Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Бригадир Райнаб Лодж откашлялся.

— Вешлер рассказал, что Зилгард применил ритуал «чтения земли», что бы это ни значило, — поведал он. — Благодаря ему маг узнал, что сион, который помог на вылазке против ожившего сайнадского мертвеца, всё ещё где-то неподалёку. Зилгард вывел нашу разведку на его следы. Патруль всадников врага был вырезан подчистую: имперские ножи. Часть демонстративно оставили, потому что если бы убийцу спугнули, то тела достались бы сайнадам, которые раздели бы своих, забрав всё имущество. Но нет, трупы продолжили лежать во всём великолепии на поживу падальщикам. С ножами внутри. Выходит, либо их огромный запас, либо это знак. Для нас.

— Но к нам этот «союзник» не вышел, — скорее утвердительно, чем вопросительно произнёс я.

— Именно, — Лодж пожал плечами.

— Этот ритуал требует очень большой практики. Получить ответы — как читать следы на земле. Нужен опыт и знания, — слабо шевельнулся Вешлер, похожий в своём плаще на чёрную ворону, сидящую на заборе. — Та же Империя или Сайнадское царство не обучают такому своих колдунов — что-то получаться начинает только к концу их жизни. Очень непрактично.

Я посмотрел на него более пристально. Парень улыбнулся.

— Мало точной информации, — поведал клановый волшебник. — Или Зилгард не сумел в должной мере её интерпретировать.

Очередной тычок мне по носу. Напоминание, что мир сложнее, чем я думал. Ритуал чтения земли! Что это? Ответы появляются в голове? Или нечто, похожее на некромантию с её возможностью изучить память недавно умерших?

— Если этот сион не выходит на связь, значит есть резоны, — сказал Гаюс. — Если судить по имперским ножам, то скорее всего это кто-то из выживших после фирнаданской бойни.

— Тогда почему он не сбежал с остальными? — спросил генерал Эдли. — В чём логика?

— Есть что-то, чего мы не знаем, — громко вздохнул Маутнер. — И имперский сион, причём весьма умелый, который бродит рядом, тому свидетель. Может у него индивидуальное задание от Дэсарандеса?

Теперь понятно, почему Логвуд столь мрачен.

На долгое время шатёр погрузился в тишину.

— Ну хорошо, а теперь давайте о серьёзном, — прервал молчание Лодж, вытянув ноги. — Младший воевода Пилекс Зарни нагонит нас возле Дахабских гор. Это факт. Слишком крутой подъём и слишком узкие тропы. Безусловно мы сможем хорошо закрепиться и попробовать отбросить его, но в таком случае беженцев нужно будет бросить им на поживу.

— Не вариант, — буркнул бородатый вождь Торкон. — Слишком много мы с ними провозились, чтобы бросать теперь.

— Никто и не собирается, — фыркнул Гаюс. — Так… прикидываем возможности.

— А возможность одна — закрепиться у подножия и ждать, пока беженцы взберутся в гору по единственной нормальной дороге, — отрезал Эдли. — Понятно, что нужно будет каким-то чудом сдержать превосходящую нас по меньшей мере в пять раз армию, но выбора всё равно нет.

— Там должен подойти генерал Хельмуд Дэйчер. Он давно опередил нас, собирая людей по крупицам — то тут, то там, — пояснил Лодж. — Связь мы держали регулярно, а потому о нашем положении он знает. А вот сайнады о нём — вряд ли. Слишком уж далеко Дэйчер успел уйти.

— Его возвращение окажется для Зарни как снег на голову, — пробормотал Гаюс.

— Чёрные Полосы не будут прикрывать отступление беженцев по горам, — сухо сказал Логвуд, обрывая прежнюю тему и начиная новую. — Как и Дикие Гуси, и остальные элитные отряды. Ваша задача — ударить ослабших и уставших противников, отбросив их в самом конце. Нам нужно продержаться порядка двух дней, пока пятьдесят тысяч беженцев поднимутся в горы. И когда пехота сломается — а она сломается — на передовую выйдете вы. Последний заслон.

Я покосился на капитана. Маутнер не слишком весело ухмыльнулся.

— Мы снова подтвердили, что являемся лучшими из лучших, лейтенант, — произнёс он.

— Троица всемогущая, надеюсь мы не будем просто стоять, сомкнув ряды, и дожидаться, пока сайнадская конница раздерёт нас на части? — почесав затылок культёй, пробормотал я.

— Укрепимся, — отрезал Маутнер. — Создадим такую полосу препятствий, которую сайнадские псы не смогут и за неделю перейти. Сапёры помогут. Маги руны нарисуют. Если всё пройдёт по плану, не придётся даже мечи тупить.

— Ладно, думаю детали будем решать уже на местности, увидев всё своими глазами, — кивнул я ему, ведь всё уже было решено. После этого я шагнул вперёд и обратился напрямую к коменданту. — Возвращать слуг знати было ошибкой. Похоже, аристократы решили, что вы не заберёте их обратно, если они не смогут стоять на ногах.

Тольбус нахмурился, но слово взял Дирас Эдли.

— Эти слуги себя хорошо показали на Верденской переправе. Они только щиты держали, конечно, но удержали.

— У тебя ещё остался их свиток с требованием компенсации? — спросил Логвуд.

— Да, — кивнул Эдли.

— И эта компенсация была рассчитана, исходя из стоимости каждого слуги в деньгах? — брови коменданта опасно сблизились.

Дирас снова кивнул.

— Тогда забери слуг и заплати за них полную цену. Золотыми стандартами, — постановил Тольбус.

— Однако… — удивился Гаюс, — столько золота тяжеловато будет нести аристократам.

— Лучше им, чем нам, — процедил Логвуд.

Маутнер откашлялся.

— Деньги-то пойдут из солдатского жалованья, да? — проникновенно поинтересовался он.

— Нанв, расколотый или единый, всегда платит свои долги, — прорычал Логвуд.

В этом заявлении прозвучал отзвук будущих событий, и наступившее молчание подсказало, что не только я это понял.

Глава 6

«В полном соответствии с характером своих хозяев, сизианская пустынная собака — порода жестокая и непредсказуемая, небольшая, но сильная, однако более всего она славится своим упрямством и волей».

Стирвур Аскелес, «Жизнь покорённых».

* * *

Дахабские горы, взгляд со стороны

Даника со стоном перекатилась набок, но не открыла глаза. Девушка слишком устала, чтобы такая малость заставила её проснуться.

Ей снова снился кошмар. Чужая память — это не только полезные светлые или приятные воспоминания. Передавалось… многое. И кое-что превалировало.

Плевать, что преимущества были куда более весомы. То — дневные мечтания, которые превращались в пот, страх и холодный озноб, пробирающий ночью.

За всё приходиться платить.

Тёмное прошлое Серых Ворóн снова дало о себе знать. Как и память одного юнца,