Лавочник с молнией в кармане. Том 1 - Борис Владимирович Романовский

Я отвернулся, совершенно не желая продолжать разговор. Вот вообще не желая.

Надо спать… Любой здоровый мужчина меня поймёт: в таком состоянии заснуть довольно трудно. А если и получится, то сны будут вполне определённого характера.

Поэтому проснулся я совершенно невыспавшимся. Причём разбудила меня Шарлотта.

— Там Витя пришёл, — раздался её голос у меня в голове. — В дверь стучится.

— Сейчас буду, — пробормотал я, поднимаясь.

Спустившись, я открыл дверь и увидел Витю. Тот стоял с важным видом и смотрел на меня. Окинув скептическим взглядом его одежду, больше похожую на какое-то рваньё, я махнул рукой.

— Заходи. Сейчас умоюсь, покушаем, а потом сходим на рынок, подберём тебе что-нибудь нормальное. Ты теперь мой работник и должен выглядеть соответствующе.

— Да вроде хорошая одежда, — пробормотал он, потянув за сто раз стиранную рубашку.

— Не спорь, — отмахнулся я.

Мы поднялись наверх, и там я приготовил еду, как и в прошлый раз, на троих: на себя, Витю и жирную крысу.

Мелкая тварюшка снова прибежала ко мне, захватив с собой корзину.

Чувствую, надо увеличивать доходы, иначе такими темпами я начну голодать.

Мы с Витей хорошо поели и отправились на рынок, где я прикупил ему недорогую, но добротную одежду. Теперь он выглядел как сын торговца или ремесленника, а не как сирота.

Мы вернулись, и там я начал брифинг:

— У тебя будет крайне важная задача, — строго говорил я, глядя на притихшего парня. — Как только я уберу табличку «Закрыто», в мою лавку потянется много народу. Слушай, что они говорят, и продавай товары, которые им приглянутся. Цены указаны на бирках. Считать умеешь?

— Нет, — покачал он головой.

— Значит, научишься, — отмахнулся я. — Люди тут добрые, не обманут.

Витя удивлённо посмотрел на меня, явно засомневавшись в моём ментальном здоровье. Я же, сдерживая смешок, продолжил:

— Продашь все товары за день — получишь премию. Всё, я пошёл к себе. Если вдруг будет что-то срочное — зови.

— Хорошо, — растерянно кивнул Витя.

Я убрал табличку «Закрыто» и поднялся к себе. Открыл дверь в спальню — и замер. На моей кровати, раскинув лапы, лежала жирная крыса и храпела.

— Ах ты, мразь мелкая, — процедил я очень тихо, чтобы её не разбудить.

Аккуратно, на цыпочках пройдя к столу, я забрал книги и уселся на покрывало, которое так и не убрал. Откинувшись на стену, я углубился в чтение, поглядывая на крысу. Револьвер лежал рядом.

Блохастая тварь храпела, не обращая ни на что внимания. Надо будет потом сжечь покрывало, на котором она лежит.

Пока я листал книгу, Шарлотта весело комментировала действия Вити:

— Он тут ходит по залу, смотрит на дверь, — хихикала она. И через некоторое время: — О-о-о, он наконец-то понял, что никто не придёт! Он сел на стол.

Ещё через полчаса Шарлотта доложила:

— Ему стало совсем скучно. Пытается открыть одну из витрин. Пока плохо получается.

А ещё через десять минут:

— Кажется, он что-то сломал и теперь пытается починить.

Я хмыкал, слушая её, и продолжал листать книгу.

— Клиент! — вдруг воскликнула Шарлотта. — Это тот вчерашний мужик, который два часа смотрел на трость! Снова на неё пялится, что-то спрашивает у Вити. Какой-то подозрительный тип, если честно. Витя паникует, не может открыть витрину… А нет, у него получилось.

Я закрыл книгу и выпрямился.

— Мужик рассматривает трость, — продолжала она. — Мне кажется, тебе стоит прийти сюда.

Мне тоже так казалось, поэтому я спустился вниз, держа руку на кобуре с револьвером. Мужик, только увидев меня, тут же улыбнулся и протянул трость Вите. Тот аккуратно взял её и вернул на витрину.

— Обязательно вернусь и куплю её, — заверил меня посетитель, после чего вышел из лавки.

— Ну как, справляешься? — спросил я.

— Вроде да, — пробормотал парень. — Но тут всегда так мало людей?

Я хмыкнул и потрепал его по голове.

— Почему мало? Вот, один клиент уже был.

— Но он ничего не купил.

— Главное, что он был, — я поднял палец. — Ладно, я пройдусь по рынку. А ты оставайся тут. Сейчас объясню тебе, сколько что стоит.

Я подошёл к столу и принялся выписывать цифры на бирках: рядом с единицей положил один пенс, рядом с двойкой — два. Таким нехитрым образом я показал парню, как считать цену на витрине. Витя схватывал на лету — считать он умел, просто плохо знал цифры.

Оставив его, я отправился на рынок. Первым делом заглянул к булочнику Боре, купил пару бутылок самогона и двинулся к деду Вале. Как я и думал, тот сперва начал бурчать, но, увидев аж две бутылки пойла и выслушав мою искреннюю благодарность — за моё спасение во время отравления и за помощь Вите — всё же оттаял и пустил меня на свой склад. Там я порыскал и купил трое карманных часов и пару интересных запонок — очень старых, невзрачных. Но, думаю, после восстановления они будут смотреться весьма неплохо. За всё отдал каких-то шесть талеров. Вещи были довольно простенькие, да и состояние у них было аховое.

После деда Вали я ещё прошвырнулся по барахолке, поискал всякой рухляди и набрал полную котомку старья, которое после восстановления вырастет в цене в десятки раз.

Настроение у меня было приподнятое, да и денег хватало, так что я решил реализовать свой план с сообщением Алине. А вдруг она правда жива?

Первым делом я направился на местное радио. Контора была всего одна — она и владела всем городским вещанием.

Нужное здание находилось на улице Аметиста: высокое, узкое, из тёмно-красного кирпича, с чередой стрельчатых окон и тонкой башенкой на крыше, из которой торчала мачта передатчика.

У входа висела начищенная до блеска латунная табличка с одним словом — «Эфир».

Внутри было куда чище и тише, чем я ожидал. Пол устилала ковровая дорожка, глушившая шаги, а из-за обитых войлоком дверей не доносилось ни звука. За стойкой в холле скучала худая барышня в строгом платье, с гладко зачёсанными волосами.

— Чем могу помочь? — она окинула меня оценивающим взглядом.

— Хочу дать объявление, — сказал я. — Пропала кошка.

— Кошка? — Шарлотта удивлённо подняла брови.

Барышня сочувственно кивнула и протянула мне бланк с перьевой ручкой.