Жизнь После - Василий Сергеев

задумался, в красках представляя как доводит Единого-В-Трех-Лицах до очередного яростного срыва. А потом поморщился. Следом обязательно заглянет Тот-Кто-Выше-Всех и закинет его в какую-нибудь дыру, из которой он будет выбираться не одно тысячелетие. Скука же будет страшная, не стоит оно того.

Потянувшись, Потусторонний встал и огляделся, задумавшись. И пошел в неизвестность, внезапно загоревшись идеей поиграть в демиурга и отстроить пару другую Измерений с нуля. Попутно пнув дрейфовавшую мимо голову Целестиала, выталкивая ее за пределы Изначального. Волна из пространственно-временной материи, что породило вокруг себя высшее существо лишь для удобства, прокатилась по всей пустоте, выкидывая временные игрушки Потустороннего по различным Измерениям. И не только их.

Тот-Кто-Пришел-Извне ушел из Изначального, в поисках средства развеять вечную скуку. А одна тень, застывшая вне времени и пространства, но получившая свободу — шанс все же выполнить заложенную команду. И, входя в верхние слои атмосферы третьей по счету от желтого карлика планеты, клон лишь произнес, «дергая» на себя связь с оригиналом:

— Изанаги!

Изанаги — гендзюцу, накладываемое Шаринганом. На краткий миг применяющий стирает границу между иллюзией и реальностью внутри своего личного пространства, позволяя манипулировать итогом. Плата — полная слепота одного из глаз. Сила воздействия на мир зависит от уровня развития Шарингана

Глава 2. Стив любит свою работу. А Мадара размышляет

«Мы живём настоящим, скорбим о прошлом и гадаем о будущем.

Такова природа истории.»

Узумаки Нагато

«Меня с детства учили бороться до конца. И не важно, если он будет летальным.»

Джирайа

Земля–199997. Соединенные Штаты Америки. Мэриленд, штат Вирджиния. 13 мая 1992 года

Спустя 13 часов после инцидента, помеченного Организацией «Щ.И.Т.» как PHBO–930513S33103/11

Стивен «Стив» МакКуин любил свою работу. В отличии от имени. Быть полным тезкой звезды не легко. Сколько раз его спрашивали: «Назвали в честь того самого, да?» — он уже сбился со счета. Объяснению про именование в честь деда, который еще при жизни ненавидел этого прилизанного блондина, никто никогда не верил.

Поэтому, встречаясь с новыми людьми, рыжий, худой как щепка и достаточно низкорослый тридцати трехлетний типичный ботаник в линялых джинсах и растянутой футболке с надписью «Мира всем!» регулярно передразнивал знаменитую фразу, емко представляясь:

— МакКуин. Стив МакКуин. — и всем своим видом изображал намерение завалить собеседника подробностями касательно имени, стоит только спросить. Желающих почему-то никогда не появлялось.

Этот трюк ему запомнился из периодических тренингов. Там много чему учили, но большую часть он старательно пропускал мимо, искренне считая бесполезной. Тактика скрытного преследования в условиях пересеченной местности — не то, чем он желал или должен был заниматься. Хотя и приходилось притворяться заинтересованным.

Все потому, что Стивен любил свою работу. Любил видеть больше обывателей и просчитывать суть явлений, что «леммингам» казались просто невозможными.

Замигала красная дежурная лампочка, расположенная над входом в его «берлогу». Мужчина установил ее сам годы назад, добавляя помещению атмосферы. Мягкое шипение сработавшей пневмопочты приятно пощекотало слух. А алая литера латинского алфавита, выведенная на герметичном контейнере, заставила почувствовать себя победителем еженедельной лотереи, не меньше.

Кейсы с Красный — Альфа встречались Стивену достаточно редко. Притом они всегда приносили самую интересную работу. Способности сверх человеческих возможностей, полное подтверждение. Без жертв среди гражданских.

Нет нужды копаться в слухах и домыслах синих и желтых докладов. Не говоря уже о белых, которые, по его личному мнению, строчат вообще по любому поводу.

Ну и, конечно, не нужно запасаться успокоительными таблетками после обработки черных. Потому как даже самая младшая — с точки зрения важности события — литера Эпсилон этого цвета надежно отбивает сон. Способности, примененные против гражданского населения, с летальным исходом. Много фото и видео фиксации, которую приходилось скрупулезно разбирать.

Главное во всем этом — не думать о символе «Омега», что бывал лишь черным. После него, говорят, люди переводятся на другие должности, лишь бы не пересекаться больше с таким. Стивену везло — его данная литера пока обходила стороной.

Забрав посылку, мужчина включил кофейный аппарат в углу достаточно большой комнаты, после чего присел за С-образный стол, развинчивая крышку капсулы. В колонках под потолком негромко играл альбом Эрика Клэнтона.

Видеокассета. Профессиональная, явно от телевизионщиков. И десяток страниц текста, которые он отложил в сторону. Подойдя к сложной аппаратуре для видео монтажа, продублированной несколько раз, он загрузил кассету внутрь, запуская сложные алгоритмы предварительного анализа.

На нескольких больших экранах, закрепленных на стене, замелькали быстро сменяющие друг друга кадры. Вообще, треть его рабочего кабинета была заставлена различной видео и аудио техникой, большую часть из которой он доводил до ума сам. И это, не говоря о программном обеспечении, что собирало весь этот хаос в единую систему.

Аналогов в мире, за пределами его конторы, практически не было. И он этим гордился. Две из пяти смежных комнат тут же были оборудованы под проявочные, также присутствовали кухня, небольшие спальня и санузел. Мужчина любил свою работу.

Стив налил себе кофе и выключил музыку. Прихватил сопроводительные бумаги и присел перед пультом, настраиваясь на рабочий лад. А затем включил воспроизведение.

* * *

— Раз, раз! Как меня слышно, Джим? Нормально? — миловидная блондинка лет двадцати, в достаточно строгом темно-синем брючном костюме, стояла напротив оператора с камерой, нервно перекладывая микрофон из одной руки в другую. — Готово? Хорошо.

Беззвучный отсчет оператора на пальцах, и журналистка тут же натянула на лицо профессиональную улыбку:

— Добрый день. Я Мелисса Майерс, и это «Новости в 11». Мы находимся в Бат, округ Бофорт. Небольшом городке на побережье реки Памлико и ручья Бат-Крик. Сегодня здесь по-настоящему исторический день, потому что… — девушку прервал низкий, все усиливающийся гул откуда-то сверху. Оператор тут же перевел зрачок камеры на небо, пытаясь найти источник. А потом гул, казалось, замер, удерживая максимальную ноту, и сменился оглушительным хлопком, напоминающим взрыв, где-то в стороне от них. Десяток машин на парковке неподалеку тут же заполнили образовавшуюся тишину мешаниной из завывающих сигнализаций.

— Джим! Ты видел! Это ведь метеорит, да?! Клянусь, я тебя убью, если ты это не заснял! — присевшая от резкого звука ранее, блондинка уже вскочила на ноги, поторапливая достаточно пожилого мужчину с камерой. — Такой материал, боже! Быстрее, Джим, быстрее! Нужно успеть отснять побольше, пока не набежали придурки в форме и не оцепили все на милю вокруг. Потом не пробьемся ни через них, ни через идиотов с крупных каналов. Боже, мы станем знамениты, ты это понимаешь?!

Фокус камеры прыгал, однако съемка не прекращалась ни на секунду. Уже через пару минут они приблизились