Звёзды, пламя и сталь. Книга 8 - Игорь Викторович Лопарев

— это значит, что или Дрищ, или Доминатор, а может и оба вместе, посчитали, что лучше выключить наше радио, чтобы мы, не приведи Ушедшие, не брякнули какую-нибудь глупость…

…Вы слишком хорошо думаете о своём товарище и о его сообразительности…

— Ну э! — возмутился по мыслесвязи Дрищ…

* * *

Винг-майор Робертс сжимал штурвал своего «Рейнджера» и тихо матерился сквозь зубы… — Откуда, ну откуда нарисовался этот грёбаный флаер? Ведь из-за этих шпаков вся операция, и так подготовленная на коленке, неминуемо пойдёт мзину под хвост…

— Сэм! — винг-майор выпустил весь свой гнев в этом крике. Можно было подумать, что он не пользуется системами связи, а просто пытается доораться до шерифа, который и поднял весь этот гевалт. — откуда эта калоша взялась, кто они? Ты шериф или где? Почему мы до сих пор не в курсе, что это за люди, и стоит ли, вообще, беречь их здоровье?

— Господин винг-майор, чтобы ответить на ваш вопрос мне нужен их бортовой номер, — из динамиков штатного коммуникатора вместе с треском помех пробился и голос шерифа, — я не могу подняться на ту высоту, на которой находитесь и вы, и преследуемые, и флаер, на который вы так эмоционально реагируете. Потолок моего ховера всего полтора километра. Так что, будьте добры, сообщите мне их бортовой номер. И я сделаю запрос… Кстати вы и сами могли бы его сделать…

Легко было предположить, что окончание фразы, а именно слова: «Если бы у вас хватило ума на это», шериф дипломатично сказал, уже после того, как тронул сенсор отключения микрофона.

— 28–70 ОГО, — прорычал в микрофон винг-майор, — и сейчас какой-то фраер, что сидит этом грёбаном фрегате, заявил, что он взял этот грёбаный флаер в заложники со всем его грёбаным содержимым…

— Запрос направил, — сухо откликнулся шериф, — результат обещали, как только, так сразу.

— Шериф, не зли меня, мне и так уже хреново от всего этого воздушного цирка, — буквально простонал в микрофон Робертс. — как будут данные — сразу сообщай, не жди, когда я опять орать начну… Договорились?

— Договорились, — буркнул шериф, и на некоторое время в эфире стало немного поспокойнее. То есть ругань продолжала оставаться на прежнем уровне, но после того, как флаер и его пассажиры были объявлены заложниками, к нему перестали обращаться.

Робертс ещё пару раз приказывал фрегату прекратить сопротивление и сдаться властям, но оба раза был ожидаемо послан. Он не расстроился, так как отрабатывал обязательную программу и был готов к такому исходу.

Пока с этим флаером были непонятки, никаких активных действий предпринимать не следовало. Тем более, что на орбите собирались довольно внушительные силы, так что этому фрегату, если по хорошему так, то всё-равно деваться будет некуда. Посадят его как миленького.

Но додумать толком эти успокоительные мысли ему было не суждено.

Его глаза начали самопроизвольно карабкаться на лоб, и только надбровные черепные дуги не позволили им добраться до макушки… И, поверьте, причина для этого была самая, что ни на есть, важная.

Пилот фрегата творил невообразимую дичь. На глазах у изумлённой публики грузовая аппарель фрегата откинулась, открыв тёмный зев трюма.

После чего флаер быстрой ласточкой метнулся к нему и… И да, влетел в трюм целиком. Он ювелирно вписался в не особенно широкий проём и оказался внутри.

Это было просто-таки невероятно. Но факт, как говорится, налицо.

Робертс откинулся на спинку кресла и несколько раз моргнул. Но в небе ничего не изменилось, лишь плита погрузочной аппарели фрегата медленно, но верно закрывалась.

— Что же шериф, падла, молчит-то? — невпопад подумал винг-майор.

Глава 4

Доминатор умудрился замедлить фрегат так, что наш флаер стал его заметно нагонять.

…Рекомендую приготовиться к посадке в трюме фрегата…

— Так мы всегда готовы, — тут же среагировал я.

…Речь о том, что в вашем распоряжении будет не более двух минут на то, чтобы выбраться из флаера, успеть добраться до противоперегрузочных капсул и как следует пристегнуться. Основн ы е события начн ут разворачиваться тогда, когда флаер будет уже на борту…

— Ага. — подумал я, — все по настоящему интересное ещё впереди.

…Именно так…

Мне показалось, или в словах этой железяки проскочила насмешка?

— Тихий, ты слышал это? — на всякий случай я поинтересовался у Тихого, насколько он проникся. Но беспокоился я зря. Он всё принял к сведению и был готов сорваться, как это принято говорить, с места в карьер.

Ну да, с момента, как эти ребята таки догадаются пробить номера флаера по базам, выяснить, кто его недавно покупал…. И тут они конечно поймут, что мы над ними цинично издевались всё это время.

Нетрудно себе представить, что они тут же откроют огонь из всех стволов и выпустят стаю ракет. И всё это почти в упор.

Хотя мы не знаем, какое время у них уйдёт на осознание того неприятного факта, что они, по сути своей, являются просто лохами печальными… Но этот момент истины наверняка наступит… И тогда держись.

Так что будем надеяться, что две минуты Доминатор не с потолка взял, а это чётко рассчитанное время, которое наверняка останется в нашем распоряжении прежде чем фрегат действительно начнёт маневрировать и уклоняться…

То есть это время может быть и больше — но на две минуты мы можем рассчитывать точно, а вот дальше уже будет сложно предсказать, как оно пойдёт.

Тем временем, как выяснилось, Доминатор ухитрился подобрать ключик к шифрованной связи летунов, что пока вились вокруг фрегата комариной тучей.

Отсюда и такой точный расчёт времени. Значит, у него действительно всё под контролем.

Он теперь транслировал расшифровку перехвата нам всем по мыслесвязи. Параллельно. То есть мы могли слышать каждую фразу, прозвучавшую в радиопереговорах доблестных пилотов.

То, что огонь до сих пор не был открыт, можно было объяснить только тем, что пилоты всё ещё считали флаер гражданским…

Но, как мы услышали только что, офицер, командующий эскадрильей, уже озадачил шерифа, чтобы тот нарыл сведения о том, что это за флаер, откуда он взялся, и кого он сюда привёз.

Как только шериф всё выяснит, наша лафа закончится, и нас станут обстреливать. С близкого расстояния, со всех направлений, ну и огонь будет, само собой, очень плотным. Так что, если мы не успеем скрыться за бронёй фрегата, нам придётся, ну, очень