Лавочник с молнией в кармане. Том 1 - Борис Владимирович Романовский

— Давай сюда! — рявкнул он.

— Вот, держите.

Я подкатил часы по полу. Грабитель тут же хлопнул по ним ладонью — и я активировал Восстановление. Слабенькая молния выстрелила из моей руки и ударила в часы, и бандит, вскрикнув, повалился набок. Я вскинул револьвер и выстрелил во второго. Тот отвлёкся на своего подельника и среагировать не успел — пуля попала ему прямо в голову.

Ничего себе! Вот это выстрел.

— Сука! — заорал первый, пытаясь подняться. — Ты труп!

Он вскинул на меня пистолет, но я оказался быстрее. Три пули вонзились ему в грудь, и он, захрипев, повалился вперёд.

Чпок-чпок-чпок.

Револьвер щёлкал вхолостую — патроны закончились.

Я стоял и тяжело дышал, продолжая нажимать на спусковой крючок. Сердце колотилось как никогда в жизни, руки дрожали. С трудом уняв тремор, я убрал револьвер в кобуру и на негнущихся ногах вошёл в лавку.

Тут над трупами что-то замерцало. Из тел выплыли два ошарашенных призрака.

Стараясь не смотреть на них и не слушать, что они там говорят, я подошёл к столу и заглянул под него. Там, сжавшись, сидел Витя. Он испуганно посмотрел на меня.

— Ты цел? — спросил я.

— Да, — кивнул он. — Они были с оружием. А когда с оружием — всегда надо бежать.

— Всё правильно сделал, — махнул я рукой. — Сиди тут пока. Как скажу — выходи и поднимайся в мою комнату. Понял?

— Да, — прошептал он. — Простите.

— Ты всё сделал правильно, — буркнул я. — Не хватало, чтобы тебя ещё раз покалечили.

Поднявшись к себе, я нашёл в чулане ненужные покрывала и накрыл ими тела бандитов, после чего прогнал Витю в мою комнату.

Почти сразу же после этого в лавку вошли двое полицейских. Оба мордастые, тучные.

Они хмуро оглядели разгромленное помещение, и один из них откинул покрывало, раскрыв тело убитого.

— Что у вас случилось? — спросил второй. — Соседи жалуются на выстрелы.

— Вооружённая попытка ограбления, — ответил я. — Мне пришлось применить оружие.

— Свидетели были? — скучающим тоном поинтересовался первый полицейский, откидывая второе покрывало.

— Да, — кивнул я. — Мой продавец, Витька. Он сейчас наверху.

— Позови его, пусть даст показания.

— Он ещё ребёнок, ему девять. Уберите сперва трупы.

— Слушай, а этого-то я знаю, — сказал второй полицейский, ткнув ботинком в голову убитого с простреленной грудью. — Его вроде Отвёрткой кличут. То ещё отребье, по которому давно палач плачет.

— Наш-то палач и плачет, — хохотнул первый и, посмотрев на меня, добавил: — Хорошо, сейчас уберём тела, а потом допросим парня. Если всё так, как ты говоришь, проблем у тебя не будет.

— Да, — кивнул я.

Через несколько минут пришли ещё люди и убрали тела. Я стёр следы крови и позвал Витьку. Парень, заикаясь, ответил на вопросы полицейских, и те спокойно ушли. Больше ко мне вопросов не было.

В этом мире убить вооружённых грабителей — дело естественное и ненаказуемое. Особенно если есть свидетель.

— Давай рассортируем товары по витринам, — вздохнул я, глядя на сваленные в углу котомки с вещами. — Как раз и познакомишься с ними.

— Хорошо, — тихо ответил Витя.

Мы принялись за работу. В какой-то момент парень вдруг проговорил:

— Я видел через щель, как вы выпустили молнию.

Я замер и внимательно посмотрел на него.

— Я знаю, что такие люди бывают, — зачастил он. — Я же сирота, много всякого повидал. Вам не надо было прятать от меня тела. Уж поверьте, они бы меня не напугали.

— Никому не говори, — кивнул я, продолжая работать.

— Хорошо, конечно, — ответил парень. А потом вдруг спросил: — А вы можете меня тоже научить такому?

— Нет, — резко ответил я. — И больше не спрашивай, хорошо?

— Хорошо…

Когда мы с Витей закончили уборку и рассортировали предметы по витринам, я дал ему денег и отправил за обедом. После чего, стоя посреди зала, устало огляделся. Снова надо чинить пол — тут и там виднелись следы от пуль. Да и витрины некоторые пробиты и сломаны.

Витрины-то я починю, а вот с полом придётся повозиться.

— Выглядишь не очень, — прокомментировала Шарлотта, пристально глядя мне в лицо.

— Да как-то подустал я от того, что мою лавку раз за разом громят, — проворчал я, взлохматив себе волосы. — Не привык я к такому ритму. То молния, затем старик этот стрёмный, теперь вот грабители…

— Тяжела жизнь лавочника, — заметила Шарлотта. — Правда, у Артура всё было не так бурно. Так что ты сам виноват.

— Это где я виноват? — удивился я.

— Ну не знаю, — пожала плечами Шарлотта. — У Артура же так не было. Может, ты слишком много с аристократками флиртуешь? Отсюда и все твои беды.

Я махнул на неё рукой и устало побрёл к своему стулу. Сил и правда почти не осталось — причём не физических, а моральных.

Вскоре вернулся Витька, навьюченный пакетами. Мы вкусно поели, от души.

Я взглянул на время — уже шесть вечера.

— Иди домой, — решил я.

— Хорошо, — кивнул Витя. — Спасибо за еду.

— Остальное тоже забирай, своим отдашь.

— Спасибо…

Витя собрал контейнеры с остатками еды — а там осталось не так уж мало, я специально брал с запасом.

— Вы хороший человек, — вдруг сказал Витя. — Сами ничего не продаёте, а меня взяли на работу. И кормите. Хотя лавка целый день пустая была. Ни одного покупателя, только грабители.

— Иди давай, — буркнул я. — Нашёлся тут, умник.

— Спасибо, — Витя кивнул и быстро вышел, под хихиканье Шарлотты.

Я, чуть подумав, взял ключи, запер лавку и направился в сторону паба.

Только сейчас до меня постепенно доходило, что я убил двух человек. Ни в прошлой жизни, ни в этой мне ещё не доводилось никого убивать. Мне срочно нужно побыть наедине с собой, чтобы всё обмозговать и сделать соответствующие выводы. И лучше думается с бокальчиком виски в руках.

Не знаю почему, но я выбрал паб «Бобр в сапогах». Прибыв туда, я заказал себе алкогольный напиток,