"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

— Он гонит, — взвыл седой и рванулся вперед. Веревка затрещала.

— Базарил, что всё на мази, и мы хачей с баблом теплыми возьмем, как только ты уедешь. И что воздуха там будет немеряно, раз тебе двадцать штук за присутствие отмаксали.

— Подстава это, — заорал Лысый. — Тенгиз, ты меня сколько лет знаешь! Я же всё делал, что ты говорил. И ни разу косяков не порол.

— Тоже, верно, — задумчиво протянул вор. — До сегодняшнего дня я тебе ничего предъявить не мог.

— Это всё можно проверить, — торопливо зачастил седой, под тяжелым взглядом кавказца. — В первый раз, мы с ним неделю назад у Вальки Лисы на шалмане встречались. Она может подтвердить. Туда ещё Дед заезжал по каким-то своим делам. Он тоже нас видел. Второй — в кафе «Весна». Там с Саней-Китайцем ручкались. Он какую-то телку туда привел.

— Что скажешь? — вор подошел к чемоданчику, взял лежащий сверху уже знакомый скальпель с зубчатой кромкой и начал медленно подходить к позеленевшему Лысому. — Я же всё проверю. И Вальку спрошу, и Деда, и Китайца найду.

Крепыш угрюмо молчал. Вор ухватил его за ворот костюма, притянул к себе, и приставил скальпель к шее.

— Будешь говорить, сука? — лицо Тенгиза исказилось в гримасе бешенства.

— Э, а что здесь происходит? — раздался голос Абрека. На верхнюю лестницы вступила нога в легком черном мокасине.

Тенгиз на секунду отвлекся, с недовольным видом глянул на опускающегося вниз подручного.

Дальше всё произошло так быстро, что мы не успели отреагировать. Правая рука Лысого перехватила ладонь со скальпелем, левая с силой ударила по трицепсу, продолжая движение мощным толчком, заставляя вора крутануться волчком вокруг своей оси.

Через мгновение Тенгиз был развернут спиной к Лысому, зажат в тисках мощных лапищ бандита, а блестящее лезвие нацелилось в его горло, оставив кровавую полосу под подбородком.

— Эээ, Лысый, ты чего делаешь? — бородатый потрясенно застыл на половине лестницы. — Отпусти, его, быстро!

— Стволы на пол, — истерично взвизгнул крепыш, — иначе я его зарежу, мамой клянусь! Ключи от машины мне в руки. Сами легли мордами в пол. Даю вам десять секунд, иначе я вскрою чурке горло, и похер, что будет дальше. Время пошло!

— Чурке, горло вскроешь, значит, — процедил Тенгиз. — Ну, сука, тэбе нэ жить!

Кровь тонким ручейком капала из пореза, пятная предплечье Лысого, державшее шею и ворот гавайской рубахи, но самообладания вор не потерял. Только по красным пятнам на лице и ходящим на скулах желвакам, напухшим на смуглой коже, можно было понять — он в бешенстве.

— Заткнись, — рявкнул Лысый, разворачиваясь к стене спиной, так чтобы видеть всех.

Седой бессильно дернул веревки. Он понимал, что в любом случае останется крайним, никто его щадить не будет. А отморозки Зямы, наоборот, оживились. Дуремар даже шаг к нам сделал, но Гурам нехорошо оскалился, взявшись за рукоять пистолета за поясом, а Денис направил на наркомана свой «ТТ» и тот сразу отступил.

— Стволы бросили, — приказал крепыш, — и на пол легли. Быстро!

— Извини, не получится, — пожал плечами я. — Стволы опустим или спрячем, но на пол не положим, и разряжать не будем. А ты можешь уйти, если не тронешь Тенгиза.

В подтверждение своих слов, я засунул ПМ за пояс брюк. Другие последовали моему примеру.

— Я его зарежу, — заорал Лысый.

