Любовь всей моей смерти. Том 2 - Дэпаранг

– Чжихан, тебя перед студией ждет твой менеджер. Директора очень сильно бушевали, так что, думаю, у него есть много того, что он хотел бы тебе сказать. Все-таки своими действиями ты сильно его подставил. Как бы то ни было, хорошего вам разговора! Мы поедем на съемочную площадку, так что увидимся там позже!

Как только Воллён закончила говорить, она тут же потащила Шихён на парковку, чуть ли не переходя на бег. Затем Воллён поспешно запихнула ее на переднее сиденье. Каждое ее движение было молниеносным, словно за ней кто-то гнался. Рукой, к которой Воллён едва прикоснулась, Шихён почувствовала, что ее ладони стали мокрыми от пота. Без лишних объяснений Воллён быстро села за руль и заперла все двери. Даже не пристегнувшись, она завела двигатель машины. Ситуация разворачивалась настолько быстро, без единой передышки, что у Шихён даже не было времени, чтобы о чем-то спросить. Пальцы Воллён, лежавшие на руле, постукивали вразнобой, что только усиливало ее тревогу.

Это было очень похоже на похищение. Только после того, как машина съехала с эстакады, Воллён начала постепенно вновь становиться спокойнее. Вздох облегчения, поднявшийся из самой глубины ее души, отозвался глубоким эхом по всей машине. Только тогда и Шихён, и Воллён обе смогли расслабиться.

– Что вдруг на вас нашло? У меня аж душа в пятки ушла, – спросила Шихён у заметно успокоившейся Воллён.

Вернувшись к своему обычному состоянию, Воллён сбавила скорость и сосредоточилась на вождении. Если бы ее увидел кто-то со стороны, ему могло бы показаться, что ничего особенного не произошло. Глядя только вперед, Воллён начала говорить:

– Осторожность не помешает… А впрочем, забудь.

Воллён начала говорить, но вдруг остановилась и покачала головой. Словно сказав что-то лишнее, женщина хлопнула себя по губам рукой, которой до этого держала рычаг передач. Тем самым она вызвала только больше подозрений у Шихён, и девушка настойчиво спросила:

– Осторожной? Кого нужно остерегаться?

Воллён не проронила ни слова. Из-за этого Шихён опустила голову, погружаясь в свои мысли, стараясь тщательно прокрутить в голове все события. В общих чертах поняв, о чем идет речь, она подозрительно прищурилась, а затем вновь задала вопрос:

– Неужели это из-за Чжихана?

Шихён не сводила глаз с Воллён. На ее губах появилась раздраженная ухмылка – Шихён никак не могла понять, попала ли она прямо в цель или же просто ее поведение так надоело женщине. Ее взгляд, все это время избегающий Шихён, ненадолго задержался на ней, после чего она глубоко и раздраженно вздохнула и неторопливо ответила:

– Дело не совсем в нем. Знаешь, у каждого из нас есть такая штука, как предчувствие. У меня с самого рождения это предчувствие особенно обострено.

– Какое это имеет отношение к делу?

– Просто… Просто сегодня все было как-то иначе. С самого утра у меня острое ощущение в затылке. Обычно, когда возникает это чувство, с вероятностью в сто процентов что-то произойдет – и неважно, значительное или не очень. И когда я услышала, что с тобой случилось, я тут же помчалась в студию.

Шихён вновь тронула та забота, которую Воллён неожиданно к ней проявляла. Конечно, смысл этих слов был таким, но тон ее был грубым и резким. Ей тоже нелегко давалось выражение своих чувств. Можно было просто сказать, что она пришла, потому что переживала за нее, не было нужды добавлять столько подробностей… Реакция Воллён заставила Шихён в какой-то степени избавиться от подозрений, и девушка успокоилась.

– А когда я столкнулась с тобой и Чжиханом, у меня будто все волосы на голове встали дыбом… Уф, даже вспоминать об этом не хочется.

Воллён, погрузившись в воспоминания, ненадолго замолчала и затем вздрогнула. Немой вздох, слетевший с ее губ, был лучшим выражением чувств.

– В любом случае у меня просто была мысль о том, что лучше было бы как можно скорее убраться в другое место.

Затем она тихо добавила:

– Вот почему я так поступила.

Может, дело в том, что Шихён слишком сильно впечатлилась историей Воллён? Все это время молча слушавшая ее рассказ, она тоже ощутила, будто по ее спине пробегает ледяной холодок. Девушку даже посетило какое-то тревожное чувство. Неужели слова Чжихана «Узнаешь в конце сегодняшнего дня» были как-то связаны с предчувствием Воллён? Девушку охватили всевозможные тревожные и запутанные мысли. В попытках отбросить те ясные образы, которые приходили в ее голову, подстраиваясь под мысли, Шихён сильно помотала головой.

«Нужно сосредоточиться на том, что осталось, сосредоточиться, сосредоточиться. И как только закончится сегодняшний день, все определенно…»

Шихён повторяла про себя слова, словно мантру, пытаясь держать себя в руках. Воллён бросила косой взгляд на девушку через зеркало заднего вида. Увидев, что настроение ее ухудшается, она цокнула, посочувствовав.

Говорят, от ненависти до любви один шаг. Поначалу Воллён заботилась о Шихён не из-за привязанности, а по денежным соображениям и немного из-за давления Чжиху. Но по мере того как они все больше проводили время друг с другом, Воллён почему-то невольно начинала за нее переживать.

Более того, у них на носу были финальные съемки дорамы и одно грандиозное дело. В общем и целом, в момент, когда ей нужно было быть очень решительной, даже малейшее колебание могло привести все планы и вероятность успеха к полному провалу.

С каждой минутой напряжение нарастало все больше. Чтобы хоть немного разрядить обстановку, Воллён смутно попыталась пошутить:

– Похоже, ты уже перешла на новый уровень и почувствовала свою власть. Вон даже научилась помыкать сотрудниками и фотографом.

По правде говоря, Воллён была сильно удивлена недавним звонком редактора. Он поразил ее настолько, что даже на какое-то время женщина слушала его, не в силах вымолвить ни слова. Оно и неудивительно, редактор сказал, что Шихён разозлилась и, не собираясь дальше продолжать съемки, хлопнула дверью прямо в самый разгар работы. Шихён, которую Воллён хорошо знала, была не из тех, кто был бы способен на такое. Пусть она не знает, как девушка поступает в других сферах жизни, но во всем, что касается работы, вести себя так безответственно было не в ее стиле. Воллён была уверена, что во время съемки определенно случилось нечто непредвиденное.

– Ну так что, почему ты так поступила? Он потребовал, чтобы ты снималась обнаженной? – равнодушно спросила Воллён.

Однако Шихён хранила молчание. На перекрестке загорелся красный сигнал светофора, так что им пришлось остановиться. Воллён перевела растерянный взгляд на Шихён, которая даже не смотрела вперед.

– Серьезно? Все так и было?

Воллён вновь повторила