Господин Котофей - Алекс Русских

я-то не пёс. Запрыгнул на лавку, с неё на стол, а оттуда перебрался на ограду. Зубами подцепил петлю и приподнял вверх. Вот я и свободен. Жаль, с самого ошейника ремешок не снять, волочится за мной. Но ничего, потерплю пока.

Внук про меня совсем забыл, заигрался, но я не против, исследовал пока двор, пробираясь по заросшему травой дворику. Добрался до ворот, хотел поглядеть, что за ними, но не успел.

Слышу, Ирина кричит на Лёшку похоже, меня потеряли. Ага, классическая картина – мать отчитывает непутёвого сына. Подбежал к ним, волоча за собой ремешок.

- Я же говорила, не отпускай из рук, где его теперь искать?

- Мам, ну я на столбик поводок повесил, я не знаю, как он освободился, - голову внук повинно повесил и носом подозрительно шмыгает.

- Ирина Игоревна, так вот же он, - это уже кто-то из мелких соседей подсказывает.

Только тут на меня обратили внимание. Ирина заохала, подхватила поводок. Вот чего переживать, неужели не ясно, что я убегать не собираюсь, зачем мне это? В общем, загнали нас с внуком домой.

На втором этаже тип какой-то дверь открывал. Что-то он мне не понравился. Улыбается, а глаза нехорошие, цепкие какие-то, словно ощупывают тебя. Типаж такой, паскудненький, из тех, что всегда на понтах. Навидался я подобных типчиков, когда в Магадане работал, работники из них никакие, вот спереть что-нибудь, это завсегда. Старался таких не брать в партии, обязательно проблемы с ними возникали. И на меня уж больно зло парень посмотрел. Интересно, с чего бы это, где я ему успел дорогу перейти?

Ошейник наконец сняли, неудобный он всё-таки. Жарко что-то и шерсть в пыли вся, наверное, пока в траве лазил, извозился. Видно, что весна, зелень молодая, но припекает уже знатно, то-то люди уже в футболках ходят. А у меня одёжку не поменяешь, я всегда теперь в шубе.

Подумал и пошёл в ванную комнату. Запрыгнул на бортик ванной, с нее в умывальник. Кран тут удобный с одним рычагом – такой можно и лапкой открыть. Нажал аккуратно – вода полилась холодная. Малость подрегулировал – сделал тонкую струйку, но настроил, чтобы тепленькая была, да и залез под неё. Хорошо так, настоящий душ получился.

Тут, естественно, внука принесло. Он, как чувствует, что происходит нечто, что требует его обязательного внимания. Я обернулся, понаблюдал за очередным отпадом челюсти. Что-то он зачастил. Ну, естественно, без приглашения всей семьи не обошлось – все явились понаблюдать, как я водные процедуры принимаю. Сергей головой покивал, сказал, что его уже ничего после того, как я унитаз освоил, не удивляет. Может, говорит, в цирк кота сдадим, Куклачёв за такой экземпляр удавится, его даже дрессировать не надо. Эй! Вот таких шуток не надо, додумался же – родного папу и на арену.

Ирина предложение не поддержала – сказала, что за таким котом, она как за каменной стеной, за квартиру можно не беспокоиться, чужой не войдет. Что-то разговор у них пошел, как у родителей дяди Фёдора, ну, того самого, у которого кот Матроскин бы. Я кран закрыл, на пол спрыгнул и отряхнулся хорошенько рядом с сыном. Еще зашел так, чтобы на невестку не попало. А сам виноват, думать нужно, что говоришь.

И, кстати, что у нас на ужин?

Глава 5. На волю, в пампасы

Мои прямо с утра из дома свинтили. Куда не знаю, мне, сами понимаете, не докладывают. Но по восторженным воплям внука догадался, что куда-то вроде развлекательного центра, причем программу себе наметили насыщенную. Ирина заявила, что я за квартиру ответственный до вечера, мол, охранять, никого не пускать, вечером приедут. Акции мои явно идут вверх, еще недавно я был простым и незатейливым Васькой, а сейчас исключительно Василий, изредка по-домашнему Вася. Так, глядишь, через недельку дойду и до Василия Петровича, если только не произведут в Василия Ивановича в честь легендарного комдива и по совместительству главного героя советских анекдотов, если не считать Штирлица. Хотя нынче про Чапаева уже мало кто помнит, даже юмор с ним практически сошёл на нет. Увы, так проходит слава мира.

Ну, что же, свободное время нужно тратить с пользой. Пора попробовать узнать новости. К счастью дверь на лоджию оказалась открыта. Можно, конечно, включить компьютер в детской комнате, но есть риск, что на нём стоит программа родительского контроля. Посмотрят папа с мамой логи и появятся у них вопросы, кто это в пустой квартире по интернету шарится. Нафиг-нафиг.

Ноутбук послушно засветился экраном, пароля к счастью не потребовалось. Хорошо, что зарядка подсоединена, а то выключится на самом интересном месте.

А работать на компьютере при помощи лапок оказалось очень не просто. Нет, лапы-то у меня ловкие, но большие и моторика заточена под другое, так что с непривычки постоянно мимо нужных кнопок промахивался. С управлением курсором совсем беда. Но приспособился – тачскрином пользоваться получилось, но надо аккуратно подушечкой на пончике лапы по сенсорной площадке двигать, что тяжеловато. Потом попробовал мышкой управлять. Для меня она крупновата, но если двумя лапами двигать, то нормально, хотя тоже неудобно, конечно. Попробуйте двумя кулаками мышу перемещать – согласитесь, непросто. Зато на кнопки нажимать приспособился быстро – правой лапой на правую, левой – на левую. Одной жмёшь, другой манипулятор придерживаешь.

Много не узнал, но немножко пробежался по событиям. Очень похоже на мой прежний мир, но далеко не во всём. По временам империи вроде один в один, но особо не углублялся, да и не историк я, чтобы события на зубок знать. То же и по СССР – те же Сталин, Брежнев, Хрущев и остальные генсеки, война завершилась 9 мая. А вот после распада Союза отличия заметны. Самое главное, что нашел – Крым тут не стал украинским. Он формально и российским не стал, а как Приднестровье превратился в полупризнанную республику.

Пара решительных человек и полуостров объявил себя отдельным государством. Российский флот в Севастополе поддержал жителей Крыма, за что командующий позднее был уволен Ельцином со службы. Но дело было сделано – образовалась Таврическая республика, формально независимая, а практически находившаяся под российским контролем, с чем украинские националисты не смирились, периодически устраивая теракты.

Украинское правительство привычно открещивалось от пойманных засланцев, каждый раз утверждая, что это действуют крымские повстанцы. Впрочем, особой крови не было, по крайней мере, пока, националисты ограничивались