Школьные Воины - Сергей Булл

Да и главный жизненный принцип доктора Лима звучал так: меньше знаешь — крепче спишь.

Правда, доктор залез на компьютере в больничную программу и быстро открыл анализы.

— Дела у него неплохо, правда, в физическом плане, анализы превосходны, внешне здоров, все показатели в норме, — начал отсчитываться Лим, выкладывая все подробности без утайки, лишь бы этот разговор поскорее закончился.

— Только есть какое-то но? — спросил собеседник.

— М-да. Мы с этим ничего не смогли сделать. Кажется, у него полная амнезия личности. Не знаю, что с ним там делали, где он гулял и откуда падал, но забыл он почти всё. Так, в основном общие знания имеются о мире, но личность, похоже, ему придётся писать её с нуля.

— Тогда понаблюдайте за ним. Хотелось бы понимать, как продвигается его восстановление памяти и насколько у него сильная амнезия?

— Д-да. К-конечно. Хорошо, всё сделаю, — проговорил Лим.

— Отлично. Просто наблюдайте. Я с вами свяжусь, позже.

На этом звонок оборвался. А Лим вздохнул. Горько вздохнул.

Тогда в первый раз этот чёрный телефон стал его чудом. Спасением. Ему просто хватило позвонить. Выполнить некоторые инструкции на месте и спокойно уехать домой за примирительным сексом к супруге.

Не сразу, конечно.

Сначала был ресторан. Потом ещё поездка на катере по реке Ханганг. И уже там в каюте бурная любовная ночь. Для него тот день был словно во сне. Ведь всё это время голову не покидали мысли о произошедшем, при этом приходилось ублажать супругу во всех смыслах.

А чудо действительно случилось.

Он не уехал в тюрьму, а продолжил свою обычную богатую жизнь. Прошло время. Но словно почувствовав безнаказанность, Лим ещё несколько раз, встревал в разные непредвиденные ситуации, которые даже не могли решить его постоянные влиятельные пациенты политики или бизнесмены, но спокойно решал чёрный телефон.

Ещё раз. Два. Три. В общем, уже четыре было. И количество только продолжало расти.

Доктор был опьянён этим чувством, словно нашёл лампу джина с бесконечным количеством желаний. Пусть и весьма специфичных. Денег там не давали. Хотя он пробовал.

И всё это время телефон никогда не звонил сам, ведь в основном он всегда был выключен. Одним днём, когда он просто решил его подзарядить в кабинете и включил его, раздался первый встречный звонок.

Лим, аж вздрогнул от неожиданности.

— Алло… — почему-то испуганно проговорил доктор.

Быстро приходило липкое и пугающее осознание, что его ждёт не самая приятная часть этих отношений — расплата. Вот только, что потребуется в качестве оплаты? Как он уже понял, деньги в этих отношениях не сильно котируются. Поэтому внезапный звонок вызывал ещё больше ужаса. Неужели ему… что ему придётся делать?

— Здравствуйте, доктор Лим… как у вас дела? Я знаю, что ваши дела в последнее время идут крайне хорошо. Даже очень. Правда, без нашего неоднократного вмешательства вряд ли бы вы сейчас могли заниматься медицинской практикой, — хоть голос и оставался спокойным, он звучал пугающе.

— М-м. Вы что-то хотели?

— Не зря вас доктором называют. Всё-таки вы весьма неплохо справляетесь с размышлениями. Да, пора уже наши односторонние отношения переводить на новый уровень. Взаимовыгодный. С вашей стороны придётся многое навёрстывать, доктор Лим.

— Но я… я

В трубке раздался его же голос.

— Помогите! Прошу! Мне сказали звонить по этому телефону в случае непредвиденной ситуации! Она случилась. Девчонка. Это молодая шлюшка мертва! Умоляю! Спасите меня! Я не хотел! Это всё был алкоголь! А, она… — в трубке раздались рыдания, потом всхлипывающий голос, его голос, продолжил: — Это она во всём виновата! Сама просила жёстче!

С тех пор он стал рабом чёрного телефона. Он всё чаще выполнял какие-то поручения, даже особо не понимая смысла своих действий. Но у него особо-то и выбора не было. Помимо голосовых записей, были и видеозаписи, а ещё куча улик на него.

* * *

Утро меня встретило ранним разговором на кухне. Мама с Со Ён непринуждённо болтали за готовкой. Сестра, каким-то чудом воскресла, да ещё так рано и выглядела подозрительно бодро.

— А ты опять спишь? — хмыкнула она, заметив моё пробуждение.

— Растущий организм, — улыбнулся я, потягиваясь на диване.

— Подрасти ещё немного пока мы закончиваем.

Но валяться долго я не собирался. Моя вчерашняя внезапная активность значительно прибавила ответственности. Так что я встал и отправился в ванну. Умылся. Сполоснул рот. Зубы почищу после еды. После взглянул в кухонную зону. Готовка ещё продолжалась, так что у меня было время размяться. Вышел на задний двор.

* * *

— А куда это твой брат пошёл? — удивлённо посмотрела Ын Джон, в сторону исчезнувшего на улице Хва Джина.

— Даже не знаю, — Со Ён обеспокоенно подошла к окнам, ведущим на задний двор. — Ого.

Она неожиданно увидела своего брата топлес. Он прыгал на месте и крутил руками.

— Что он там делает?

— Разминку, — Со Ён отвернулась.

Брат и правда вырос. Он уже не выглядел как мальчишка, а постепенно превращался в полноценного мужчину.

— Разминку? — переспросила Ын Джон. — Он что опять за спорт решил взяться?

— Кто знает, — Со Ён вернулась помогать матери. — Он сильно изменился. Я его помню совсем другим.

— Да? — мама расставляла пиалы под рис и суп. — Я как-то… не знаю даже. Наверное, Хва Джин и правда изменился. Только я…

— Мам, да скажи уже. Что ты там вымучиваешь, — всплеснула руками Со Ён, она начала переставлять тарелочки с закусками, окружая ими жареную рыбу в центре стола.

— Просто, — вздохнула Ын Джон. — Мы практически не общались в последнее время. Сама понимаешь. Наверное, я поэтому толком и не понимаю, изменился он или нет. Ну, точно, больше на контакт со мной идёт, а раньше мы почти не разговаривали.

— Ой. Всё я прекрасно понимаю. Твой ресторанчик. И вот это всё, — она обвела руками. — Знаю я. Но не одобряю. Ты мне-то толком времени не уделяла, я, между прочим, твой первый ребёнок. А Хва Джином ты, видимо, вообще решила не заниматься.

— Со Ён! Я же стараюсь! И всё делаю ради вас. Не говори так!

Дочка молчала. Она ощутила, что начинает заводиться, и вовремя остановилась. Пока не было поздно и они опять не перешли на личности. Мама бесспорно старалась, но по-своему, что Со Ён не очень понимала и принимала. Поэтому они и ссорились. А ресторанчик её особенно сильно злил. Ын Джон слишком много времени посвящала этому месту. И это негативно сказывалось на её