Столетний - Даша Бунтина

кожа сияла в полумраке. Рыжие волосы медленно рассыпались, словно огненная река, ниспадая на плечи. Девушки вокруг потянули за ленты, вплетенные в ее волосы. Легкое движение рук – и рыжие пряди волной достигли пояса. Еще один удар барабана… Хлопок… и все замерло. Бутон раскрылся. Неподвижные, но дышащие лепестки, согнулись в поклоне. Зал взорвался аплодисментами. Девушки, подняв халаты, последовали за Тором, который расчищал им путь. Монеты звенели, падая в раскрытую накидку одной из танцовщиц.

Старый Тор выглядел довольным. Полы его сливового халата шуршали по полу. Он не был обычным хозяином Дома Развлечений – искренне заботился о своих работницах, знал, когда у каждой из них день рождения, помогал, если в семье случилась беда. Он говорил, что ему повезло родиться в богатой и уважаемой семье и надо ответить миру добром. Многие подозревали, что причиной его доброты была трагическая смерть дочери, которая умерла совсем юной. Он заботился о «девочках» как о собственных детях и любил их так сильно, как только позволяли строгие законы Долины.

– Тжи, – обратился он, проходя мимо, – будь добр, запиши все на счет наших гостей и приготовь напитки на второй этаж.

Он улыбнулся Тин. Тар, проходя мимо, бросила на Тжи быстрый взгляд. Потом гордо вскинула голову и скрылась в коридоре, ведущем на лестницу.

Тин удивленно проводила Тар взглядом.

– Тжи, вы поссорились? – спросила она.

Тот покачал головой, но тут же его отвлекли крики посетителей, требующих напитки.

– Спасай, Тин, кажется, я тут застрял до утра.

Тин огляделась. Зал был полон народу. Официанты едва успевали принимать заказы.

– Что ж, бесплатно попила, теперь буду отрабатывать, – усмехнулась она. – Где у вас рабочие халаты? – спросила Тин.

Тжи исчез в подсобке и вернулся с халатом.

– Спасибо. Помоги девочкам принимать заказы. Только осторожно! Опрокинешь поднос – Тор вычтет из зарплаты! – предупредил он.

– А я тут и не работаю. Так что вычтет из твоей! – Тин показала ему язык и, накинув халат, отправилась в зал. Потом она пожалела о своей детской шалости, которая была больше свойственна Тар. Но напиток развязал ей язык.

Она осторожно обходила столики, стараясь запоминать заказы. Затем возвращалась к Тжи, выкрикивала, что нужно приготовить. Когда первый заказ был готов, кто-то окликнул ее по имени. Тин обернулась. Перед ней стоял юный парнишка с взъерошенными волосами.

– Тин! – Он неуклюже поклонился, чем вызвал смех своих приятелей. – Прекрасно… м-м-м… выглядишь… Тин… – протянул он с улыбкой, неловко переминаясь с ноги на ногу.

– Привет, Тир. Как дела? – спросила Тин, ища глазами пути отхода. Это был племянник старого мастера Дома Прощания, которому Тур «уступил» свое место. Тиру было лет семнадцать. Он покраснел до ушей, увидев Тин, но при этом не стесняясь оглядел ее с ног до головы.

– О, Тин! Привет! Хорошо! – широко улыбнулся он, обнаружив сколотый передний зуб. – А ты работаешь здесь? – спросил он с надеждой.

Тин поняла, что просто так ее не отпустят.

– Говори, что принести. Сделаю вне очереди. А ты мне за это будет должен… – сказала она. – Подменишь Тура как-нибудь.

– Спасибо! Ого! Да без проблем! Я и так периодически его подменяю. Он меня выручает. Сама знаешь… у меня руки не из того места растут. – Он попытался подмигнуть, но, не удержав равновесие, упал на своего приятеля. Тот, хохоча, оттолкнул его. Началась шутливая потасовка.

– Да… было дело… пару раз в прошлом месяце, – сказала Тин. – Ладно, говори уже, что принести.

– Пару… Скажешь тоже, – проговорил он, поднимаясь с пола и упирая руки в бока. – Пять раз как минимум! Но я не жалуюсь! Хотя, честно говоря, я с трупами так не могу… как он… Тур ведь с ними… разговаривает… а меня от этого… в жуть бросает.

Тин встрепенулась.

– Пять? – переспросила она, глядя на Тира с недоумением. Неужели Тур брал отгулы и ничего ей не сказал? Но Тира вновь свалили его приятели, и Тин решила расспросить его позже. Сзади раздавались крики недовольных гостей. Они стучали пустыми чарками и стаканами по столам, требуя обслуживания. Тин, несмотря на шум, чувствовала в голове странную пустоту. Мысль о пяти отгулах Тура не выходила у нее из головы. Она медленно пробиралась к стойке и только сейчас услышала, что Тжи ей что-то кричит.

– Что? – спросила она.

– Я говорю, давай заказы! – гаркнул он, перекрывая шум в зале.

Тин покачала головой.

– Тжи, нам нужно еще сакэ! – крикнула девушка в откровенном халате, которая до этого стоила ему глазки. Но он даже не посмотрел в ее сторону и отмахнулся, как от назойливой мухи. Тин, сжав пальцы до боли, посмотрела на Тжи.

– Я только что видела Тира. И знаешь, что он мне сказал? – спросила она, наливая себе сакэ. Тин преувеличенно улыбнулась, скрывая раздражение.

– Лучше не смеши… – нахмурился Тжи, но было поздно. Тин уже опустошила чарку.

– Мой брат берет отгулы! А я, значит, пашу в полях… больная… здоровая… А он отдыхает! – Тин почувствовала, как ее лицо наливается жаром. Она заметила, что уши Тжи покраснели. Это всегда было его слабостью – он краснел, когда врал или что-то скрывал.

– Нет, Тин! Не накручивай себя! Уверен, всему есть простое объяснение! Он же всю зарплату приносит в дом?

– В том-то и дело! – Тин погрозила ему пальцем и только сейчас поняла, как давно не пила. Все вокруг казалось нереальным, размытым. Но эти красные уши… Тжи что-то скрывал. Тин наклонилась к нему через стойку.

– Тжи, сейчас все сплошь и рядом выпивают! Я вижу по твоим ушам, что ты что-то утаиваешь! – сказала она шепотом. – Ну же, скажи! Я все пойму! Ты меня знаешь! Я буду спокойна, как вода…

Тжи расхохотался, глядя ей в лицо.

– Да! Ты сейчас точно как вода! – сказал он, отстраняясь. – Ну-ка… иди присядь и выдохни…

Но в голове Тин уже рисовала жуткие картины: Тур, валяющийся в грязи… слюни, стекающие по подбородку… алкогольный дурман… Она мысленно готовила ему взбучку.

– Тин! Тир здесь?

Девушка, ожидающая напитки, громко цокнула, выказывая свое недовольство. Сама наполнила чарки, развернулась, ненароком распахнула полы халата, чтобы, помимо груди, оголилась еще и нога. Потом ушла к столику.

– Здесь, – ответила Тин, зло глядя ей вслед.

– Значит, Тур сегодня работает. Завтра расспросишь его, ладно? Хотя, зная твоего брата, могу предположить, что он просто подрабатывает где-то еще. – Тжи посмотрел на Тин. – Смотри, тут, кажется, затишье… Давай и мы немного расслабимся? – Он поставил перед ними два стакана и налил сакэ до краев.

– Тебе же нельзя, – с сомнением сказала Тин.

– Тин, ты сюда носу не показывала с прошлой осени. Так что…