Резидент. Часть 5 - Никита Киров

Я прошёл через террасу и вошёл в зал этого загородного отеля, выделенного под мероприятие. Внутри было ещё роскошнее. Под потолком висели люстры размером с машину, лестница была отделана мрамором с цветными прожилками, там же была ещё одна пресс-стена с логотипами фирм Корнеева.

Люди стояли группками, что-то обсуждали. Вся молодёжь тоже здесь. Я увидел сына вице-губернатора в костюме и в кроссовках за двести тысяч и его подругу в платье из Милана, которое явно было куплено через Дубай. Остальные тоже кичились роскошью, во всю светили новые гаджеты и шмот.

Золотая молодёжь региона развлекала золотую молодёжь из столицы, потому что в этой толпе я увидел кислое от скуки лицо Давида Корнеева, сына главы фирмы. Отец постоянно ссылал его по регионам, чтобы отпрыск работал. Но не видно, чтобы тот старался.

Интересно, что Давид во дворце памяти Тумана был отмечен отдельно. Шпион как-то стащил у него планшет, на котором были презентации секретных военных разработок фирмы Корнеева. Но как они взаимодействовали друг с другом, я пока не вспомнил.

Столы были заставлены закусками по принципу «дорого-богато». Чёрной икры не жалели, как и всякой дичи и прочих деликатесов. Ещё и самолётом привезли устриц, но я бы их пробовать не стал, потому что они явно лежали здесь дольше, чем нужно.

Но к столу подошёл, взял брускетту с паштетом, который выглядел и пах аппетитно. И когда отходил, чуть не столкнулся с очень полным человеком в чёрной рясе и белым клобуком на голове.

— Оп! Осторожно, — пробасил бородатый митрополит с бокалом шампанского, отходя от меня с неожиданной грацией. — Чуть не врезались, но Бог миловал.

— Так вышло, владыко, — спокойно сказал я, как-то вспомнив это обращение. — Я не нарочно.

— Да я не ругаюсь. Не епитимью же на тебя накладывать? — он усмехнулся в бороду.

И тут митрополит посмотрел на меня, будто узнал. Я напрягся. Неужели началось? Но его интересовало другое.

— Это же ты на китайце приехал? — вдруг спросил он. — Видел, когда ты заезжал.

— Да, владыко. Осваиваю.

— И как тебе? — с интересом спросил митрополит. — Сотку за сколько набирает? А то у меня у знакомых ни у кого такой нет.

Это духовное лицо, но он не монах-затворник, а глава крупной епархии, который повсюду ездит и много с кем общается. И машины явно его интересовали.

— Я не разгонял до сотки, — признался я. — С китайцами надо аккуратнее, никогда не знаешь, как они себя поведут. Пока изучаю.

— Слава Богу, хоть у кого-то голова на плечах. А то некоторые твои ровесники так гоняют, будто на своё отпевание торопятся. Но зато с запчастями у китайцев проще, — заметил священник. — А то у нас в епархии «Кадиллак Эскалейд», так к нему запчасти по полгода ждём. Ну, ладно, ступай с Богом, а то меня ждут.

Он благословил меня привычным жестом, взял тарелочку с закусками и пошёл дальше говорить с бизнесменами. Будет интересно, если это шпион. Способ завязывания контакта классический.

А так, на меня посматривали, как на новое лицо, а не просто на студента. Ведь в отличие от них, я приехал не на микроавтобусе всей толпой, а отдельно, и ходил по залам, когда тем было сказано стоять на месте и ждать.

Вскоре я заметил на себе взгляд Зубова — главного ФСБшника, который явно меня помнил, ведь я несколько раз попадал в поле зрения его подчинённых. Да и наверняка он в курсе, что здесь делает «Контур», и точно знает, кто ловил Паука. Он должен меня знать.

Главный фейс срисовал меня внимательным взглядом и подошёл ближе.

— Николай Иванович, — представился он.

— Вадим.

— Я знаю. Подключился к работе всерьёз? — Николай Иванович улыбнулся, но взгляд оставался ледяным.

— Делаю то, что требуется.

То, что он подошёл, было не по плану и даже могло навредить. Но у него свои интересы, и не факт, что ему нравится присутствие «Контура». Вот он показывает, что мы на его земле, и он здесь главный, и плевать на всё остальное.

Вообще, я нашёл общий язык с Холодовым и парой следователей из нашего управления, и в целом, общение у нас проходило спокойно. Но с начальством до этого дня я не пересекался.

— И чё ему надо? — раздался голос из команды прикрытия, который я услышал через свои очки.

Один из оперативников команды Глеба наблюдал через мои очки за окружающим миром. Сам Глеб координировал всю команду, а не только меня одного, поэтому для связи со мной посадили отдельного человека, который должен был меня направлять и поддерживать при необходимости.

— И что нужно делать по вашей работе в «Контуре»? — докопался главный фейс области, глядя мне в глаза.

Ну хоть говорит вежливо.

— А это вы можете уточнить у моего руководства, Николай Иванович.

— А мы бы могли обсудить это всё напрямую, — хитро сказал он. — С кем лучше дружить в современной России?

— Со всеми, Николай Иванович, — парировал я. — И с вами тоже. Но и про своё руководство нельзя забывать.

— Видал, Коля? — раздался голос за моей спиной. — Я безынициативных не люблю, как вы. И у меня народ за словом в карман не лезет. Да и я в них уверен.

— Я тоже подбираю надёжных людей, — сказал фейс.

Рогов, который, оказывается, присутствовал на приёме, подошёл ближе, решив вмешаться сам. Николай Иванович с неудовольствием оглядел его таким же пронизывающим взглядом, каким одаривал меня. Но Рогова это не смутило, он, как я слышал, лично знал директора службы, и не только.

— Неудобно это всё, Виктор Андреевич, — произнёс Николай Иванович. — Когда к одному делу столько исполнителей подключено. Ещё и из разных структур, которые друг другу не отчитываются.

— А это чтобы потом выбрать лучшего, — с намёком произнёс Рогов.

Главный фейс кивнул на прощание и отошёл. Рогов посмотрел ему вслед, кивнул мне, мол, нормально отбился. Потом он сам пошёл поговорить к владельцу авиаремонтного завода, который о чём-то спорил с кем-то из военных.

— Пронесло, — сказал оператор и замолчал.

Хотя я этим недолгим знакомством с Николаем Ивановичем воспользовался, когда через три минуты кто-то захотел меня укусить, решив, что я лёгкая цель и здесь случайно

— Слышь, — толстый парень, наверняка сын какого-то чиновника,