Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Так вот… на чем я остановилась? — соседка потерла виски кончиками пальцев, словно припоминая, о чем говорила. — Ах, да, к нам пришла неизвестная мне девица. И с порога велела позвать хозяина. А затем соизволила потребовать себе чашку чая.

— Я прошу прощения, — успела вставить гостья и замолкала, потому как Яблокова вновь на нее зашипела.

— И когда я вежливо попросила ее представиться, эта посетительница заявила, что меня это не касается, — продолжила Людмила Федоровна. — Что перед слугами она оправдываться не станет.

— Я не знала… — пробормотала Елена Анатольевна, но продолжить не решилась.

— И в довесок ко всему эта особа заявила, что я напоминаю ей мертвячку. Представляете? — Яблокова принялась обмахиваться конвертом, который до того лежал на столике. — Так меня еще никто не оскорблял за всю мою, пусть не такую уж и долгую, но все же жизнь.

— Почему вы не представились? — поинтересовался я, обратившись к притихшей гостье.

Она бросила на меня раненый взгляд и вдруг обхватила себя руками. А потом ее плечи дрогнули. Яблокова застыла, и ее лицо приобрело странное выражение, которого я раньше у нее не видел. Она казалась почти испуганной.

— Только не вздумайте плакать, — сипло попросила она, но в этот же момент Свиридова всхлипнула.

Не успел я среагировать, как Людмила Федоровна подошла к столу Нечаевой и налила в стакан воду из графина.

— Выпейте, — приказала она, протягивая стакан девушке.

Та взяла его дрожащими пальцами, но не смогла сделать ни одного глотка. Стеклянный край несколько раз ударился о ее зубы.

— Да что ж такое, — фыркнула моя соседка и смочила пальцы в воде, чтобы ими очертить скулы Елены. — Неужели я вас так напугала, девочка?

— У меня больше не будет фамилии, — выдавила гостья, и из ее глаз полились крупные слезы. — Он отобрал у меня фамилию…

— Подлец, — просипел я.

— Папаша? — с презрением уточнила Яблокова, которая враз растеряла всю строгость.

Елена выронила стакан и зажала рот ладонью. Бухгалтер неожиданно крепко прижала девушку к себе и глухо заговорила:

— Не надо об этом переживать. Если мозги при тебе, то новую себе купишь. А на отца плюнь и размажь. Ты еще станцуешь на его похоронах. Если попросишь Павла, так он устроит, чтобы батюшка твой еще будет петь на своей могиле для тебя, чтобы ловчее плясать было.

Женщина подвела гостью к диванчику, чтобы помочь усесться.

— Павел, дорогой, распорядись, чтобы нам заварили чай. И оставь нас ненадолго.

— Зачем? — не понял я.

— Надо, Паша. Надо, — отмахнулась Людмила Федоровна. — Не хватало еще, чтобы мужчина видел, как у девочки тушь потекла. Ни к чему нам такие травм.

Елена закрыла ладонями лицо и тоскливо завыла. Я попятился и почти бегом взбежал по лестнице на второй этаж.

— А я говорил, что не надо вам туда, — сказал Фома, выглянув из кухни. — Давайте-ка лучше чайку выпьем. И подождем, когда дамы сами придут.

— Кто ж знал, что там такое, — рассеянно пробормотал я.

— Когда бабы ругаются, то мужикам надо держаться подальше, — мудро заявил парень. — Поверьте мне, вашество, никогда еще доброго не выходило, когда мужик вмешивался в бабьи войны. Они потом помирятся, а у мужика вся морда в царапинах, которые так просто не заживают.

— Женщины, — вяло поправил я.

— Ага, — не стал спорить Питерский. — Вам сыру тонко нарезать или куском положить на тарелку?

— Нарезать, — попросил я, внезапно поняв, что желудок свело от голода. — И ветчины.

— Куда ж без ветчины, — согласился помощник.

Вскоре мы уже трапезничали и прислушивались к тихим голосам на первом этаже. Ничего агрессивного в них не звучало, но это вселяло надежду на мирное продолжение дня.

Вскоре на лестнице послышались шаги. На кухню вошла бывшая княжна и Яблокова.

— Мальчики, вы нам чайку заварили? — с показной веселостью уточнила хозяйка дома, и я кивнул:

— И даже бутерброды приготовили.

— Наверняка Фомушка резал. Павлу доверять нож я бы не стала, — заговорщически сообщила гостье Людмила Федоровна.

— Между прочим, я даже дрова рубить умею, — напомнил я.

— Молодец, — похвалила меня Яблокова и ласково погладила по голове.

Я оторопел от этого ее жеста, но понадеялся, что не изменился в лице.

— У вас хорошие отношения, — заметила Елена Анатольевна.

— Не чужие друг другу люди, — усмехнулась соседка. — Я хоть и седьмая вода на киселе, но все же не чужая. И знаю Павла давненько. Это он с виду такой холодный и хмурый. А стоит его накормить вкусными домашними пирогами и блинчиками, как он сразу становится добреньким некромантом.

— Поверю вам на слово, — робко улыбнулась Елена и обратилась ко мне. — Вы уж простите, что я без приглашения. Да еще и умудрилась обидеть вашу тетушку.

— Кто старое помянет… — легко отмахнулась Яблокова, наливая в чашку отвар.

— Просто меня вызвал к себе распорядитель семьи и потребовал, чтобы я подписала отказ от фамилии. Официально потребовал.

— И вы подписали? — нахмурился я, но девушка покачала головой:

— Я туда не поехала. Сразу после его звонка отправилась к вам. Сама не понимаю, зачем. И чего от вас хотела. Ведь я сама имею образование. Все знаю.

— Со стороны всегда видится иначе, — заметил я. — К тому же вам наверняка сейчас нужна поддержка.

Елена кивнула и так и не подняла головы. Волосы соскользнули, скрыв ее лицо.

— Не надо, милая, — тепло попросила ее Яблокова. — Ты даже не представляешь, как тебе повезло. Избавиться от этой фамилии — лучшее, что с тобой произошло. Она может запятнать себя нехорошими делами.

— Он ведь отчество надумал отобрать. Потому к распорядителю обратился, — пояснила девушка и шмыгнула носом. — Он меня решил сделать сиротой. А я ведь…

— Забудь…- начала было Яблокова, но я ее перебил.

— Ничего еще не решено. Поверьте, Елена Анатольевна, все еще может круто измениться. Есть вероятность, что при вас останется ваша фамилия.

— О чем вы? — тотчас оживилась гостья.

— Я не могу открыть вам всех деталей. По крайней мере, до того момента, как вы не подпишите документы и не пообещаете свою лояльность организации, в которой будете работать.

—