Источник - Галина Дмитриевна Гончарова

А уши!

Элина скармливала котам лакомства и млела. Даже если не трогать ментальную магию, коты были очаровательны. Котенок, размером с оцелота, уморительно терся об ноги, едва не сбивая на землю, потом вообще сел на задние окорочка и умильно сложил передние.

Угостите котиньку!

С Лисси пожелал пообщаться один из котов. Здоровущий, мощный зверь подошел, ткнулся головой в ладонь, потом посмотрел глаза в глаза, мявкнул коротко… тут даже человек догадается, что коту надо пообщаться. Пришлось снимать амулет и внимательно слушать.

И кот принялся показывать то, что происходило рядом с ним.

Люди.

Чужие…

Копаются в шахте, ищут… Им нельзя дать найти, а они слишком близко, недопустимо близко…

Ларисия прислушивалась к котику, думала.

– Много их?

М-да, слишком много. Несколько десятков. Это если только Дамиан разберется…

Объяснить котику концепцию старшего по стае, который вернется через несколько дней, отправит солдат – и плохих людей уберут, было несложно. Кот шевельнул хвостом.

Да, старший… у них такого нет, коты вообще индивидуалисты, но люди менее совершенны. У людей, как у собак, стая, иерархия, прочие глупости… кот подождет, но ведь недолго?

Нет, недолго. Дня три-четыре.

Этого хватит, но лучше не задерживаться.

Чужие люди ищут уверенно и могут найти. А тогда будет плохо, всем, очень плохо…

* * *

Кто знает все, всегда, кто может разнюхать что угодно? И кого просто не слушают, потому что – взрослые?

Конечно, детей!

Что может придумать эта малышня? Они же дети, бестолковые, они поумнеть должны, а пока им все бы игрушки да погремушки…

Да? Или нет?

Вот Реми Свелен отлично знал, к примеру, что его отец гуляет. Жалел он только об одном, что маловат пока, тринадцать лет – это даже не пятнадцать. А то бы точно папаше морду набил, чтобы маму не обижал! Сам бы прибил урода, чтобы мать не плакала!

Яник?

В том-то и дело, что Яник не мог! Они с Реми тогда на рыбалку удрали… только полицейскому об этом поди расскажи, он же кретин! Ты зря убийцу прикрываешь, вот и весь ответ!

Пудель плюшевый! Обрить бы тебя под лягушку и квакать заставить!

Реми медленно дозревал до поджога участка, когда его внимание привлек тихий свист.

– Реми! Псс-с-ст!

Мальчишка оглянулся.

– Яник!!!

Узнать элегантно одетого и ухоженного рента Циммермана вот в этом, потрепанном и обшарпанном, бродяге было просто нереально. Но это точно был он.

Кивнул на угол здания, медленно завернул за него, Реми выждал пару минут и последовал за другом.

– Яник!

– Реми, как у вас дела? Как мама? Ты веришь, что я не убивал?

Реми тряхнул головой.

– Яник, да конечно, это не ты! Мама плачет, мне кажется, она за тебя переживает. Ходила в полицию, но ее оттуда выставили, такой, пуделячий полицейский.

– Слифт.

– Во-во. Слизень.

Яник кивнул.

– Скотина он, конечно. Реми, ты понимаешь, пока они не найдут убийцу, я так и буду прятаться?

– Понимаю. И хотел бы помочь.

Яник кивнул.

– Я затем и пришел. На вас, мальчишек, никогда не обращают внимания. А между тем… можешь мне организовать десятка два парней победнее, чтобы бегали, куда скажу, и делали, что мне надо?

– Могу, конечно.

– Деньги есть, я им бега оплачу.

– Тем более. Я и сам…

– Ты будешь собирать информацию и передавать мне. А я тебе скажу, что нужно.

Реми кивнул.

– Я помогу, конечно. С чего начинаем?

Яник достал карту города.

– Вот смотри. Я узнал кое-что о твоем отце, он снимал тут склад. И кое-что покупал…

– Зачем?

– А вот это мне и нужно узнать. Каждое преступление оставляет свой след. Денежный. И если вы мне поможете, все будет намного быстрее…

– К вечеру организую ребят. Ты сюда придешь?

– Да.

* * *

Ларисия сидела за столом.

Сидела, сосредоточенно размышляла. Потом приоткрыла дверь кабинета, чтобы проветрить. Элисон точно знала, когда сестричка так делает. И тут же просочилась внутрь.

– Лись?

Ларисия подняла голову. Глаза у нее были усталыми.

– Аля, ты можешь мне помочь?

– Могу, конечно. Только не знаю, в чем. Дамиан метнулся в столицу, сказал, что будет поднимать архивы…

Ларисия замотала головой.

– Нет. Аль, мне кажется, ответ надо искать здесь. В Левенсберге!

– Ты думаешь?

– Аля, Леон Штромберг был не дурнее нас. Ты заметь, просочились крохи информации. Мы не знаем, откуда все дошло к довернцам, но заметь – сто лет! Сто лет безопасности!

– Все равно маловато! Мог бы и все уничтожить!

Лисси развела руками.

– Все не предусмотришь. Это сейчас, когда мы начали копать, мы узнали о таких мелочах. А довернцы же до сих пор ищут, коты сказали!

– Ну, примерное место они знают…

Лиси качнула головой.

– Примерное место… вот смотри, они определили старый рудник, они вскрыли заброшенную штольню, они проникли туда, и сейчас исследуют пещеры. Они даже план старых шахт стащили… есть ли в этом смысл?

– Не поняла?

– Аля, я пытаюсь думать как Леон Штромберг. Смотри, вот он попал к источнику, он получил то, что ценнее любого золота, – силу и здоровье. И был благодарен, безусловно. Но потом…

– Потом?

– Погибли две его жены, его ребенок… что он должен был делать?

Аля широко раскрыла глаза.

– Лись… ты гений! Сделать так, чтобы никто больше не погиб?!

– Вряд ли он смог бы уничтожить источник. Но, безусловно, закрыть к нему доступ? А может, и уничтожить пробовал, но это вряд ли.

– То есть…

– Одно обрушенное ответвление, которое вряд ли и на картах-то числится.

– И довернцы могут до скончания века тыкаться в стены?

– Они упорные и неглупые. Если бы этот кусок земли принадлежал им, они бы там все раскопали. Но рудники леония, даже старые, принадлежат нашему государству. А этот вообще собственность семьи Штромбергов. Не просто же так?

– Ну… леония там нет…

– Правильно. Просто земля. Просто кусок земли, на котором ничего не делается, потому что так просил Леон.

– Он… боялся что-то нарушить?

– В точку! Боялся, не хотел, старался изолировать… сейчас это просто охотничьи угодья! В которых прекрасно себя чувствуют и люди, и животные…

– И ведь не начнешь там серьезных-то работ! Он умничка!

– Безусловно! Он многое предусмотрел. Кроме предательства в своей же семье… но это дело такое, никогда верить не хочется.

Аля погладила сестру по руке. А то она не знает, о ком сейчас думает Лисёна! Чтоб ты провалился, паразит! В выгребную яму!

– У нас своя семья. И в ней предателей не будет!

– Верю. Но сейчас разговор не о нас, о Леоне. Как