Ведьмина практика. Ведьмин экзамен - Саша Арсланова

– Хорошо, приду завтра, – улыбнулся Микола. – Но лучше бы вы мне сразу мазь на три дня дали, чтоб не ходить.

Я прикрыла веки и посчитала про себя до десяти. Если бы Василиса со злости не сожрала большую часть нарисованной магом карты, которую я по рассеянности оставила в кармане, если бы мы взяли с собой больше денег, если бы сила Лихо не поглощала все поисковые заклинания так, что даже Айвен не мог нас найти… если бы, если бы, если бы…

– Два медяка. – Я устало протянула Миколе баночку с мазью. – И можете мазать сами.

– Не, – нахмурился он. – Если дешевле сюда ходить, то я приду. Чего не прийти? Мне ж не сложно!

– Два медяка, – повторила я, оскалившись. – И три медяка, если ходить ко мне будете.

– Да что ж это, госпожа ведунья, делается-то? – запричитал Микола, – Собака ж Димитро, пущай он тогда и платит!

– Так! – Я уперла руки в бока. – С Димитро своим сам договаривайся, а мне оплату сейчас!

Микола крякнул, недовольно посмотрел на меня и поднялся.

– У меня только одна монетка. – Он полез в карман. А потом осторожно меня обошел и положил медяк на стол. – Вот, а еще…

Микола выглянул за дверь, достал грязную лопату с поломанным черенком и радостно протянул ее мне.

– Она так-то больше стоит, – сообщил он. – Медяков пять, не меньше. Так что, может, вы мне сдачу, а?

– Микола… – прошипела я.

– Ладно-ладно, забирайте! – Он выставил руки перед собой, пятясь к выходу.

– Нужна мне твоя…

– Только это, – стоя на пороге, вспомнил он, – лопата не совсем моя, я ее у Димитро позаимствовал. Но вы никому…

И выскочил за дверь, даже не хромая. Я проводила его тоскливым взглядом. Посмотрела на лопату и отставила в сторону, решив вечером отдать хозяину.

– Успешно? – спросила Васька, когда я, вернувшись, села за стол и уронила голову на руки.

– Угу.

– Ну и молодец. – Она спрыгнула со стола и поползла к печке. – Я тут тебе и завтрак приготовила, пока ты дрыхла.

– Спасибо, – ответила я, не поднимая головы.

– Ты, часом, не траванулась своим вчерашним зельем? – прищурилась жаба, с пыхтением вытаскивая тяжелую сковородку. – Так бахнуло, что на другом конце деревни слышно было!

– Да? – подняла я на нее глаза, вставая. – Жаль, сил ведьминых нет, так бы и в соседних окна повыбило…

– И без сил справляемся, – отмахнулась Вася. – Главное, твоим клиентам все нравится. Вон вчера Милолика забегала, оставила нам свежего молока и сметанки, а я блинчиков нажарила.

– Лихо ничего не говорил? Мы с ним и не увиделись вчера, – поинтересовалась я, помогая жабе дотащить сковородку с блинами до стола.

– Говорит, почти…

– Он так каждый раз говорит.

Пригорюнившись, я сняла верхний блин и макнула его в густую сметану.

– Когда-нибудь найдет, он упорный, – рассудительно отозвалась жаба.

– Завтра с ним пойдем, – решила я, отставляя холодный чай. – Хватит, насиделась я в этой глуши. Не получится чудь белоглазую найти – надо самим дорогу искать. Уж сколько можно!

– А мне нравится. – Вася перекинула полотенце через лапку. – Тепло, сытно… блинчики у меня опять же отлично получаются. Да и что мы в этом Ковене забыли?

– Силу мою? – с ехидной улыбкой напомнила я.

– Так и без силы вон живешь, не тужишь, – возразила она. – Лечишь тут потихоньку. Не этого ли хотела? Для ведуньи и знахарки не надо дипломов маговских получать. А потом, глядишь, и за Лихо замуж пойдешь, деток народите мне, нянчить буду…

– Смешно, – невесело хмыкнула я.

– Ага, – квакнула Васька и рассмеялась. – Чего закуксилась? Записала рецепт зелья вчерашнего?

– А то, – довольно кивнула я. – Главное, сразу не смешивать. Понесем отдельно, а если надо будет, то и… хорошо взрывается!

– Во-о-от, не зря столько старалась!

– Корвус где? Так и сидит на чердаке? – вспомнила я. – Он уже несколько дней не показывается.

– Да, – ответила жаба. – Что-то он тоже захандрил: вчера поднималась к нему, так даже убить не грозился.

– Ничего, – я вытерла масляные руки о передник, – отправим его обратно, заживет лучше прежнего.

– Что-то я не уверена, что он хочет, – подумав, сообщила жаба.

– Мне какое дело? – Я махнула рукой. – Избавиться бы от него побыстрее, а там пусть что хочет, то и творит. Сможет остаться – пусть остается. Магам на опыты.

– Поговорила бы с ним.

– Зачем? Чтобы снова послушать, что там ему ведьмы должны или кого убить?

– Да он теперь не только про ведьм… – начала Васька, опустив глаза.

– Подожди, – насторожилась я, – хочешь сказать, что ты с ним общаешься?

– Ну надо было с кем-то, когда вы с Лихо на меня обиделись, – вздохнула жаба. – Признаюсь: была не права, но когда ты меня голоса лишила, очень уж разозлилась…

– Но карту-то жрать зачем было?

Я поднялась и поставила чайник на печку.

– Я чуть-чуть хотела, – принялась оправдываться она. – Кто же знал, что там вход в подземелья чудей сразу с краешка нарисован?

– Да уж, удружила ты нам.

Вернувшись за стол, я снова пригорюнилась. Васька вздохнула и подвинула сковородку с блинами поближе ко мне.

– Чего делать будешь? – спросила она, когда с завтраком было покончено и я сидела, задумчиво уставившись в окно.

– На ярмарку схожу, послушаю, что в мире делается.

– Думаешь, если твоя бабка Айвена пришибла…

– Да уж должны новости дойти! – хмыкнула я, поднимаясь и потягиваясь. – Заодно продукты куплю, я ведь не шутила по поводу завтра.

– Опять по лесам шкандыбать? – погрустнела Василиса.

– Добро бы еще своими ногами ходила! – возмутилась я, хватая корзинку. – Должна зайти госпожа Белава за зельем, я на столе оставила.

Жаба важно кивнула.

– И… – я повернулась, нахмурив лоб, – если Лихо появится, пусть дома сидит, меня ждет.

– Этого уж обещать не могу, – развела она лапками, – но передам.

Покинув лавку, я повесила табличку, что скоро вернусь, посмотрела на темное чердачное окно и передернула плечами. Все равно следом пойдет, привязаны мы с Корвусом друг к другу теперь, как ягодки на одной ветке, никуда от него не деться. Но с тех пор, как из столицы выбрались, мы и словом почти не перемолвились. Демон, услышав сначала нашу с бабушкой беседу, а затем и Айвеновы дополнения, сначала стал чрезвычайно задумчив, а потом гневаться изволил. Да так, что пришлось применять силу в виде очень обидевшейся и молчаливой, но все так же больно кусающейся жабы.

Я вышла на деревенскую улицу и поудобнее перевесила корзинку. Оглянувшись, тяжело вздохнула. Корвус плелся за мной на расстоянии двадцати шагов, не приближаясь. Интересно, мои прапрабабки тоже со своими везде ходили? Я хихикнула. А ведь не все с