Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

во Франции, отсюда и название «Накашидзе-Шаррон». Машину тестировали как на российских дорогах, так и на военных маневрах, в результате чего она получила высокую оценку специалистов. Бронемашина была снаряжена тяжелым пулеметом «Гочкисс», и обслуживали ее три члена экипажа – командир, водитель и стрелок. Она могла перевозить от двух до пяти солдат. Броневая сталь толщиной 4,5 мм защищала от пуль и осколков снарядов. Россияне заказали бронемашины такого типа и определили их в Петербургский, Киевский, Вильнюсский и Варшавский военные округа. Однако программа по внедрению бронетехники в российскую армию потерпела крах после безвременной кончины конструктора (Накашидзе погиб 12 августа 1906 года во время неудачной попытки убийства премьера Столыпина, которому он должен был представить свой проект). Как было сказано в романе, Накашидзе какое-то время пребывал в Варшаве.

Собственный Его Императорского Величества Конвой – гвардия, охраняющая царя и его семью. Официальная дата создания 18 мая 1811 года, хотя первые упоминания о подразделении, составляющем личную охрану правителя, встречаются в документах времен Екатерины II. Однако только война с Наполеоном привела к тому, что для обеспечения безопасности царя было выделено отдельное подразделение. Конвой был расформирован в 1917 году.

Спагирическая медицина – приготовление лекарств спагирическим методом было особенно популярным в конце XIX – начале ХХ века, однако и сегодня многие фирмы, производящие косметику и препараты на травах, хвастаются тем, что в процессе производства используют спагирические методы. Существует и те, кто занимается изготовлением медицинских средств, лечащих определенные заболевания. Спагирическая медицина основана на влиянии планет на минералы и растения, а также требующие лечения части тела.

Тайная жандармерия – часть формирования, созданного Центральным народным комитетом (наряду с постоянной жандармерией), прозванная Кинжальщиками. Во время Январского восстания кинжальщики охраняли повстанческие власти и выполняли разведывательно-диверсионную функцию. Также Кинжальщики приводили в исполнение смертные приговоры над предателями и выполняли террористические нападения на представителей царского аппарата власти. Оценка их деятельности до сих пор противоречива, поскольку часто их жертвами становилось невинное население.

Об авторе

Адам Пшехшта

Историк, доктор гуманитарных наук, педагог, автор статей по истории, о битвах на ножах и окинавскому карате. Интересуется деятельностью спецслужб. Как писатель дебютировал в 2006 году, с того времени издал восемь романов и сборник рассказов.

Является лауреатом литературной Премии имени Ежи Жулавского, в 2014 году получил Серебряную награду за «Гамбит Велёпольского».

Сторонник чтения за едой. Читает все: от учебников по пчеловодству до мейнстрима, от фантастики до женских романов. Последние читает преимущественно в приемной у дантиста. Мечтает о душевном спокойствии.

Приложение

Губернатор

Книга вторая

Цикл Materia Prima

Глава I

Звук трамвайного звонка вырвал Рудницкого из задумчивости, он поморщился от вони, пота и выпитой водки – похоже, стоящий рядом грузчик утешился после работы самым дешевым базарным самогоном. Невзирая на протесты пассажиров, алхимик протиснулся к дверям. Скоро остановка. За окном проносились облепленные объявлениями столбы, вычурные польско-немецкие вывески, иногда по улице проезжала двуколка, которую тянули сгорбленные от напряжения мужчины. Оккупирующие Варшаву немцы отменили большинство антипольских указов, но одновременно ввели жестокие реквизиции на нужды армии. Их трофеем становились не только кони и скот, но даже медные кастрюли. Что ж, весной одна тысяча девятьсот шестнадцатого года было ясно видно, что все планы быстрого конца войны всего лишь миф.

Рудницкий, которого толкнула приземистая, воняющая чолнтом и куглем[16] бабища, налетел на стоящую перед ним женщину. Та гневно зашипела и повернулась с выражением лица, не обещающим ничего хорошего. Виктория…

– Вижу, ты пользуешься случаем и нескромно прижимаешься к невинным барышням, – заметила она с легкой насмешкой.

Рудницкий неуверенно кашлянул. Они не виделись со времен памятной встречи перед Королевским замком, и это не потому, что он ее избегал. Виктория пропала, словно сквозь землю провалилась. Правда, он специально ее и не искал, помня про ее связь с Кинжальщиками, а теми лучше было не интересоваться.

– Извиняюсь, – пробормотал он. – Это все толпа. Тем не менее…

– Ну?

– Приятней прижаться к тебе, чем к некоторым попутчикам.

– Я лучше? – задала она провокационный вопрос.

– А как же, и прежде всего ты решительно лучше пахнешь.

Его собеседница засмеялась, показывая ровные белые зубки. Вот, казалось бы, еще одна молодая, непритязательная девушка, которую хотелось схватить за руку или за коленку. Но Виктория – правая рука лидера Кинжальщиков. Обидишь такую – и повезет, если успеешь написать завещание.

Трамвай остановился на Театральной площади, недалеко от дворца Яблоновских, и Рудницкий продвинулся к выходу, вежливо поклонившись на прощание. К его немалому удивлению, Виктория последовала за ним.

– Как бизнес? – спросила она, беря его под руку.

– Так себе, – с неохотой признался он. – Почему спрашиваешь? Мне кажется, я рассчитался с твоими… друзьями.

– Ох, нет причин для беспокойства, я спрашиваю, поскольку мне интересно.

– Половину отеля заняли немцы, штабные офицеры. Естественно, никто из них не платит.

– А что с аптекой?

– Тоже ничего удивительного: потерял большинство клиентов из-за отсутствия первичной материи. Самые эффективные лекарства требуют, к сожалению, эту составляющую, а сейчас никто не суется в анклав.

– Но ведь нет запрета, – удивилась девушка.

– Ну да, – признался Рудницкий. – Только без охраны соваться туда – самоубийство. К сожалению, варшавский генерал-губернатор его превосходительство Ганс фон Безелер решил, что доступ в анклав открыт исключительно для… цитирую: «лицензированных членов гильдии и их помощников в количестве не более трех человек».

– И почему это?

– Боятся, – буркнул алхимик. – Правда, до этого времени, еще никто не открыл боевую возможность использования первичной материи в широком масштабе, но в будущем… кто знает? Это могло бы изменить ход войны. Немцы следят за тем, чтобы не нарушать законов, которые соблюдали даже россияне, они не хотят рисковать.

– Ты идешь в управление?

Рудницкий подтвердил каким-то невразумительным бурчанием. Уже год во дворце Яблоновских размещалось немецкое правительство, а недавно он стал и центром городского совета.

– Они должны меня наказать, – объяснил он, видя вопросительный взгляд девушки. – На прошлой неделе я выставил из отеля одного… Кажется, капитана. Один из высших чинов позволил ему воспользоваться своими апартаментами, но говнюк оказался дальним родственником какого-то эрцгерцога или графа. Ну и обвинил меня в саботаже приказов генерал-губернатора.

– И что тебе могут сделать?

– А я знаю? – пожал плечами Рудницкий. – Будет хорошо, если только влепят штраф, ведь могут и отель забрать.

– Шутишь?

– Ни в коем случае! – быстро возразил алхимик.

– Может, все будет не так плохо, Безелер пытается расположить к себе поляков.

– Вроде так, но сомневаюсь, чтобы он