Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

– Ты дурак, – схватила меня за руку Сэйрин. – Ты же его слышал: выживет только один! Да это полный псих! Лучше давай попробуем сбежать. Или… точно, надо вызвать полицию, – сказала она, доставая смартфон из сумочки, висевшей все это время у нее на плече.

– Нет сигнала? – спросил я ее, когда она что-то понажимала в телефоне и убрала его обратно.

– Нет… – скривилась она.

– Говорю еще раз: просто жди тут, а я подойду и поговорю с этим Кэ Гу. Может, о чем-то и договоримся.

– Вот, – достала она из сумки маленький круглый цилиндр и протянула его мне. – Это перцовый баллончик. Мне сказали, таким можно и медведя отогнать.

Я не стал отказываться и взял небольшой баллончик с газом. Как-никак, а оружие.

– Я скоро вернусь, – сказал я, не особо веря себе.

– Точно вернешься? Ты же знаешь меня… Если не вернешься, я тебя с того света достану! – сказала она голосом, который срывался на плач.

– Лисенок, ты скоро, или мне самому подойти? – раздался голос Кэ Гу.

– Иду, иду! – крикнул я и, повернувшись к Сэйрин, сказал:

– Я вернусь.

– Окей, я жду тут… – ответила она, топнув ногой по кочке и, оступившись, чуть было не плюхнулась в густую зловонную жижу под ногами.

– "Окей", блин… – усмехнулся я, подумав, как же это все-таки по-дурацки звучит. Впрочем, мне эта ее черта даже начала нравиться.

Оставив Сэйрин позади, я двинулся к жабе, пытаясь придумать на ходу, что мне делать дальше, и осматривал все вокруг в поисках чего-нибудь, что могло бы сойти за оружие. Вот только на болоте не было ни палок, ни веток. Я попытался отломить одну от гнилого на вид дерева, но, к своему удивлению, понял, что эти ветки куда прочнее, чем кажутся. Так что пришлось довольствоваться лишь газовым баллончиком, который я крепко сжимал в руке.

– А я надеялся, что ты все же побежишь, щенок, – сказал Кэ Гу, когда я, проваливаясь по колено в болото, наконец добрался до него и, найдя кочку покрепче, встал напротив.

Он выглядел еще хуже, чем в прошлый раз. Его и без того отталкивающая жабья физиономия теперь была усугублена отвратительной шеей, которая постоянно вздувалась и сдувалась. Перепонки между пальцами и безобразный горб на спине завершали жуткий облик.

– Ну что, пора прощаться, лисенок, – сказал он, и в его руке появился прямой одноручный меч – наподобие тех, которыми орудовали в тех исторических сериалах Чон Ука.

– Постой… Просто скажи – зачем?

– Прости, лисенок, но так надо. И да, я прекрасно понимаю, что меня ждет после этого, так что можешь не утруждать себя рассказами, что сделает Великая за твою смерть.

«Мы в дерьме», – вспомнилась мне фраза из старенькой французской комедии, которую я еще во времена универа смотрел. Я бросил взгляд на баллончик в моей руке. Возможно, он и поможет отогнать медведя, вот только медведя тут не было. А та жуть, сейчас стоящая в десятке метров передо мной, этот баллончик разве что как освежитель дыхания использует.

Но самое поганое – что он знал, на что идет, и явно подготовил план. Вот только мне хотелось узнать причину своей смерти…

– Скажи, зачем? – решил попытать удачу я и посмотрел ему прямо в глаза. В глубине их, словно в оправе из тусклого золота, поблескивал вытянутый, словно рассеченный ножом, зрачок. От этого взгляда по спине пробежал холодок. И вдруг на меня навалилась слабость, а чудовищная боль пробила висок, расходясь по голове.

– Чтобы сделать подношение господину Пе… – начал отвечать он, но затем тряхнул головой и с прищуром посмотрел на меня.

– А вот оно что, – усмехнулся я, с трудом устояв. – Да ты просто шестерка на побегушках у этого урода Пе Мучжина. В конце концов, жаба есть жаба.

– Можешь называть меня как угодно. Мы с тобой уже оба покойники, – сказал он, скривив в горькой усмешке свой огромный жабий рот.

По тому, как он смотрел в этот момент на меня, я понял: эта жаба не собирается меня щадить. Этот взгляд я встречал не раз в жизни, даже у своего отца, когда он напивался на похоронах матери. Это был взгляд отчаянного человека, хоть человеком, стоящего сейчас передо мной, точно назвать было нельзя.

– У меня просто не было выбора… – бросил он и присел на корточки.Его ноги разошлись вширь, настолько, что брюки треснули по швам. А затем он просто оттолкнулся.

Между нами было не меньше десяти метров, но он сократил это расстояние быстрее, чем я успел моргнуть. Я вскинул руку с газовым баллончиком, готовый пустить в ход единственное оружие, но в этот момент что-то сильно ударило меня в бок и отбросило в сторону.

Кэ Гу пролетел мимо, а я, падая в грязную, зловонную воду болота, услышал лишь короткий, звонкий вскрик.

А затем, подняв глаза, я увидел, как он выдернул меч из лежащего на земле тела и двинулся в мою сторону.

– Я этого не хотел, – сказал Кэ Гу, бросив взгляд на безвольно лежащее тело.

Ярость, неистовая ярость захлестнула меня, а следом за ней – невыносимая тяжесть. Она давила, всепоглощающая, словно я оказался на самом дне океана, в бездонной пучине. Мир вокруг моментально потерял все краски, оставив лишь белый. Все вокруг стало белым, словно высеченным из известняка: деревья, трава, и даже сам Кэ Гу, застывший изваянием в паре метров от меня.

Я не мог вдохнуть, даже моргание давалось мне с трудом, но я, сжав до хруста зубы, поднялся на ноги и сделал шаг, с звонким хрустом разбивая покрывающую поверхность болота траву. А потом еще один, и еще.

Моя рука со скоростью пары сантиметров в секунду приближалась к вздутой шее Кэ Гу. Пальцы сомкнулись на его горле, которое тут же начало крошиться и рассыпаться в моих руках. А затем его шея с хрустом разлетелась на белые осколки, медленно оседающие на землю.

Мои ноги, руки, пальцы и даже глаза – я начал ощущать, как медленно они застывают, белеют и покрываются мелкими трещинами. Будто я сам становился частью этого белого мира и скоро застыну, оставшись частью этого странного и пугающего пейзажа.

Что-то мелькнуло перед глазами, и в следующий миг красная,