Фантастика 2025-166 - Августин Ангелов

откровенно повезло, и это я понял на все сто чуть не сразу после того, как очнулся. Если говорить языком геймеров, именно попадание в это тело можно назвать роялем в кустах, но обо всем по порядку.

Зовут меня теперь Сергей Феоктистович Захаров, я старший лейтенант НКВД, в данный момент я нахожусь недалеко от города Белосток, который в свою очередь расположен в Белоруссии.

Прибыл сюда предыдущий владелец тела, чтобы принять командование над отдельной ротой, предназначенной для охраны железных дорог и особо важных предприятий промышленности.

Фишка в том, что эта самая рота существовала только на бумаге, и её ещё предстояло сформировать. Дело в том, что Сергей — сирота, он воспитывался в семье родного дяди, который находился в немалых чинах и служил в политическом управлении РККА, занимая там нехилую должность. Но этот самый дядя в судьбе Захарова если и принимал участие, то довольно опосредствованное, а вот его сын и двоюродный брат Сергея Иван, который был на четырнадцать лет старше Сергея, что называется, взял его под свое крыло. Собственно из-за того, что этот самый брат служил в ГУГБ НКВД, у Сергея не было других вариантов, кроме как пойти по стопам брата, который для него был непререкаемым авторитетом. Именно поэтому он после окончания школы, естественно, не без помощи брата, стал слушателем курсов при центральной школе ГУГБ НКВД, после окончания которых некоторое время служил как раз на пресловутой Лубянке.

Понятно, что карьера под крылом брата, который к этому моменту уже находился в звании старшего майора НКВД, шла в гору стремительными темпами, и к двадцати четырём годам Сергей, успев закончить ещё несколько дополнительных курсов, получил звание старшего лейтенанта. Сюда, в Белосток, он прибыл именно из-за карьерного роста и ненадолго. Брат организовал этот перевод и смог обеспечить все возможное для успеха задуманного мероприятия.

Для этого он ни много ни мало, а сумел продавить создание отдельной роты охраны, которая должна стать образцово-показательной, и организовать назначение командиром этого подразделения Сергея. Более того, он обеспечил брата такими документами, что у Сергея в принципе не должно было возникнуть проблем с формированием роты.

Что говорить, если Сергей, вернее теперь уже я, мог забрать в состав своего подразделения чуть не любого человека, проходящего службу в РККА. Понятно, что это касалось рядового и сержантского состава армии, но и это было немало. А если учитывать, что будущих подчинённых командиров мне следовало выбирать из состава погранвойск, то затеянное дело было обречено на успех. Но и это ещё не все.

Сергей, вернее я, мог комплектовать штаты своего подразделения, исходя из своих соображений и «согласно текущей обстановке», что открывало нереальные возможности. А учитывая тот факт, что подразделение будет вооружаться со складов мобрезерва по необходимости, исходя из той же «текущей обстановки», эти возможности можно назвать и совсем уж запредельными.

Я, честно сказать, когда в полной мере осознал сложившийся расклад, слегка потерялся и невольно подумал: «Это что же я тут замутить могу? Страшно подумать».

Конечно, едва я все это понял, у меня тут же возникла куча идей, как можно распорядиться этими возможностями наилучшим образом. Дошло до того, что я на полном серьёзе начал думать, что в составе роты не помешало бы иметь хотя бы танковый батальон, состоящий из каких-нибудь КВ (шутка, конечно, но…).

В общем, я какое-то время реально пребывал в эйфории и даже предвкушении от открывшихся возможностей. Да и как иначе, мало кто из моего поколения остался бы невозмутимым, получи он шанс поучаствовать в Великой Отечественной войне на своих условиях. Понятно, что в роли всего лишь командира роты говорить о значимых совершениях не приходилось, но даже так попить крови с немцев при толике удачи можно немало, тем более, что кое-какой опыт у меня имеется.

В целом, если говорить откровенно, я был безумно рад подобному перерождению, даже не смотря на то, что я понимал, впереди меня ждет действительно страшная война, выжить в которой будет непросто, даже имея за плечами опыт Афгана. Что скрывать, меня в прямом смысле накрыла эйфория. Мало того, что я был снова молодой, так ещё и стартовые условия выпали запредельные.

Но длилось это моё состояние недолго. Дело в том, что в принципе память предыдущего владельца тела я получил сразу, целиком, но вот осознание и переваривание информации проходило подобно накатывающим волнам, постепенно. Из-за этого провалялся я на нарах несколько часов и понял, что не все коту масленица, не так просты дела с доставшимся мне наследством.

Сергей, как и его брат ни много ни мало, а по-настоящему оголтелые карьеристы, которые не стесняются идти к заветной цели в буквальном смысле по головам и не гнушаются никаких, даже самых подлых методов. Правда, сейчас, да наверное, и всегда в спецслужбах творилась настоящая дичь. Противостояние различных группировок, течений и перетягивание одеяла разных отделов между собой на запредельном уровне. Интриги плетутся похлеще мадридского двора.

В общем, не все просто и ладно в этой организации, поэтому предлставленными мне возможностями придётся пользоваться с оглядкой. Стоит чуть потерять берега, и все может закончиться печально, найдутся доброжелатели, готовые утопить конкурента. Понятно, что так просто меня не прихватить, всё-таки крыша серьёзная, но и вести себя мне придётся осторожно, не переступая границы дозволенного.

Дождавшись полного усвоения информации, я с трудом заставил себя заняться делами. Просто накатило. Появилась непонятная тоска по прошлому, нахлынули мысли о семье, да и в целом настроение скатилась ниже плинтуса, и сонливость какая-то появилось. По ходу психика пошла в разнос, поэтому я с трудом, но заставил себя встать и взяться за работу. Известно же, что работа и труд все перетрут, вот я и рассудил, что у меня будет ещё время на переживания и страдания. Сейчас же работать надо — и при этом постараться не наделать глупостей.

В первую очередь, понятно, я занялся пленниками. Не сказать, что я мастер в проведении полевых опросов, но кое-какой опыт имею, больше теоретический. Приходилось в том же Афгане несколько раз видеть, как это делали упомянутые ранее спецы, работали ведь с ними в связке не раз и не два, вот сейчас и применил на практике то, что когда-то наблюдал.

Тогда, помнится, капитан Васильчиков объяснял, что нужно в первую очередь лишить допрашиваемого равновесия. Говоря проще, нужно заставить его поверить, что проще рассказать все начистоту и по-быстрому умереть, чем мучиться целую вечность.

Поэтому, по примеру капитана, я не стал сразу задавать какие-либо вопросы. Вместо этого я одному