Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Когда я проходил мимо здания с колоннами, в моих висках снова кольнуло. Я застыл, рассматривая его и не понимая, почему именно оно снова пробудило во мне ощущение дежавю. Я послал ворта на разведку. Робот, проскочив ступени, скрылся за дверями, а когда от него пришел сигнал, я отправился следом.

Внутри широкого зала, ровно посередине, возвышался необычный трон. Он походил на огромное кресло-капсулу, будто его сняли с межзвездного корабля. От самого трона во все стороны расходилась паутина проводов. Я обошел эту пыльную громадину по кругу и, не найдя ничего интересного, направился дальше. В конце зала обнаружилось несколько проходов. Отправив в один из них ворта, я подключился к его камере.

Мой металлический приятель пробежал по длинному коридору до конца, игнорируя проходы в комнаты, но на обратном пути стал заглядывать в каждую из них. В одной из комнат обнаружилось несколько капсул в человеческий рост, покрытых толстым слоем пыли. Я отдал приказ ворту исследовать остальные комнаты, а сам направился к капсулам.

Когда я вошел, ворт забежал за мной следом, отчитываясь, что ничего подозрительного нету. Я приблизился к капсулам и стер с одной из них толстый слой пыли. Под стеклом оказалась зеленоватая жидкость. В каждой. В одной капсуле в этой жидкости плавал разбухший труп мутанта.

Наконец я добрался до самой крайней, и, едва стер с нее пыль, как мои брови поползли вверх.

Глава 2

Внутри капсулы, за стеклом, плавало тело нагой девушки. Стройная фигура, красивое юное и невинное лицо с идеальными чертами. От ее полных чувственных губ в сторону тянулись две прозрачные трубки. Если бы не гладкая розовая кожа, то я бы подумал, что она человек. Но самым поразительным оказалось то, что она была жива. Ее грудь редко и медленно вздымалась. Значит, система, поддерживающая ее жизнь, функционировала.

Пока я любовался необычной красавицей, панель приборов над ее капсулой противно запищала — и уровень жидкости начал медленно снижаться. Не зная, как на это реагировать, я просто стоял и наблюдал, ожидая, что будет дальше. Когда жидкости в капсуле не осталось, крышка с шипением поднялась. Девушка открыла свои большие изумрудные глаза, ее тело выгнулось дугой, и, сделав глубокий шумный вздох, пробужденная ухватилась за трубки и вытащила их из своего рта.

Я на всякий случай достал клинок, внимательно следя за каждым движением мутантки. Сбоку от меня многоножки, чувствуя мое напряжение, тут же отрастили по всему телу короткие шипы.

Красавица присела на край капсулы и повернула голову в мою сторону. При виде многоножек ее глаза расширились — я заметил в них страх. Она наклонила голову набок, наблюдая за черными.

— Привет, — поздоровался я и спросил: — Ты понимаешь меня?

Девушка пристально посмотрела мне в глаза. В висках снова кольнуло — да так, что я скривил губы. На секунду возникло ощущение, что в голове поселился склизкий червяк, который в данный момент ковырялся в моем черепе.

— Я вижу тебя, последнее дитя Небесного города, — раздалось эхом в моей голове. — Мое обещание…

Девушка осеклась и посмотрела на выход из комнаты. Я обернулся и увидел в проходе черного уродца, уже начавшего менять форму. Недолго думая, натравил на него своих. Те быстро с ним расправились, и по полу растеклось пятно смолы, посреди которого осталось лежать серое тело хозяина брони.

— Они убили всех моих детей! Это она послала их! Ты должен остановить ее! — эхом раздалось в моей голове.

— Кого ее? Кто они? Кто ты? — спросил я, сжимая виски руками.

— Времени мало, они уже знают, что я жива… Центр, быстрее отнеси меня туда!

— Какой центр?

Как только я это спросил, в моей голове на секунду вспыхнул образ кресла, стоявшего посреди зала.

— Быстрее! — ее голос зазвучал напряженно.

Проклиная все на свете, я подошел к ней и взял осторожно на руки. Она обхватила одной рукой меня за шею. На удивление, девушка оказалось очень легкой. От нее странно пахло, но этот незнакомый запах мне почему-то очень понравился. Я вышел в коридор и, стараясь не смотреть на ее голую грудь, которая прижималась к моим доспехам, быстрым шагом понес красавицу к креслу.

В зале нам навстречу уже ползли трое уродцев, но я тут же отправил своих на перехват — и мои черныши по-прежнему без проблем расправились с врагом.

Я подошел к креслу-капсуле и, не обращая внимания на то, что оно все было в пыли, аккуратно усадил девушку в него. Как только она откинулась на спинку, провода, словно ожившие змейки, потянулись к ее волосам, впились в ее прическу, и красавица на секунду закрыла глаза.

— Обойди центр и забери то, что должно быть твоим, — услышал я вновь ее голос.

Я послушно обошел кресло и обнаружил на спинке небольшую полочку, где лежала знакомая металлическая пластинка, похожая на карту памяти. Как только я взял ее в руки, нейро выдал надпись: «Ключ номер одиннадцать сохранен». Ключ, как обычно, задымился, и я бросил его на пол, придавив ботинком.

— Мое обещание исполнено. Подойди, дитя!

— Сперва ответь на мои вопросы! — крикнул я, обходя кресло.

— Времени мало, — она протянула ко мне руки. — Быстрее!

«Да что, бл…дь, за приказы сплошные? Она вообще меня слышит?» — раздражённо думал я, приближаясь к ней.

— Ты можешь ответить хоть на один мой вопр…

Не успел я договорить, как она прикоснулась к моему лицу, нежно проведя мягкой ладонью по щеке. Все мое раздражение, все мои тревоги тут же исчезли. Я наклонился к ней, она прижалась ко мне своей грудью и положила свою голову на мою. В моих висках кольнуло, и перед мысленным взором начали возникать смутные образы, вскоре превратившиеся в ожившие картинки.

Я увидел, как черные уродцы из смолы проникали в этот город со всех сторон. Как мутанты пытались с ними сражаться, но тщетно, как сдавали улицу за улицей. Картинки резко сменились, и я увидел своего отца: он, с серебряным обручем на голове, о чем-то просил девушку-мутанта.

Резкая смена кадра — и на сей раз мне предстала другая девушка, облаченная в странную броню. Она говорила с мутантом-красавицей, но я не слышал, о чем именно. Эта девушка передала ей ключ-пластинку. Мне даже на секунду показалась, что я ее уже где-то видел, у девушки было очень знакомое лицо, а робот, стоявший