Лётчик или двадцать лет спустя - Дмитрий Николаевич Матвеев

— Спасибо, ваше сиятельство. Ваш вопрос был настолько неожиданным, что я…

— Полноте, Андрей Егорович, со всеми порой случается. Но всё же извольте ответить.

— Сейчас это довольно сложно, — признался Андрей. — До недавнего времени я числил Варвару Владимировну другом, несмотря на её пол. И, конечно, отношения наши с обеих сторон не выходили за рамки дружеских. Нас объединяла, в первую очередь, неудержимая тяга к полётам и, конечно, идея постройки моторного планера. Разумеется, я попытался бы реализовать её самостоятельно, но Варя предложила заручиться вашей поддержкой. По крайней мере, попробовать это сделать. И приехал я в первую очередь ради нашего с ней проекта.

Веретенников замолчал, мучительно подбирая слова.

— Ну что же вы остановились? — подбодрил его князь. — Продолжайте. Вы ведь явно не всё сказали.

Андрей, не успев принять решение, мысленно махнул рукой на все приличия и, очертя голову, выдал:

— Сегодня, перед самым обедом, я увидел Варвару Владимировну в совершенно неожиданном для себя образе. Никогда прежде я не встречал ничего подобного. И сейчас не могу в точности сказать, что испытываю по отношению к вашей дочери. Просто не успел еще разобраться в этой буре новых, незнакомых прежде чувств и ощущений. Но если вы имеете в виду мои возможные планы относительно неё, то можете быть спокойны: я прекрасно понимаю всю глубину пропасти меж нами. И сословную разницу, и финансовую. Я не смогу достойным образом содержать Варю на свои нынешние мизерные доходы.

Тенишев лукаво прищурился:

— Скажите, Андрей Егорович, а если бы ваше положение и состояние позволяли, изменились бы ваши планы?

Андрей напрягся, выражение лица его стало жестким, взгляд — колючим.

— Вы искушаете меня, ваше сиятельство? — резковато спросил он. — Не стоит, я хорошо знаю своё место. Но даже если бы я мог себе позволить просить у вас руки дочери, то не дал бы ответ немедленно. Я должен сперва разобраться в себе, ибо ошибка в таком деле может стоить намного дороже ошибки при проектировании летательного аппарата.

— Успокойтесь, молодой человек, — улыбнулся Тенишев. — Не обижайтесь на меня. Но некоторые моменты требуется прояснить заранее, дабы не было впоследствии неожиданных поворотов. И я от своих слов не отказываюсь: стройте самолёт, пытайтесь, творите. Только не забудьте позвать меня на первый полёт.

После разговора с князем Андрей не мог заниматься решительно ничем. Где-то на пляже раздавались голоса молодёжи, где-то в доме няньки загоняли детей в спальни, а он бродил по террасе с потерянным видом и не мог придать мыслям хоть какое-то направление. В голове царил сплошной хаос. В конце концов молодой человек ушел к себе, лег в постель, но заснуть не удавалось. То перед глазами вставала Варя, какой показалась при встрече в столовой, то в ушах звучали слова князя: «А если бы положение позволяло»… Полнейший сумбур.

Андрей ворочался в постели. Временами вскакивал, накидывал халат и выходил на балкон. Ночная прохлада остужала разгоряченную голову, но ненадолго. Стоило вернуться в кровать, как всё начиналось сызнова. Он плескал в лицо водой, выхлебал весь оставленный на столике графин, но ничего не помогало. И лишь под утро, вконец измученный, забылся душным тяжелым сном.

Глава 4

Казалось бы, Андрей только что закрыл глаза, и тут же проснулся от энергичного стука в дверь. Он сунул ноги в комнатные туфли, натянул халат и, на ходу растирая лицо ладонями, прошаркал к двери. Отворил, и с удивлением увидел перед собой Варю, свежую и бодрую.

— Ты ещё спишь? — возмутилась она. — Сегодня такой день, а ты спишь?

— А какой сегодня день? — спросонок не понял Андрей.

— Ну как же! Мы едем в мастерскую и начинаем строить планер. Через неделю из Тамбова привезут мотор, а у нас ничего не готово. Немедленно приводи себя в порядок и спускайся в малую гостиную. Туда подадут завтрак, и сразу после него едем. Чертежи и расчеты уже в мобиле.

— Дай мне хотя бы час! — взмолился Веретенников. — Я смог заснуть лишь на рассвете.

— На том свете отоспимся, — категорически отрезала Варя. — У тебя есть полчаса, и не больше. Я пришлю слугу, он тебя проводит.

Через полчаса Андрей следом за человеком в униформе прислуги спустился в гостиную. Варя уже была там, сидела за накрытым к завтраку столом, намазывала тосты коровьим маслом и поливала сверху вареньем. Андрей поборол желание в очередной раз растереть ладонями лицо и уселся напротив. Тут же появился лакей:

— Чего изволите?

— Не стесняйся, — посоветовала Варя. — Только смотри, чтобы твой заказ не пришлось готовить слишком долго.

— Пожалуйста, яичницу с беконом, — решился компаньон. — И к ней тосты, сыр и кофе покрепче.

— Сию минуту.

Слуга испарился, Варя рассмеялась:

— Ты всё-таки поскромничал.

— Ну почему? — возразил её собеседник, — я взял ровно то, что хотел. Те блюда, с которыми у меня ассоциируется сытный вкусный завтрак. И кофе, иначе я весь день буду клевать носом.

Варя тут же перешла к действию:

— Это легко поправить.

И едва слуга принес требуемое, распорядилась:

— Подготовь нам с собой термос кофе и бутерброды. Отнеси пакет в мою машину.

— Будет исполнено! — вытянулся слуга и бегом отправился выполнять приказание.

— Экая ты грозная, — невольно улыбнулся Андрей.

Против ожидания, Варя смутилась:

— Это не я, это papa. Он прислугу держит в строгости. Ему порой достаточно чуть нахмуриться или одну бровь приподнять, и все тут же сломя голову несутся исполнять.

— Да? — усомнился Андрей. — Мне вчера так не показалось. Да, требователен, порою безжалостен, но всё строго по делу. А что касается тебя…

— Меня он балует, — засмеялась девушка. — В былые времена за мои выкрутасы розгами бы отходили, да в угол на горох поставили. А он лишь улыбается. Мне крёстная, уж на что прогрессивная женщина, так порой выговаривает! И сбежать нельзя, после вдвойне прилетит. Ещё и отец добавит за неуважение к людям. Ну всё, я побежала. Сейчас переоденусь и к мобилю. И ты туда же подходи. О рабочей одежде не беспокойся, в мастерской всё найдётся.

* * *

Ярко-красная «Молния» летела по дороге. Видимо, ездить медленнее шестидесяти миль Варвара просто не могла. Она внимательно следила