"Фантастика 2025-27". Компиляция. Книги 1-25 - Андрей Соболев

— Гм! — он повертел в пальцах бокал. — Можно еще рому?

Не жалко. Я наполнил ему бокал. Поляков отхлебнул, покатал напиток на языке и медленно проглотил.

— Хороший ром! Сразу видно, что учились в Германии. Там ром любят. Хочу спросить. Если Лиза придет в госпиталь… Ей обязательно выносить горшки?

— Какое у нее образование?

— Женская гимназия.

— Госпиталь нуждается в специалистах. Поручить человеку с гимназическим образованием выносить горшки — это все равно, что забивать гвозди микроскопом. Лиза может стать медицинской сестрой. Сделать раненому укол, поставить банки, сменить повязку… Неплохие навыки для будущей матери и жены. Не всегда врач может оказаться под рукой.

— Похлопочете за нее?

— Если не будет возражать.

— Не будет! — покрутил он головой. — Еще просьба. На днях в Минск прибывает государыня-императрица. В ставке пройдет совещание командующих фронтов.

— Откуда знаете?

— У меня, знаете ли, есть связи, — Поляков улыбнулся. — Государыню сопровождает наследница. В ходе таких визитов она посещает богоугодные заведения. Наверняка заглянет в ваш госпиталь. Буду благодарен, если вы представите ей Лизу, упомянув, чья она дочь.

Ну, жук! Ну, хватка!

— Сомневаюсь, что наследница заинтересуется мной.

— Не сомневайтесь. Всем известно, что вы оперировали Алексеева. В Москве тоже знают. К тому же герой, награжденный орденами… Наследница обязательно подойдет. Представите?

— Постараюсь.

— Благодарю! — протянул он руку. Я пожал ее. Поляков встал и пошел к выходу. Перед дверью он вдруг обернулся. — И знайте! Я буду рад видеть вас зятем!

Хлопнула, закрываясь, дверь. Я пожал плечами, допил ром и подошел к окну. Отодвинул штору. В свете горевшего у дома фонаря был хорошо виден стоявший у подъезда черный автомобиль. Из парадного вышел Поляков. Водитель выскочил наружу и открыл заднюю дверь. Поляков забрался внутрь. Водитель закрыл за ним дверцу и направился к своей. Спустя пару секунд автомобиль пыхнул дымом из выхлопной трубы и укатил из поля зрения.

Я вернул штору на место и убрал бутылку в буфет. Бокалы оставил на столе — прислуга завтра помоет и уберет. Хорошо жить барином! Мне нравится. Я зевнул, скинул халат и пошел в спальню. «Представить Лизу наследнице… — подумал, залезая под одеяло. — Она даже не подойдет. Сестра милосердия и зауряд-врач… Плевать ей на нас!»

Я не представлял тогда, насколько ошибаюсь. И что из этого выйдет…

Глава 13

«Руссо-Балт» наследницы вкатился в раскрытые ворота и, скрипнув тормозами, остановился у крыльца госпиталя. Следом подъехал автомобиль сопровождения. Процокали по мощеному двору копыта коней казаков охраны. Подскочивший адъютант открыл дверцу автомобиля. Подобрав подол платья, Ольга вышла наружу.

Ее встречали. От крыльца навстречу шагнул статский советник в парадном мундире с орденами.

— Здравия желаю, ваше императорское высочество! Рад приветствовать вас в нашем госпитале!

— И вам здравствовать, Филипп Константинович! — кивнула Ольга. — Давно не виделись.

— С апреля, ваше императорского высочество!

— А, кажется, что давно. Не будем терять времени, — она оглянулась на свиту из второго автомобиля. — Со мной пойдут Алексей Иванович (адъютант в чине капитана щелкнул каблуками) и Афанасий Петрович, — добавила Ольга, поймав взгляд сопровождавшего ее лейб-медика. — Остальным — ждать. Показывайте, Филипп Константинович!

— Прошу! — начальник госпиталя сделал приглашающий жест.

Они поднялись по ступеням и вошли в холл госпиталя.

— Куда прикажете для начала? — спросил статский советник. — Операционные залы, палаты для офицеров? Или к нижним чинам?

