Размен адмирала Бабуева - Денис Владимирович Силаев

хотя, конечно, подавать вид, что тебе неуютно, было нельзя. Неожиданно раздавшийся за кормой звук отвлёк, тут же прошел доклад Пенни о том, что «Беркли» пытается атаковать «Стандартом» приближающиеся русские ракеты. Утопающий хватается за гадюку, так что… пусть пытается! Главное, чтобы к моменту, когда прорвавшиеся ракеты начнут попадать в корабли, на эсминцах закончили перезарядку торпедных аппаратов, а то осколки наделают дел. Не спать, адмирал, всё не так плохо. Четыре ракеты – не бог весть какая угроза…

«Томкэт» не сыграл… Поняв, что посадки на палубу не будет (авианосец просто не смог даже развернуться против ветра, не говоря уже о наборе скорости), пилот на последних каплях топлива повернул прямо на русские «Силексы» (единственный человек на эскадре, кто назвал ракето-торпеды в правильной натовской кодировке) и выпустил «Спэрроу». Но в этот момент движок заглох из-за нехватки топлива, и наведение пришлось прекратить. Не хватило каких-то секунд, ребята не смогли удержать машину на линии прицеливания, и Ф-14 ушел к морю, чтобы выпустить две фигурки пилотов, тут же украсившихся раскрытыми парашютами.

С «Карла Винсона» смогли задействовать кормовую установку «Си Спэрроу», и поднявшиеся дымные следы вспухли где-то в океане облачком попадания. «Карон» не отстал и исчеркал небо с таким же результатом. Какая-то возня на нижнем ярусе центрального поста, слышно, как по межкорабельной связи с кем-то переругивается начальник штаба. Как понял адмирал, сигнатуры русских «Гидродраконов» до сих пор не попадали в сенсоры американских кораблей, и что-то волновало зенитчиков. Рёв «Фулкан-Фаланкса», радостный доклад о поражении очередной ракеты. Но что такое? Зенитная установка продолжает реветь.

Раздавшийся «бум» не был каким-то особенно большим. В центральном посту народ обстрелянный, и никакого ажиотажа не произошло. Стотысячетонный корабль мог выдержать ещё немало попаданий. Даже любопытно было – а как сработает на их туше такой экзотический боеприпас? Фактически HD – это крылатая ракета без боеголовки, несущая под собой, как аист младенца, небольшую противолодочную торпеду. Чтобы жизнь мёдом не казалась (такая маленькая торпеда несла не более ста фунтов взрывчатки) – её… ОБЕРНУЛИ боеприпасом посерьезнее, фунтов уже на триста. И как вам такой бутерброд? Смеяться над идеей станет только тот, кто не понимает, что такое оружие существенно экономило русским место на их кораблях, позволяя иметь в одной пусковой установке одновременно и хороший противолодочный боеприпас, и эрзац-ПКР. Да, ракета здоровая, но посмотрите по возможностям: где она и где наш АСРОК?[110]

Проклятия, обрушившиеся на головы зенитчиков, быстро стихли. В чём виноваты ребята? В том, что «Фаланкс» никогда не блистал особыми успехами в перехвате русских ракет? Так сравните свою задницу и палец! Русский «гатлинг» для перехвата американских ракет имеет в полтора раза более крупный калибр при близкой скорострельности, причём свои установки русские предпочитали ставить попарно. А русские ракеты, как известно, имеют вес, превышающий вес американских «Томагавков» и «Гарпунов» в несколько раз! И вы хотели таких же успехов? На русских «Сандбоксах», например, есть… бронирование! Представляете? Так и что вы хотели? Радуйтесь, что наш корабль такой здоровый, и ему сложно нанести критичный урон. Кстати, что там с уроном?

