Шанс на счастье. Перерождение гадкого утенка - Виктория Хорошилова

Такси остановилось. Посмотрела, что мы приехали. А я доктору так и не написала. Потому сразу написала врачу и обрадовала, что уже возле клиники.

«Заходи, не стесняйся».

— Подожди, я сейчас запишу тебе номер. И сегодня пришлю информацию для чтения. Ты хорошо говоришь на ялвийском.

— Мне хорошо даются языки, потому мне было не сложно выучить языки Ялвы и диалекты.

Глава 3.

Яр зашёл со мной в клинику. Доктор только на мгновение удивился, а потом так довольно заулыбался.

— Ваш сопровождающий останется ожидать?

Яр вопросительно посмотрел на меня.

— Я не знаю… хотела узнать, когда операция?

— Давайте вы вдвоём зайдёте, и я всё расскажу. Лили, вы сегодня прилетели?

Доктор резко стал со мной только на «вы», хотя до этого на «ты» общался.

— Я могу при нём говорить? – оба мужчины заметили, как вспыхнули пунцовым мои щёки.

— Если хочешь, я могу пока поехать оформить квартиру, что ты выбрала в аренду. И отвезу чемодан, если нужно.

— Чемодан мне как раз понадобится, если сегодня придётся остаться в клинике.

— Как тебя зовут? – обратился доктор к Яру.

— Яровлински Матэйрих.

Он заметил, как у меня лицо вытянулось, и улыбнулся.

— Можно Яр.

— Пять минут подожди в коридоре, девушка пока слишком стесняется. Потом зайдёшь, поможешь ей с вещами. Обещаю не обижать.

Яр спокойно вышел в коридор. Когда за ним закрылась дверь, доктор показал на ширму.

— Нужно снять верхнюю часть с себя полностью. Надеюсь, теперь сможешь?

— Придётся, – сказала тихо.

Доктор едва касался меня, пока осматривал.

— Одевайся. Начнём сегодня. Когда ела?

Поскребла макушку и открыла телефон.

— Хм, получается, двадцать часов назад.

— Хорошо! Тогда сейчас доставай из чемодана себе сменное бельё и всё. Остальное тебе тут выдадут.

Бельишко переложила в рюкзак и отдала чемодан Яру. И отдельно дала ему распечатку с договором на квартиру — там же адрес.

— Парень, заедешь к ней, скорее всего, завтра, – сказал врач, смотря на часы. – Сегодня начнём операцию, но это дело не быстрое, и всё нужно сделать красиво. Оставь на ресепшене свой номер с пометкой, чтобы тебе позвонили и пригласили к Лилии.

А меня сразу отвели в палату, в которую меня переведут, когда закончится операция. В ней оставила рюкзак, и мне дали во что переодеться. Немного потряхивало от предстоящей операции. Сама не заметила, как оказалась на операционном столе, а потом уже уплыла в темноту от наркоза. Очнулась уже в палате, в горле была сухость и сильно хотелось пить. Пошевелившись, поняла, что ничего не болит — это было странно. Но сил было немного, и я с трудом приподнялась. Ко мне сразу метнулся Яр и поменял угол кровати, чтобы я полусидела. Он молча подал воду и погладил по голове.

— Как вы себя чувствуете? – услышала врача.

— Пока непонятно. Что-то случилось?

— Нет, всё прошло хорошо. Ещё дня три будешь под наблюдением, и нужно менять повязки. Яр будет приходить к тебе, но целый день я не разрешу ему тут сидеть. Тебе в идеале лучше спать. И немного почитать то, что он прислал. И напиши родителям.

— Хорошо.

— Сейчас ещё принесут еду, постарайся поесть. Поможешь ей, – сказал строго доктор Яру.

Состояние было слегка странным: не болит, видимо, из-за обезболивающих, но с кровати я сейчас вряд ли слезу. Яр кормил меня с ложечки и радовался, что я не отбираю столовые приборы. А у меня накатывает сильная слабость, так что я бы и не смогла сама сейчас поесть. Он, кажется, заметил, что мне не очень, и стал обеспокоенным.

— Положишь мне на кровать телефон?

Он быстро кивнул. Положил телефон и сходил за доктором.

— Отдыхай, – сказал зашедший врач. – Операция только часа три как закончилась, ты быстро отошла от наркоза.

Я и правда уснула, пока они ещё были в палате.

— Я могу узнать, что за операция была? По бинтам вижу — на груди.

— Ожоги видел? – спросил доктор. Яр кивнул. – Соски тоже пострадали сильно. И девочка всё же планирует замуж выйти, а в будущем детей родить. И хочет попробовать выкормить их сама. А для этого нужны рабочие соски с рабочими молочными выходами. Как она так вляпалась — она тебе потом сама расскажет. Пришли ей про наши традиции почитать, чтобы потом не было больно ни тебе, ни ей.

Следующий раз проснулась уже, ощущая грудь и как она болит. И заодно ощущала, что на груди есть повязка. Телефон нашёлся под левой рукой. Смогла отвлечься и немного почитать. Яр явно сделал выборку. Так-с: на Ялве многомужество, и количество мужей в семье ничем не ограничено. Протягивая пластиковую карту, мужчина как бы говорит, что ощутил в девушке свою половинку. И вверяет ей себя и свои финансы. Если женщине неприятен мужчина, она может в одностороннем порядке прогнать его и не принять его карту.

Интересно, я уже успела обидеть Яра? Или ещё нет? Не хотелось бы… Стала читать дальше. Дальше шло описание вариантов ухаживаний, после которых женщина может понять, нужен ей такой мужчина или нет, и тогда уже принять или нет его карту. Почему-то всегда делается акцент на карте. А одним из ухаживаний было предъявить свой банковский счёт. «Дикость какая», – подумала про себя. И на этом опять провалилась в сон, выронив телефон на пол. Следующий раз, проснувшись, увидела обеспокоенных доктора и Яра. Немного напряглась.

— Что-то случилось? – спросила хрипло и поморщилась от боли.

— Лежи, не напрягайся! – воскликнул доктор.

— Вы свои лица просто не видели, – буркнула в ответ.

Они честно попытались привести лица в порядок, но чувствую — нервничают.

— Что случилось?

— Ты на Яра злилась?

— Нет, с чего такую глупость подумали? Я читала и резко уснула, словно из розетки выключили. Это нормально, что так болит?

— Сейчас обезболивающее тебе дам. И нужно поменять повязку, я должен буду к тебе дотрагиваться.

Кивнула, принимая неизбежное.

— А телефон, что с ним? Кажется, я его выронила.

— Он раскололся на несколько частей, – сказал Яр. – Я поменял его и перенёс всю информацию, что была на нём. И это, ответил на звонок от твоих родителей.

Доктор поставил ширму и разложил на маленьком столике на колёсиках бинт