— Дурак, — презрительно бросил я. — Как только мы положим стволы и ляжем, их сразу же подберут отморозки Зямы. На твоё лезвие и жизнь Тенгиза им насрать. На тебя тоже. Они сразу же шмалять начнут. Положат, и нас, и тебя. Им лишних свидетелей оставлять незачем. Ты этого хочешь?

Лысый озадаченно замолчал, переваривая сказанное. Похоже, он не отличался большим умом, сперва приказывал, потом думал.

— Ключи от машины у кого? — спросил я.

— У мэня, — угрюмо буркнул Абрек.

— Кидай их сюда, — я многозначительно посмотрел на кавказца. Он еле заметно кивнул. Похоже, понял, что я имел в виду.

Ключи не долетели. С лязгом шлепнулись на бетонный пол в полутора метрах от меня. Я сделал шаг вперед, подобрал их и двинулся к Лысому.

Протянул ладонь с ключами:

— Бери и уматывай. Только Тенгиза отпусти.

И тут у Лысого возникла дилемма. Ключи однозначно надо было брать. Но как это сделать, если одна рука обхватила шею вора, отодвигая подбородок вверх и прижимая к себе, а вторая приставила к горлу скальпель? Крепыш пару секунд поколебался и быстро выбросил руку со скальпелем ладонью вперед, пытаясь пальцами цапнуть ключи.

На этом и прогорел. Я резко перехватил запястье, рванул его вниз и в сторону. Мгновенно все понявший Тенгиз, которого начало разворачивать вместе с Лысым, схватился ладонью держащее шею предплечье, сдернул его вниз, пробил локтем под ребра охнувшему отморозку, вывернулся из его объятий и отпрыгнул назад.

Вылетевший из руки скальпель звякнул, подпрыгнув на бетонной поверхности. А я, давя всем весом, заваливал крепыша на пол. Он оказался мощным и ещё знакомым с борьбой. Моментально восстановил равновесие, вывернулся, перекрутился, оказавшись наверху, и облапил меня своими ручищами, пытаясь добраться до пистолета. Абрек гортанно вскрикнул и бросился вперед, но не успел. Денис мощно пробил хук в челюсть крепыша, отпрыгнул, добавил начавшему сползать отморозку стопой в голову, и сдернул на пол уже бессознательное тело. Подскочивший Гурам злобно пнул безвольное тело, но это было уже лишним.

— Фухх, — я поднялся и оттряхнул брюки. — Вот же медведь, чуть не задавил.

— Так видно же по ушам, что борец бывший, — мягко попенял Денис. — Чего же ты к нему в объятья полез? Рванул в сторону, сразу разорвал дистанцию и гаси ногами и руками. А там бы мы подключились, в ногу шмальнули, чтобы не дрыгался. Не нужно было так рисковать.

— Сам знаю, — пристыжено пробурчал я, и отвёл глаза. — Моя ошибка.

Абрек, что-то выкрикивая по-грузински, пинал бесчувственную тушку Лысого. Ещё и небольшой тесак вытащил из ножен, спрятанных под черной джинсовой рубахой навыпуск, и явно намеревался покромсать бывшего напарника на куски.

— Перестань, — приказал Абхаз. — Он мне ещё живым нужен и здоровым. Пока.

Вор так кровожадно улыбнулся, что я внутренне содрогнулся, и невольно пожалел отморозка. Похоже, ему придётся пройти семь кругов ада, перед тем как бренная душа, провалится в Преисподнюю.

— А ты молодец, — пристальный взгляд Абхазца впился в моё лицо. — За мной долг теперь.

— Мы в одной лодке были, — спокойно ответил я. — Нельзя позволять таким тварям, как Лысый, творить беспредел.

— Правильно говоришь, — авторитет неожиданно улыбнулся, достал две пачки сотенных, которые я недавно передал. — Возьми. Это мой человек был, и поэтому косяк за мной. Я эти