Жизнь После - Василий Сергеев

к двухэтажному строению из красного кирпича — его делили между собой местные полицейский офис и пожарная часть, судя по табличкам у входа — и увидели небольшую толпу из уже выбежавших из здания и подтянувшихся с ближайших улиц людей, окруживших овальную площадь перед выездом на шоссе.

Оператор запечатлел на пленку, как его молодая напарница буквально пробилась в первый ряд, расталкивая других локтями. И тут же замерла, пробормотав только: «Господи боже!..»

Только теперь понял, что вокруг них стоит практически полная тишина, не считая завывания машин в стороне. И еле слышного скрипа, словно от песка, перекатываемого сильным ветром. Он провел объективом по толпе, снимая напряженные спины, а потом и сам протолкнулся вперед, наводя камеру на завораживающее зрелище.

Неглубокая воронка радиусом в пару или тройку метров, явно образовавшаяся в асфальтном полотне после падения чего-то с очень приличной высоты. Вот только — вместо ожидаемого метеорита или куска какого-нибудь небесного тела вроде спутника или части самолета — она была заполнена светло-серой массой из частиц, чем-то напоминавших снег. Но самым жутким было не это.

Что-то внутри словно замирало от первобытного ужаса, когда приходило осознание: все это месиво медленно стекалось к центру воронки, словно живое. «Выстраивая» уже угадываемую фигуру, повторяющую контуры тела. И с каждой секундой этот конструкт все больше походил на настоящего человека. Добавлялись новые цвета, появлялась одежда, чуждая современному взгляду.

Толпа резко шарахнулась назад. Оператор продолжал снимать на автомате, и только через секунду его мозг смог осознать, что же изменилось.

Фигура, еще мгновение назад неподвижно лежавшая в заметно поредевшей сероватой массе, вдруг оказалась прямо перед девушкой, по-прежнему сжимавшей в руках бесполезный в данной ситуации микрофон с логотипом их канала. Тут же замершей словно кролик, повстречавший удава.

Джим признавал, что за свою карьеру снял на камеру достаточно много странного. Были и намеки на призраков, и псевдодокументалки о вампирах и оборотнях, гуляющих среди обычных людей. И даже мутанты, использовавшие свои способности во благо или во вред, пару раз мелькнули перед его объективом. Потом правда пришли долбанные «костюмы» на тачках с правительственными номерами, заставили подписать кучу бумажек и отобрали пленки.

Но то, что он видел через видоискатель сейчас, затмевало все, снятое ранее. Это был мужчина лет тридцати, явно с азиатскими корнями. Под метр восемьдесят, подтянутый и мускулистый. Густые черные волосы до поясницы и необычная челка, почти полностью скрывавшая правый глаз. Тело, укрытое достаточно примитивными потертыми доспехами, состоявшими из окрашенных в красный пластин. Он казался сильным.

А еще у него отсутствовали часть ступни на правой ноге и левая рука, практически от самого плеча. Хотя и отрастали, если так можно выразиться, из притягиваемых прямо по воздуху, вопреки всем законам физики, клочков сероватой бесформенной материи. Противоестественное зрелище, погрузившее наблюдателей в подобие транса.

Мужчина, еще пару минут назад пребывавший в виде бесформенной массы, вдруг что-то сказал, глядя прямо на журналистку перед собой жуткими алыми пятнами, выделявшимися на фоне черных склер глаз. Джим не узнал язык, хоть и уловил какие-то восточные нотки. Но распознал вопросительную интонацию. Мутант? Пришелец? Кто бы это ни был, он вдруг одним движением взял Мелиссу за горло, без видимых усилий приподнимая над землей. И спросил что-то еще, нахмурившись. От чего трещины на серой коже лица образовали подобие жуткой маски.

Люди вокруг загомонили, словно разом очнувшись от гипноза. Призывы о помощи, молитвы, угрозы — все сливалось в один шум.

Джим, впрочем, не слышал ничего из-за бешеного пульса в висках — адреналин в его крови зашкаливал. Но продолжал снимать. Полицейских, что заключили уже полностью вернувшую себе все конечности фигуру в полукруг, беря на прицел. Пожарных и обычных горожан, вооружившихся кто чем, вставших позади. И молодую девушку, удерживаемую на весу одной рукой. Она была уже явно на грани потери сознания от нехватки воздуха.

Снимал он и чужака, который без какого-либо напряжения разглядывал их своими жуткими красными глазами.

Старый оператор снова не смог отследить изменение обстановки. Неуловимо быстрое, смазанное движение. И Мелисса летит в толпу подобно бесформенному кулю одежды. А агрессор уже стоит на крыше того самого двухэтажного здания из красного кирпича. Оглядывается по сторонам. И пропадает окончательно.

Объектив еще пару десятков секунд судорожно скользит по округе, пытаясь найти аномалию. На фоне слышные хриплые вдохи и выдохи несчастной журналистки.

Запись заканчивается.

* * *

Стивен «Стив» МакКуин пересмотрел небольшой по продолжительности ролик уже во второй раз. Посидел, прикрыв глаза и настраиваясь. И приступил к своей основной работе.

Официально он числился старшим экспертом — аналитиком мезомасштабных атмосферных процессов, со специализацией на термодинамической интерпретации воздушных масс. И тратил деньги налогоплательщиков на обработку статистических данных об ураганах в небольшом институте, сидящем на игле государственных грантов — как любил объяснять немногочисленным родственникам и друзьям.

На деле — старший технический статистик — моделист в Управлении по мониторингу и нейтрализации биологических девиаций, одном из многочисленных подразделений «Щ.И.Т. а». Организации, защищающей этот мир от различных угроз, вплоть до сверхъестественных.

У него даже имелись корочки Агента пятого уровня, пусть и с ограничениями на полевые операции. Мужчина был лучшим в своем деле на всем Восточном побережье и хорошо знал об этом.

Всего подобных ему аналитиков в Агентстве было около трехсот по всей стране, плюс сотня другая более узкопрофильных и пара тысяч менее ценных, занимающихся первичной обработкой информации, перед перенаправлением конкретным людям. И это только в стране. За границей, как думал сам Стив, работает еще примерно столько же людей.

На своей настоящей работе он проводил подробный анализ собранной после различных инцидентов информации. Искал закономерности в потоке мусорного трафика, поставляемого со всего света. И составлял на основе всего математические модели аномалий. Иначе говоря, описывал простым языком, насколько тот или иной феномен отличается от нормы, в конкретных примерах и цифрах.

Чаще всего ему приходилось разбираться в многочисленных показаниях невольных свидетелей, просеивая целые массивы данных ради пары крупиц ценного знания. Которое потом нужно было правильно проанализировать, соотнести с базами уже имеющихся данных. И либо дополнить, либо создать новую запись в электронной картотеке, входящей в общий архив «Щ.И.Т. а».

Инциденты же, подобные последнему, встречались ему крайне редко. Мало кто из носителей сил, отличающихся от нормы в понимании большинства, стремился попасть на камеру.

Вообще, Стивен мечтал о том, что придет время, когда камеры будут стоять повсюду и снимать весь мир двадцать четыре часа семь дней в неделю. Насколько бы упростилась его служба… Но пока приходилось работать с тем, что