Игра теней - Джек из тени

И вот, спустя два месяца, когда последний разведчик тёмных был ликвидирован в радиусе пятидесяти миль от Торвальда, а в лесах воцарилась неестественная тишина, я понял, что пора отправляться в столицу Лангра. Затишье закончилось. Начинался новый акт нашего кровавого балета.

Чем хорош полный, абсолютный и тотальный контроль над отдельно взятым городом-государством, которым по факту и стал Торвальд? А тем, что этот самый город, а точнее, его марионеточное руководство, может выписывать тебе такие бумажки, которые в обычной жизни стоят целое состояние или требуют связей на уровне королевской семьи.

Наш «доблестный» мэр Ульрих, в перерывах между примеркой новых браслетов и сеансами принудительной трудотерапии, развил просто кипучую деятельность. Город расцвёл. Налоги, которые раньше утекали в бездонные карманы троицы казнокрадов, теперь полноводной рекой текли в казну. И не в городскую, а прямиком в столицу. Наш дорогой друг, граф Вильяда, которого мы так удачно «спасли» от «бандитов», оказался мужиком не только суровым, но заодно понимающим нюансы и намеки, так же вполне благодарным. Вернувшись в столицу, он расписал королю успехи Торвальда в таких красках, что старик-монарх, растрогавшись, прислал городу что-то вроде вымпела «Передовик капиталистического труда».

Но самое главное, вместе с вымпелом, который Ульрих со слезами на глазах повесил в своём кабинете, пришли и расширенные полномочия. За «особые заслуги в наведении порядка и искоренении криминала» городскому совету Торвальда даровалось право выдавать так называемый «патент соответствия». Фактически, это был королевский сертификат качества для наёмных отрядов. Бумажка, подтверждающая, что данный отряд не сброд алкашей и мародёров, а проверенные, надёжные бойцы, состоящие на службе у Короны.

Получить такую ксиву даже за очень большую взятку было практически нереально. Ведь если твои люди где-то накосячат, напьются и устроят резню в кабаке, или, не дай бог, ограбят не тот караван, то бумажку живо отберут. А тому, кто её выдал, ласково погладят по шее топором палача. Полномочиями на выдачу таких патентов обладали лишь несколько крупнейших городов королевства и пара-тройка самых влиятельных маркизов. И вот теперь в их число вошёл и наш Торвальд.

Поэтому, когда отряд наёмников с гордым названием «Северные волки», известный своей дисциплиной и эффективностью в зачистке лесов от бандитов, подал прошение о выдаче патента, городской совет, под чутким руководством мэра, рассмотрел его в рекордно короткие сроки. И, о чудо, одобрил!

Так что в один прекрасный осенний день наша скромная команда, с нескромным составом в шестьсот отборных копий, официально выступила в поход. По официальной версии, мы, как порядочные наёмники, заработав себе репутацию в Торвальде, отправлялись в столицу Лангра. Искать контракты пожирнее и славу погромче. Наличие патента позволяло нам передвигаться по землям королевства с минимальным головняком и без лишних подозрений со стороны местной стражи и армейских патрулей. Мы теперь были не просто бродягами с оружием, а почти что слугами Короны.

А чтобы уход такого крупного отряда не ослабил оборону города, «Северные волки» порекомендовали мэру нанять себе в охрану «случайно» проходивший мимо отряд из двух тысяч копий. Крепкие, суровые парни, которые, по дикому стечению обстоятельств, согласились скинуть свой ценник за услуги до уровня обычной городской стражи. Мэр, разумеется, с радостью согласился. Так мои две тысячи легионеров, до этого прятавшиеся по лесам, легализовались и встали гарнизоном в Торвальде и его окрестностях. Мышеловка захлопнулась окончательно.

В день нашего отъезда вся правящая верхушка Торвальда вышла нас провожать. Мэр Ульрих, полковник фон Гросс и магистр Варек стояли у городских ворот, натужно улыбаясь и махая нам ручками. Они с таким трудом сдерживали радость от нашего отбытия, что, казалось, ещё немного, и начнут подпрыгивать и кидать в воздух чепчики. Избавились-таки от этого «проклятого капитана Вальядо»! Хоть браслеты на руках и остались, но физическое отсутствие главного раздражителя давало им призрачную надежду на возвращение старых добрых времён.

Я быстро привёл их в чувство.

— Господа, — сказал я, подъехав к ним на своём вороном жеребце. — Поскольку я отбываю по важным государственным делам, а Лира, — я кивнул на лисицу, сидящую рядом со мной на изящной кобылке, — едет со мной, я вынужден оставить здесь своих представителей. Чтобы, так сказать, помогать вам в вашем нелёгком труде на благо Короны.

Из-за моей спины вышли три кицуне. Почти что три точные копии Лиры, только моложе. Её лучшие ученицы, каждая была произведением искусства: идеальные фигуры, фарфоровые лица, огромные, невинные глаза. И у каждой за спиной покачивались по три пушистых хвоста.

— Знакомьтесь, — я представил их по очереди. — Они будут моими глазами и ушами в ваше отсутствие. А также, — я сделал многозначительную паузу, — вашей совестью.

Девочки мило улыбнулись и синхронно сделали реверанс. А потом одна из них небрежным движением достала из-за пояса хлыст. Длинный, из тёмной, блестящей кожи. И этот хлыст был на вид гораздо страшнее и массивнее той изящной плёточки, которой любила поигрывать Лира.

— Очень надеюсь, что моим девочкам не придётся применять свои… особые навыки убеждения, — с улыбкой посмотрела на побелевшего мэра Лира.

Молодая лисица, поймав взгляд полковника, решила продемонстрировать товар лицом. Она лениво крутанула хлыстом. Раздался резкий, злой свист. Удар! Хлыст обвил ствол молодого деревца, росшего у ворот. С треском, от которого у всех присутствующих мурашки пошли по коже, кора разлетелась в щепки, а сам ствол, толщиной с руку взрослого мужика, переломился пополам.

— Кто здесь хочет стать настоящим мужчиной? — томным спросила девушка, обращаясь к троице. — Я могу преподать пару уроков. Бесплатно.

Мэр Ульрих, до этого розовощёкий и пышущий здоровьем, приобрёл нежный, зеленовато-трупный оттенок. Он смотрел то на хлыст, то на милое личико кицуне, и его губы беззвучно шевелились. Полковник фон Гросс, кажется, снова начал страдать недержанием.

А вот наш главный торгаш, магистр Варек, похоже, окончательно смирился со своей участью. Он лишь тяжело вздохнул, бросил на меня обречённый взгляд и, поклонившись, произнёс:

— Мы будем усердно трудиться, ваше сиятельство. Не подведём.

Я кивнул ему. Кажется, этот тип, в отличие от остальных, действительно втянулся в работу по новым правилам. Может, в прошлой жизни он был не вором, а честным бухгалтером?

— Ну, бывайте, — я пришпорил коня. — Не скучайте тут без нас.

Мы тронулись. Шестьсот всадников в одинаковой форме, ровными колоннами вытекали из ворот Торвальда.

Прощай, мой личный цирк-шапито. Привет и здравствуй, Большой Цирк под названием «столица», под куполом которого летают клоуны куда более опасные и непредсказуемые. И я ехал туда не зрителем. Я ехал туда новым дрессировщиком.

Путешествие по землям Лангра на