"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

чтобы отбить желание сопротивляться. Вырубать нежелательно, но вот отправить в нокдаун, поломать руку или пробить в печень, можно. Только хватаем его не сразу. Дадим сделать пару шагов, дверь прикроем, чтобы никакой суеты снаружи видно не было. Вопросы, предложения есть?

— Есть. Один. Чтобы его так прихватить, нужно, чтобы я был сзади. А если он что-то заподозрит и попробует либо пройти вперед, либо идти сзади всех?

— Не должен. Впереди он вряд ли пойдет, где шеф сидит, не знает, дорогу нужно показывать. Если вдруг начнёт плестись сзади, тоже вариант решаемый. Заходим первыми, а когда он закрывает дверь, берем его, по этому варианту. Я пробиваю в солнышко, ты хватаешь за плечи и руки. Можешь, схватиться за ворот и мастерку сдернуть немного вниз, чтобы клешнями дергать было трудно. Действуешь в зависимости от положения, можешь рвануть его на себя, прыгнуть за спину, в общем, делай что хочешь, но руки прихвати. Ещё вопросы остались?

— А если на помощь позовёт? Тощий за столом остался, а бородатый в машине. И выглядит зверюгой настоящим. Валить придётся.

— После удара в солнышко, Лысый будет добрый десяток секунд отходить, орать не сможет. А там я ему уже ствол к голове приставлю. Но ты ладонью рот на всякий случай закрой. Ещё вопросы остались?

— Никак нет, — усмехнулся афганец. — Всё понял. Сделаю.

— Тогда идём. С богом.

— С богом.

Абрек лениво развалился на сиденье рядом с водителем и дремал. Крепыш отсутствующим взглядом смотрел куда-то вдаль и думал о своём. Даже на нас не отреагировал сразу, повернул голову только тогда, когда убедился, что мы направляемся к ним.

Я подошёл к передней дверке, и постучал пальцем по стеклу. Бородатый встрепенулся, открыл окно и спросил с жутким акцентом:

— Чито, такое?

— Ты Абрек? — я с интересом разглядывал его. Действительно, вылитый головорез. Остроконечная бородка лихо торчит вперед, лицо словно высеченное из камня, мощная челюсть и надменно выдвинутый подбородок, в карих глазах плавают искры веселого безумия. Чувствуется, Абреку человека зарезать так же легко, как колхознику сигарету выкурить.

— Я, — подтвердил джигит — И чито?

— Тенгиз хочет с Лысым переговорить. А тебе велел в машине оставаться и ждать.

Крепыш нервно дернулся. На мгновение и чуть заметно, но движение я уловил.

— Зачэм? — поинтересовался бородатый.

— Хочет ему поручение дать, — равнодушно бросил я. — Слышал краем уха, что за деньгами отправить.

Лысый еле заметно выдохнул и немного расслабился.

— Харашо, — кивнул Абрек. — Лисий, ты слышал? Иды давай, Тенгиз ждет.

Дверца щелкнула и распахнулась. Крепыш в «адидасе» выпрыгнул наружу.

— А вы кто такие, пацаны? — спросил он. — Погоняла есть?

— Есть, — я дружелюбно улыбнулся отморозку. — Моё — Елизар, его, — кивнул на Дениса — Самурай.

Афганец довольно ухмыльнулся. Похоже, кличка, которую я придумал «на ходу», ему понравилась.

— Чьих будете? — продолжал «пробивать» Лысый, шагая рядом со мной. Денис, как и было договорено, чуть отстал.

— Мы сами по себе, но авторитетных бродяг знаем, — многозначительно ответил я.

— Одни на льдине, — презрительно ухмыльнулся крепыш. — Челюскинцы[19], что ли? Такие в зоне не выживают.

— Ну почему, — рассудительно заметил я. — Беспредел не чиним, общество уважаем. Людей поддерживаем. Нас многие знают, и мы тоже многих. Я с Дато Ташкентским чалился, Цирулем, Таро и другими ворами. Они могут за меня слово молвить.