Выяснение всего произошедшего как раз заняло время до следующей порции ракет, которая, впрочем, была совершенно смехотворной – всего два HD, оба перехвачены «Си Спэрроу». А попавший «бутерброд»… Вполне удачное попадание, среднестатистическое, можно сказать. Вошёл в корабль через свесившийся за борт отсек со станцией приема топлива, разворотил мастерскую, предназначенную для ремонта авиационных систем шасси, и рванул в пищеблоке, подкинув немного бобов и консервированной индейки на операционную палубу авиагруппы. Совсем рядом находились погреба с вооружением и реактор, но обошлось. Да, разбросанные детали от торпеды и остов ракеты тоже добавили проблем, обязательный в таких случаях пожар не мог не случиться, и аварийные команды в защитных комбинезонах сейчас вдоволь набегаются по авианосцу. Но общей картины это не изменило ни на йоту. Не считать же общей картиной категорический отказ второго помощника использовать контрзатопление для выправления дифферента? Корабль всё равно не наберёт скорости, необходимой для взлета чего-то, кроме «Си Хока». Даже «Хокай», скорее всего, делает свой последний вылет. Но зачем «Хокай», когда вот-вот мачты русского крейсера покажутся над горизонтом? Давайте вертолет, пусть отправляет ответное угощение! Русским нравится ловить «Гарпуны» в борт? В свете приближающейся эпохи мира и разрядки не будем их расстраивать ожиданием!

Бабуев

Наша вертушка пока на палубе. А вот американская? Хочется наконец подловить этот «Си Хок», который, подобно надоедливому слепню, всё пытается укусить корабли своими «Гарпунами». И сейчас, если всё пойдет как надо, есть хороший шанс. Авианосец уже в зоне действия С-300Ф, и если удастся увидеть на экране радара мерзкое насекомое, то Касько смахнёт его с неба. Или Бабуев смахнёт Касько с его должности. В короткой дискуссии флагманский ПВОшник попытался донести до Николая Михайловича мысль, что уничтожить вертолёт, который будет находиться в нескольких сотнях метров от излучающих помехи корабельных станций РЭБ, – это очень большая удача, но был оборван адмиральским резюме о том, что неудачников Бабуев не любит. Не место им на кораблях Военно-Морского Флота, выполняющим сложнейшую задачу Партии и Правительства… Станции наведения и подсветки в зону действия антенн американских кораблей ещё не попадают, так что стрелять будешь хоть и на максимальную дальность, но во вполне комфортных условиях.

Невозмутимый командир БЧ-3, строго по субординации, докладывает Лебедеву о том, что пусковая установка «Раструбов» перезаряжена. Можно проводить новый четырёхракетный залп.

– Не «новый», а «последний»! – поправляет хмурый адмирал.

После опустошения установок «Исаченкова» сможем только по паре «Раструбов» пустить. Бабуев с надеждой подождал, что кто-нибудь из подчиненных рискнёт поправить, мол, не «последний», а «крайний», но дураков не было. Адмирал, как всякий моряк, суеверия, конечно, чтил, но ещё больше он чтил чистоту русского языка и за корявые недомолвки устраивал полноценные разносы.

– Ну что, «румын», вот и до тебя дошла очередь впахивать? Колись, хотел курсантом по «Энтерпрайзу» торпедой засадить, или это только у подводников такая влажная мечта? – подкалывает он командира минно-торпедной части. – Мы же сейчас твои «Раструбы» докурим, и вообще полезем в торпедную атаку.

– А что вы хотели? – он обернулся к офицерам. – Я предупреждал: если они на дно не пойдут, будем их кортиками рубить.

– Я, товарищ адмирал, из подплава пришёл, так что к сбыванию курсантской мечты готов, – флегматизм командира БЧ-3 был, конечно, неотразим.

– К сбыче, – поправил его адмирал. – Ну и кого ждем? Ракето-торпедная атака!

В принципе, команды такой, конечно же, не было, но ракето-торпедная атака (из песни слов не выкинешь) началась.

Хуг

Налёт русских ракет – это не