Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

раздражения. Ненавижу, когда меня необоснованно обвиняют. — Даже если бы я легла в постель со всеми семью мужиками — на репутации женщины, которую выбросили в лапы игроману, чтобы жениться на молодой вертихвостке — это никак не отразилось бы!

— У меня не было другого выбора и я все предусмотрел! — прорычал инквизитор.

— Вот и у меня не было! — прошипела в ответ я и его глаза вспыхнули огнем, как тогда в пещере. Я поняла, что перехожу черту из-за которой возможно не вернусь. — К чему сейчас эти взаимные обвинения, если уже все сделано так, как сделано? Ты изменить это можешь?

Он отрицательно покачал головой, делая глубокий вдох-выдох.

— Вот и я не могу, — развела руками я. — Поэтому давай закроем эту тему уже? Ты поступал так, как считал нужным в тот момент времени и с теми вводными, которые имел. Я тоже действовала по ситуации. Это никого из нас не оправдывает, но осознание последствий и жизнь с ними — это та цена, которую мы, скорее всего, будем платить всю жизнь.

Эпилог

Постепенно все встало на свои места. Я вернулась в поместье Питцжеральд — поднимать целину с колен. Свин не пережил схватку с разъяренным драконом, а Урсула подверглась гневу королевской инквизиции. Что уж там с ней случилось, я не уточняла. Мне было важно лишь то, что графству теперь не угрожает передел власти и, на правах хозяйки, я могу его переименовать.

Больше оно не имело ничего общего со свиноподобными и называлось графство Пёрсол, что по моим скудным познаниям английского языка переводилось, как «Чистая душа».

«Неделька» оставшаяся без воскресения, как и обещала, оказала мне посильную помощь в возрождении земель и налаживании дипломатических отношений с соседними землями. И через уже через несколько месяцев я разрезала красную ленту на открытии нового торгового пути.

Общее дело нас очень сдружило и мы часто собирались на совместные ужины. На одном из таких я заметила, как граф Эвергрин неоднозначно поглядывает на Эмму и делает ей вроде бы незначительные, но все же комплименты, а она в ответ делает вид, что не краснеет.

— Тед, могу я попросить тебя задержаться ненадолго? — спросила я, когда ужин подошел к концу и парни стали расходиться.

— Конечно, Мари, — с радостью отозвался граф. — Что-то случилось?

— У меня — нет, — ехидно щурясь на мужчину, ответила я. — А вот у тебя, возможно, скоро случится косоглазие.

— Что ты имеешь ввиду? — искренне не понял меня Эвергрин.

— Долго ты планируешь бездействовать и просто коситься влюбленным взглядом на мою управляющую? — задала я вопрос в лоб и впервые увидела, как этот всегда серьезный и порой даже суровый мужчина, засмущался.

— Это так заметно? — спросил он.

— Для той, кто умеет видеть, — развела я руками. — Очень даже.

— Я много думал об этом… — начал было граф, но я его перебила.

— Хватит думать. Она девка видная, так и гляди уведут. Будешь потом локти кусать. И потом, что-то ты раньше не отличался подобной нерешительностью.

Эвергрин неопределенно поджал губы.

— Тебя смущает, что она не дворянских кровей? — догадалась я.

— На самом деле — нет, — честно признался Теодор. — Я больше переживаю за то, что это будет смущать ее.

— Может стоит с ней это обсудить? — предложила я, будто подталкивая его к решению.

— Возможно, ты права, Мари, — улыбнувшись, согласился граф. — Спасибо тебе.

— Ступай и будь счастлив, мой друг! — шутливо благословила я Теда.

Эвергрин уже собрался выйти из столовой, как обернулся и серьезно глядя на меня, спросил:

— А ты?

— Что я? — не совсем поняла я.

— А ты когда уже разрешишь себе быть счастливой? — задал граф не менее прямой вопрос.

— Наверно…— задумалась я. — В следующей жизни…

— Не будь столь категорична, — сказал Теодор. — Дай ему шанс…

— Ты о ком? — удивленно вскинув брови, спросила я.

— Ты знаешь, о ком я, — лукаво подмигнул мне на прощание Тед и вышел, закрыв за собой дверь.

Близился Новый год. На улице уже закрепил свои права снег, все стало безжизненным и угрюмым.

Одним таким серым утром Эмма, которая категорически отказалась покидать пост управляющей, несмотря на то, что вышла замуж за Теодора, принесла мне почту и среди платежных документов и приглашений на бал, я нашла небольшой конверт, который был жутко потрепан.

— От кого это письмо? — спросила я у Эммы, невольно вспоминая мои прошлые отношения с письмами.

— Не знаю, миледи, — пожала она плечами. — Я его случайно нашла под почтовым ящиком. Видимо, выпало, когда я в прошлый раз забирала почту и пролежало в снегу.

— Ну, давай посмотрим, что там, — сказала я, аккуратно открывая конверт.

На промокшей бумаге все еще виднелись буквы:

'Я буду рад, если ты согласишься со мной пообедать.

А. Д.'

— Это письмо от лорда Аластора? — спросила Эмма с озорным огоньком в глазах.

— Скорее всего, — ответила я.

— Вы поедете? — задала новый вопрос управляющая.

— Не знаю, — неопределенно ответила я. — Стоит?

— Это только вам решать, — вновь пожала плечами Эмма и направилась к выходу из кабинета.

— Прикажи подать мне экипаж, — сказала я ей вслед.

Я понимала, что это письмо было написано не сегодня и возможно Аластор не ждал меня на обед, но почему-то меня тянуло туда. Не к нему, в сам дом. И сейчас я просто нашла повод.

Поместье Дракмор встретило меня давящей тишиной. Словно тут и не было людей никогда. Одинокий управляющий Дэвид открыл мне дверь и слегка удивившись, спросил:

— Леди Марианна? Крайне удивлен и очень рад.

— Аластор дома? — сразу перешла к делу я.

— Да, он на заднем дворе, — кивнул Дэйв. — В теплице. Пойдемте, провожу вас.

Я очень удивилась подобному заявлению, но старалась не показывать вида и проследовала за управляющим.

Подойдя к теплице, я поразилась увиденному: внутри все было засажено белыми альстромериями, а посередине стояла небольшая скамья, на которой спиной ко мне сидел Аластор и что-то тихо говорил кому-то или чему-то перед собой.

Подслушивать было нехорошо, но я побоялась нарушить хрупкость момента, поэтому замерла в