— К солдатам! — сказала Ольга.

Они вошли в большой зал, уставленный койками с ранеными. Одни из них лежали под одеялами, другие — поверх. Последние были халатах из плотной байки. При виде гостей, солдаты с интересом уставились на вошедших. Привычным глазом Ольга отметила чистоту в палате, белизну постельного белья и передников сестер милосердия. Те замерли у коек, пожирая взглядами наследницу. В палате недавно прибирали, раненых, судя по их виду, помыли и переодели, однако запахи больницы остались. В воздухе витал дух лекарств и крови.

— Проведите меня к тяжелораненым, — попросила Ольга.

— Сюда! — указал Загряжский.

Он повел ее в дальний конец палаты. Ольга подошла к первой койке. В ней лежал молодой солдат, укрытый до подбородка. Руки в рукавах нательной рубахи вытянуты поверх одеяла. Ольга шагнула в проход. С бледного лица на наследницу смотрели синие глаза, в которых читались восторг и обожание. Наследница и будущая императрица соизволила проявить внимание к простому солдату!

— Как твое имя, братец? — спросила Ольга.

— Иван я, ваше императорское высочество, — прошептал солдат. — Кузьмичевы мы.

— Где был ранен?

— Под Сморгонью.

— Как тебя угораздило?

— Герман бомбы из пушек кидал. Одна разорвалась близко. Кольку и Митьку — наповал, а меня — осколком в живот. Думал, что помру. Дохтур спас. Осколок достал, живот заштопал. Теперь буду жить. У Лесного, бают, все выживают. Спаси его бог! — раненый перекрестился.

— Лесной? — Ольга посмотрела на Загряжского.

— Зауряд-врач Довнар-Подляский, — пояснил тот. — Солдатам трудно выговорить его фамилию, вот и окрестили Лесным. Им так привычнее.

— Крест! — приказала Ольга.

Подскочивший адъютант подал ей крестик на колодке, украшенной черно-желтой лентой.

— Это тебе за храбрость! — Ольга вложила награду в белую ладонь солдата. — Поправляйся, Иван Кузьмичев!

— Рад стараться, ваше императорское высочество! — прошептал солдат.

Ольга кивнула и подошла к другой койке. Там сцена повторилась, включая поминание «Лесного». Обойдя всех тяжелораненых, наследница направилась к выходу.

— Теперь к офицерам? — спросил статский советник в коридоре.

— Попозже. Хочу поговорить с вашим «Лесным», — она улыбнулась. — Он и вправду хорош?

— Золотые руки! — подтвердил Загряжский. — Оперирует, как бог. Что удивительно, учитывая его возраст. А знает сколько! Старые врачи, у которых десятки лет практики, такого не ведают. В Германии учился.

— В Германии? — переспросил лейб-медик из-за плеча Ольги. — У кого?

— У профессора Бауэра из Мюнхенского университета.

— Слышал, — кивнул лейб-медик. — Хотел бы поговорить с зауряд-врачом.

— Он сейчас занят — оперирует.

— А можно посмотреть? — спросила Ольга.

— Ну… — Загряжский замялся. — Он этого не любит. Выгнать может.

— Наследницу? — улыбнулся лейб-медик.

— Насчет ее императорского высочества не знаю, — вздохнул статский советник. — А меня прогонял. Без халата в операционную вошел.

— Выгнал? — удивилась Ольга. — Своего начальника?

— Штатский человек, — развел руками Загряжский. — То, что его одели в мундир, дела не меняет. Для Валериана Витольдовича не существует чинов.

— И вы терпите? — изумился лейб-медик.

— Так гений, — развел руками статский советник. — С его появлением число умерших в госпитале заметно сократилось. Вы же видели Кузьмичева. В другое время его бы и оперировать не стали — ранение в живот, бесполезно. К тому же привезли поздно. А у Довнар-Подляского такие выживают, причем, все.

— И вправду гений! — покачал головой лейб-медик.

— Но вы все же спросите, — сказал Ольга. — Ваш рассказ только подогрел наш интерес.

— Попробую! —