги неутомимо несли его вперед, будто он был машиной, а не созданием из плоти и крови.

Любые мелочи доходили до его сознания практически мгновенно. Собака, высунувшаяся было из подворотни и тут же спрятавшаяся при виде Нулевого. Человек с бледным лицом, покрасневшими глазами и желтыми ногтями, двигавшийся неуверенно, покачиваясь. Ага, он уже получил Дар. Объявление на автобусной остановке:

«Только один вечер! Гастролирующий по стране московский маг, экстрасенс… Виктор Белый…» Виктор! Совпадение имени? Не такое уж оно редкое. Однако Нулевой знал, что Виктор из объявления – именно тот, кого он ищет. Почему? Да просто знал, и все. Но даже если он и ошибся, там будет много народу, что очень полезно для его Миссии. Значит, он пойдет туда. Непременно! Когда? Где? «Сегодня, 21 августа, в 18:00 в большом концертном зале Дома культуры». Время? Часов у него не было, телефона тоже.

Идущая навстречу женщина пришлась очень кстати. Нулевой не стал улыбаться – мимические мышцы последнее время стали поддаваться ему все хуже, и улыбка получалась пугающей (так ему по крайней мере казалось по реакции людей). Озабоченное лицо – это пока выходило достаточно правдоподобно.

– Не подзсказжете, скхолько врежмени?

Почему же так сложно стало говорить? Язык ворочался плохо, и все, что он произносил, получалось невнятно. Изменения в организме продолжались. Об этом свидетельствовал и странный зуд по всему телу. Какие? Нулевой не знал, и это его слегка беспокоило. Он догадывался, что тело его меняется для более эффективного