Исцеление вечности - Джули Кагава

Жук сидел на полу, привалившись к одной из колонн, его юное лицо было запрокинуто вверх, глаза смотрели в пустоту, из груди торчала рукоять кинжала. В руке он до сих пор сжимал рацию.

Зная Зика, зная, что сейчас он винит себя, я положила руку ему на плечо. Оно было таким горячим, что обжигало пальцы.

— Ты не виноват, — тихо сказала я.

Зик не ответил. Он шагнул к Жуку, нагнулся, осторожно вынул из бесчувственной руки рацию и выпрямился — я услышала тяжелый, мучительный вздох.

— Зик, — снова обратилась я к нему. Зик повернулся — его лицо застыло, точно маска едва сдерживаемого страдания. — Подумай о других беженцах. Им нельзя здесь оставаться.

— Знаю. — Он повесил рацию на ремень, и настрой его снова стал деловым: — Я все думал, как сказать тебе и Кэнину. Я поведу всех наверх. Вы не обязаны… с нами оставаться. Вам нужно искать Саррена. Со мной все будет в порядке.

Он говорил это, не глядя на меня. Во мне вспыхнул гнев, но я рассудительно заметила:

— Ты не знаешь этот сектор так, как знаю его я. Куда вы пойдете?

— Отыщем какое-нибудь место. — Он снова посмотрел на Жука, потом отвернулся и медленно направился обратно к остальным. — До рассвета где-то два часа, — сказал он, проходя мимо меня. — Хватит, чтобы подняться наверх и найти, где спрятаться от кровавцев. Вы с Кэнином можете еще до утра двинуться ко Второму сектору. Не волнуйся за меня. Я вас догоню, когда смогу.

Из моего горла вырвался рык. Схватив Зика за локоть, я развернула его к себе и притиснула к колонне. Он удивленно ойкнул, широко распахнул глаза — и тут я крепко его поцеловала.

На мгновение он застыл, потом обнял меня и притянул к себе. Я прижалась к Зику, чувствуя, как просыпается Голод, ощущая губами его губы, спиной — его ладони. Я отдалась своим чувствам, всем, включая отчаянное желание наклониться к его шее и вонзить клыки ему в горло. Я могла контролировать это желание, и я была твердо намерена его контролировать. Потому что я знала: больше я Зика не отпущу.

— У меня есть идея получше, — прошептала я, когда мы наконец чуть отодвинулись друг от друга. Мое лицо было в нескольких дюймах от его лица, я чувствовала исходящий от него лихорадочный жар. — Почему бы тебе не позволить нам помочь вам?

Грудь Зика дрогнула под моими пальцами.

— А как же Саррен?

— Мы найдем Саррена. — Я провела пальцами по его волосам, зачесала их назад, и он закрыл глаза. — Мы успеем и отвести людей в безопасное убежище, и отыскать Саррена. Не нужно выбирать одно из двух, Зик. — Он не ответил, и я положила руки ему на плечи, аккуратно коснувшись кончиками пальцев его затылка. — Я знаю, куда мы можем пойти наверху: в старую школу, где я раньше жила. Она стоит на отшибе, там полно места, и на двери есть засов. Там беженцы будут в безопасности, насколько это возможно на Периферии. Надо только вывести их из туннелей, немедленно.

— Я не хочу вас задерживать.

Я хитро ухмыльнулась:

— Ты полстраны прошел, чтобы отыскать меня, Зик Кросс. И утверждаешь, что наша встреча была предначертана. Нет, боюсь, теперь ты так легко от меня не отделаешься. Или, может быть, мне следует сказать: «Я тебе не позволю от меня отделаться». Вампиры — жуткие собственники.

Зик тихо фыркнул, и его взгляд наконец-то чуть просветлел.

— Так я теперь домашний человек, девочка-вампир?

Сейчас было не время и не место об этом думать. Где-то рыскал Саррен, Шакал ушел, а нам еще предстояло разбираться с беженцами. Кэнину и Зику оставались считаные часы, каждая секунда была на вес золота. Но сейчас мои мысли занимало одно — желание рискнуть. Я хотела сделать это, пусть весь мой жизненный опыт требовал спрятаться, залечь на дно, позаботиться прежде всего о себе. Зик о себе не заботился. Он пришел в Нью-Ковингтон, прекрасно зная, кто я такая, и ради него я готова была попытать удачу. Ради него я готова была наконец-то рискнуть своим сердцем и открыться.

Я обняла его за шею. Посмотрела ему в лицо, в ясные сапфировые глаза и прошептала:

— Поцелуй меня, Зик.

Он так и сделал. Закрыв глаза, склонился ко мне, и его губы прижались к моим губам — нежно, мягко. Когда несколько долгих мгновений спустя Зик отстранился, его глаза были темны от страсти. Но еще в них мелькала легкая тревога.

— Кэнин на нас смотрит, — прошептал он.

В голове мгновенно прояснилось. Меня пронзил страх: что скажет мой наставник? Будет ли бранить? Или просто разочарованно покачает головой? Доволен он точно не будет. Я не могла как следует рассмотреть его лицо — Кэнин так и стоял в темном углу на другой стороне котельной, — но я чувствовала, как меня буравит его тяжелый взгляд.

Зик осторожно отстранился от меня, отошел от колонны.

— Я прослежу, чтобы все приготовились выдвигаться, — сказал он. — Много времени это не займет. Как далеко твоя школа?

— До рассвета доберемся, — ответила я, все еще ощущая взгляд Кэнина. Эллисон, ты же понимала, что рано или поздно он узнает про вас с Зиком. Он, скорее всего, и раньше это подозревал. Вопрос в другом: тебе не все равно, что он думает о союзе вампира и человека?

— Хорошо, — кивнул Зик. — Давай я объясню всем ситуацию. Через несколько минут мы будем готовы идти.

— Зик?

Он повернулся ко мне, вопросительно взглянул. И, быстро собравшись с духом, я — прямо на виду у моего господина — шагнула к нему, взяла его лицо в ладони и поцеловала еще раз.

Я знаю, что ты смотришь, Кэнин. Да, это именно то, о чем ты думаешь.

Зик отстранился, вид у него был немного растерянный. Он криво усмехнулся, облизнул губы.

— Это… все ведь не ради него, да? — спросил он со странным весельем в голосе — и немного запыхавшись. Я прикусила губу.

— Тебя это напрягает?

— Что, поцелуи? Я всегда к твоим услугам. — Слабо улыбнувшись, он потрепал меня по плечу и отступил — в этот раз я не стала его удерживать. — Я пойду собирать людей. Дай мне десять минут, и мы будем готовы.

Я проводила его взглядом, собралась и пошла к Кэнину.

— Это было занимательно, — невозмутимо сказал он, когда я встала рядом у стены. — Полагаю, второй поцелуй был рассчитан исключительно на меня?

— Кэнин…