— И что вы здесь тогда делаете? — поинтересовался Лысый. Услышав имена авторитетов, он немного сбавил тон.

— Авторитетные люди попросили присмотреть, чтобы тут всё ништяк было.

Я дернул на себя деревянную дверь и зашел, придержав её ладонью. За мной двинулся Лысый. Денис за его спиной чуть притормозил, давая бандиту возможность пройти в дом.

— Куда идти? — поинтересовался он.

— Прямо, — я указал на коридор. — Потом покажу куда.

Зашедший следом за бандитом афганец аккуратно закрыл за собой дверь. Можно начинать.

Я стоял впереди, полуобернувшись боком к Лысому, и когда он двинулся ко мне, резко прыгнул навстречу. Костяшки кулака влепились в солнечное сплетение на выдохе. Пресс у бандита даже в расслабленном состоянии был мощным, но поставленного удара в живот он не ожидал и отступил назад, округлив глаза и машинально хватая открытым ртом воздух. Налетевший сзади афганец, резко схватил начавшего скручиваться отморозка за руки и отвел назад. Я рывком расстегнул змейку спортивного костюма, вытащил из-за пояса «ПМ», чуть оттянул ствол и успокоился, увидев желтый цилиндрик гильзы. Щелкнул флажком предохранителя, и приставил ствол к голове, мгновенно вспотевшего Лысого.

— Не дергайся, понял?

— Ты чего… творишь? — сумел прошептать Лысый, пытаясь завалиться вперед. Но афганец крепко подхватил его за руки, и удержал в вертикальном положении.

— Сейчас тебе всё объяснят, — пообещал я. Быстро прохлопал бандита по карманам. Опустился и прощупал штаны, выудил из кармана нож-выкидушку, несколько рублевых купюр и горку мелочи. Рассовал добычу по карманам, достал свой ПМ из-за пояса:

— Самурай отпусти его. Он уже чуток оклемался. А ты если вякнешь или дернешься, сразу пулю получишь.

Денис послушно отпустил отморозка, толкнув его вперед, достал «ТТ». Остаток пути прошли в полном молчании. Под дулами трех пистолетов Лысый послушно двигался вперед, периодически кидая на нас злобные взгляды.

Дошли до подвала. Отправили его первым. За ним пошел я. Немного выждав, начал спускаться Денис. Дернуться бандит не решился. Спокойно спустился вниз, сразу же оказавшись рядом с подскочившим к лестнице Тенгизом. Поднял глаза, вгляделся в бешеное лицо шефа, мертвенно побледнел и отшатнулся, прямо на меня.

— Он тебя навел? — прохрипел вор, повернувшись к Зяме.

— Он, — выдохнул седой. — Сказал, бабла на хате много будет, и мы все озолотимся.

— Сука, — покрасневший от злости, Абхазец сделал шаг вперед.

— Тенгиз, подожди, Тенгиз, — зачастил Лысый и поднял ладони. — Я всё разложу по понятиям.

— Разложишь?! — вскипел кавказец, прыгнул вперед и схватил позеленевшего урку за горло. — Падла! Завалю! Ты меня подставил, крыса!

— Тенгиз, не надо! — хрипел Лысый, пытаясь оторвать впившиеся в горло ладони Абхаза.

— Тенгиз, не торопись, — патриарху, до этого момента спокойно наблюдавшего за разборкой, пришлось повысить голос. — Он твой. Можешь делать с ним что хочешь. Но потом, да. Сначала пусть всё расскажет, а мы послушаем.

— Хорошо, — выдавил Абхазец, и с брезгливостью отбросил от себя крепыша. — Говори, почему такую подлянку задумал?

— Тенгиз, на хера сразу душить? — просипел Лысый, потирая шею. — Я вообще-то другое хотел сказать. Эта сука, Зяма, фуфло толкает[20]. Не наводил я никого. Да, я эту гниду давно знаю. В Богадяновском централе парились, в одной хате сидели. И, чего? У меня с этим отморозком никаких дел нет и быть не может, отвечаю. Мыслю так, что его специально на какую-то лажу подписали,