Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

внутри неё словно существовало два разных кусочка Духовного пространства. И это логично, ведь душа — часть этого пространства. Просто отдельная, наделённая своей волей. Катя просто «переключалась» между этими кусочками, и духовная энергия в ней начинала течь по-другому. Отсюда и менялся облик.

В моём случае мне пришлось сперва создать внутри себя изолированный кусочек собственной души, а потом методом научного тыка добиваться нужного результата. А Кате проверять его. Ощущения не из приятных. И это я не про работу рыжей, а про себя. Всё-таки я тут над частью себя измывался. Хорошо, что это обратимый процесс.

Не знаю, сколько мы так провозились…

— Убейте меня… — простонала девушка, упав спиной на кровать. — Я уже ненавижу это место. Лучше бы на завод Агнес попала…

— Ага! — торжествовал я. — Зато теперь ты знаешь, женщина, что я испытываю, когда вы тащите меня по магазинам!

— Да это было всего пару раз! Последний раз вообще сотника вместо себя послал.

— И он чуть в отставку не подал…

— Враньё! Ему, наоборот, понравилось! — резко поднялась Катя и остановила свой взгляд на мне.

— Да он просто вежливый и вас по-отечески любит… — махнул я рукой в белой перчатке.

— Какое странное ощущение… — склонила рыжая голову набок, отчего её кудри перевалились на левую сторону. — Вот вроде ты говоришь, а вроде и нет… Даже голос похож! Кажется, у тебя получилось, Коля! Только одного понять не могу… Зачем?

Я оглядел свои руки, ноги и торс. Всё изменилось. Даже смотрел я теперь на девушку лишь чуть-чуть сверху вниз. Коснулся рукой плаща, убедился, что он как настоящий, и вернул себе свой прежний образ.

— Хочу навести помехи в одном месте, — произнёс вслух. — Давай возвращаться.

— Жуть какая всё-таки, — до сих пор отходила от шока Катя. — А я… ну, со стороны такое же впечатление произвожу, когда меняюсь?

— Нет, что ты, в образе монстра ты становишься только сексуальнее! — сострил я.

— Фу! Это мерзко!.. И мило. Буду считать это комплиментом.

О значении слова «сарказм» я решил поговорить в другой раз. Найдя духовный маяк, которым здесь оказался котёл над очагом, мы вернулись на борт дирижабля.

— Уфе фсё? — прочавкала удивлённо Мита, обсыпанная крошками от галет.

Девушки ждали почти там же, где и были перед тем, как мы с Катей отправились в заводной апельсин. Все ели английские сухпайки. Кто стоя, кто сидя. Экипаж даже заскучать не успел.

— Эти несколько дней я никогда не забуду! — всплеснула руками Катя и взяла картонную коробку с сухпайком из кучи на полу.

— Несколько дней? — удивилась Вероника, чуть не подавившись. — А у нас тут всего пара минут прошла… Господин, а теперь мы улетим?

— Почти! — коварно улыбнулся я. — Но сперва попрощаемся кое с кем… Маша, Катя, на всякий случай… Если я начну бросаться на людей, то тоже бросайтесь на людей. Шучу, шучу… Просто дайте мне духовного леща, если вдруг что. Вряд ли кто-то до меня ел мозг Саранчи. Буду первым!

С этими словами я закинул в рот поджаренный шматок, появившийся в моей ладони из кольца. И… это было вкусно! Да, на вид так себе, но вкус… Мягкий, обволакивающий и пощипывающий.

Мой расчёт оказался верным. Из столь мощного существа, как Пугало, энергия не могла просто взять и испариться. Она хранилась внутри него, а основная часть — в мозге и, вероятно, сердце. Для моей цели нужен был именно мозг. Ведь именно с помощью этого органа Пугало поддерживало связь с остальными тварями. Так я предположил. И угадал. Потому что в моё тело хлынуло чужая духовная энергия.

Вот тут приятного было мало. Любой другой бы не пережил подобного, девушек или Верещагина бы просто травмировало духовно, и им пришлось залечивать свои раны очень долго. Из всех нас, пожалуй, только Вдовина могла бы без подготовки спокойно использовать мозг для усиления. Я же другой разговор.

Очищение чёрных семян закалило мою душу. Поэтому мне лишь было очень больно, но жизни ничего не угрожало.

Пропуская через себя духовную энергию Саранчи, я погрузился в медитацию. Это оказалось непросто и получилось только с третьего раза. Сперва ничего не происходило, я словно издали наблюдал за своей сферой души, которая немного изменила цвет. На боку у неё появилось оранжевое пятнышко.

Вскоре ощущения изменились, и я почувствовал, как меня куда-то затягивает. В один миг меня окружила кромешная темнота. Через несколько мгновений она наполнилась мириадами звёзд. Вернее, сперва я подумал, что это звёзды, но потом понял, что это крохотные светящиеся сферы душ Саранчи. Они окружили меня со всех сторон. Какие-то были крупнее, какие-то меньше. Меня затянуло внутрь той сети, которая связывала каждого пехотинца, Псину или Мешка. Концентрируя разум, я мог узнать, что за сфера передо мной. Строго говоря, это были не совсем сферы. Скорее средоточия энергии. Все они были соединены нитями, которые всё время пульсировали. Да и сами светлячки постоянно двигались.

Видимо, как-то так выглядит Рой изнутри. Или моё сознание так его воспринимает? Впрочем, неважно. Я сюда пришёл с одной целью…

Первым делом принял нужный образ. Хоть я сейчас сам выглядел, как подобный светлячок, только очень большой. Затем отыскал самую большую звезду, которая сияла фиолетовым светом с тёмными прожилками. В ней сходились все нити. А потом из неё же и выходили. Это был паук в центре огромной паутины. Сеть, кстати, была настолько огромна, что я не видел, где она кончается. Сколько же всего этих тварей? Миллионы? Миллиарды?

Да у меня топор затупится их всех убивать! Ладно, это потом. А сейчас… Я сосредоточился на большой звезде и понял, кто это.

Тарантиус.

Жаль, отсюда нельзя узнать, кто он такой. Зато… можно дать ему леща!

Собрав духовную энергию, разок как следует чапалахнул по этой звезде. Это выглядело, как серповидная волна, которая врезалась в Тарантиуса. Она задрожала и стала мерцать, постоянно меняясь в размерах. Добавив ещё пару раз, окончательно вывел её из строя. Не убил, но звезда сжалась, а нити, выходившие из неё, погасли. Это было нужно, чтобы он не помешал тому, что будет дальше. Не «отфильтровал» мысли и команды Роя.

Затем я начал направо и налево раздавать лещи светлячкам поменьше, рвать нити духовными серпами и кидаться иглами боли, убивая звёзды. Благо духовной энергией запасся хорошо.

Светлячки гасли, взрывались и разбрызгивались фейерверком, нити