Газлайтер - Григорий Володин

Блумб только разводит руками, явно пытаясь найти в этом какой-то скрытый смысл, но, похоже, так и не понимает моей логики. Он бросает на меня полуобескураженный, полувозмущенный взгляд, но ничего не говорит, осознавая, что спорить бесполезно.

Через полчаса наш большой отряд выходит за пределы города. В дополнение к наемникам я взял с собой пятнадцать гвардейцев из филиала, чтобы они следили за порядком и держали этих наемников в узде. Если кто-то из матросов или наемников пытался стащить припасы из седельных сумок на вьючных лошадях, его сразу же ждал слабый разряд из громобоя — несмертельно, но весьма поучительно.

Мы два дня движемся вдоль побережья Андуина. С таким сопровождающим отрядом приходится постоянно держать ухо востро, особенно ночью во время привалов. Пару раз чересчур наглые матросы подходили к нашему костру, пытаясь приставать к Насте. Почему именно к ней, а не к той же Светке, остаётся загадкой. Возможно, дело в том, что блондинка облачена в камуфляж, а Настя щеголяет в топике и шортиках. Может, поэтому? В общем, в назидание остальным наемникам мне приходится приложить уже второго наглеца пси-гранатой, а потом гвардейцы оттаскивают за ноги вырубленного матроса к своим.

Долго так не может продолжаться, и вот на границе света костра появляется главный «Кракен». Огромный мордоворот с лысой головой, на которой сверкает татуировка жёлтого осьминога.

Он сверлит меня взглядом, но я, не удостоив его особым вниманием, спокойно жую мясное рагу из «царского пайка».

— К кому пришёл, Тюлень? — насмешливо бросает Паленый, бросая взгляд в сторону громилы. Видимо, он знает весь Заипис.

— К кому надо, Паленый. Господин Филин, прошу прощения за своих людей, — гулким басом отвечает лысый. — У вас очень красивые жёны, а многие мои «Кракены» недавно вернулись с плавания, месяц женщин не видели.

— Тогда пусть не жалуются, если и в дальнейшем их не увидят, — спокойно отвечаю. — Следующего, кто обнаглеет, кастрирую псионическим резаком.

Настя заливается румянцем, Светка усмехается, а Гереса с Паленым одобрительно кивают.

— Это жестоко, — мрачно комментирует Тюлень. — Но справедливо. Я сдержу своих «морских волков». Они исправятся.

— Так будет лучше всего, — соглашаюсь я, не отрываясь от своего ужина.

— Кстати, господин Филин, спасибо за продовольствие, — задерживается Тюлень, чуть замедлив шаг. — Сколько лет я сопровождал купеческие караваны, но никогда не ел ничего настолько вкусного. Мясо и фрукты — просто потрясающие.

— Кушайте на здоровье, — великодушно разрешаю. — Если не хватит, смело просите добавки.

— Благодарю, — разулыбавшийся Тюлень в порыве чувств даже кланяется.

Затем главный «Кракен» отходит, но не к своим матросам. Он решает углубиться в заросли на добрых пятьсот метров. Длины моего повадка-сканера едва хватает, чтобы прощупать вышедшего ему навстречу собеседника. Хотя расстояние слишком велико, чтобы просканировать все детали, одно становится очевидным: незнакомец — дроу. Особые энергоканалы остроухого выдают его с головой. Что ж, похоже, лорд Бесчлин сумел подослать к нам целую стаю морских крыс, замаскированных под «Кракенов». Значит, впереди нас ждёт коварная ловушка, хе.

— Даня, ты куда? — спрашивает Настя, заметив, как я поднимаюсь.

— Сейчас подойду. Не волнуйся, — говорю я, хлопая пальцем по золотому ободку кольца. — Никто к тебе не подойдёт без моего ведома.

— Точно, — облегченно улыбается оборотница.

С чистой совестью я приказываю гвардейцам добавить больше мандаринов, инжира и ягод в следующие пайки. Эти фрукты не просто безвредны — они суперполезны. На самом деле это концентрат магического антидота, способного нейтрализовать любой яд, включая чернила аномальной каракатицы, которые матросы используют для своих антипсионических наколок. Но в этом случае яд не просто обезвреживается — он приобретает свойство телепатической проводимости.

Уже завтра к вечеру у меня будет… Впрочем, не буду загадывать, что именно будет. Одно точно — Бесчлин по-настоящему удивится.

Глава 8

Лорд Филин

Наше путешествие затянулось еще на день. Я нарочно попросил Майкра Блумба вести нас окольными путями, чтобы мы приблизились к цели только на третьи сутки. За Тюленем, боцманом «Кракенов», я вел более пристальное наблюдение. Он еще пару раз налаживал контакт с дроу в лесу, и, похоже, впереди готовился сюрприз. А значит, придется еще немного поблуждать.

Наемники в это время питались как на курорте. Многих худых и измотанных оборванцев не узнать — они заулыбались и стали выглядеть здоровыми. Фрукты, напитанные маной, творили чудеса: большинство Сборной Стаи выглядело лучше, чем до начала пути.

— Даня, ты прямо благотворитель, — фыркает бывшая Соколова, глядя на улучшения облика завсегдатаев кабаков и прожигателей жизни.

— Да нет, Светка, — усмехаюсь. — Всё это на пользу дела.

— Ты их еще и вооружил, — негодует блондинка.

Это да. Ради боевого усиления отряда я велел выдать всем «Кракенам» защитные зеркала. Матросы порадовались, а Тюлень с двусмысленной усмешкой пообещал, что моя щедрость воздастся мне сторицей. Я тоже благодушно улыбнулся и ответил, что не сомневаюсь.

— Всё во благо рода, Светлана Дмитриевна, — отвечаю волнующейся жене. — Разве когда-то я делал иначе?

— Да нет…

— Ну так, выше нос, графиня. Возьми нештатную мандаринку из запаса, тебе можно, и порадуйся летнему солнечному деньку.

Светка прищуривается, подозрительно взглянув на меня, но мандаринку всё же берет.

Однако ближе к полудню третьего дня наш «турпоход» начал приближаться к развязке. Мы шли по вытоптанной дороге, солнце ярко светило, и ничто не предвещало беды. Но внезапно, за границами леса, вокруг отряда начало формироваться кольцо врагов, которое медленно, но неумолимо стало сжиматься. Бесчлин даже не стал прибегать к внезапной атаке — настолько лорд-дроу был уверен в своей победе.

Я немедленно объявил боевую готовность. Все тут же всполошились, наемники схватились за оружие, устремляя тревожные взгляды в сторону леса. Даже «Кракены» изобразили готовность сражаться на моей стороне. Но я намеренно отвел их позиции в авангард, подальше от основного отряда, чтобы избежать возможных неожиданностей.

Заросли медленно расступаются, и из тени выходят бойцы в тяжелых латах и маги-дроу в магических доспехах. Часть налетчиков сразу перекрывает дорогу. Одаренных среди них немного: около десятка Мастеров, в основном огневиков, и двадцать Воинов. Вся остальная шушера — это примерно сотня физиков, преимущественно ракхасы, и все они увешаны защитными амулетами.

Настя, принявшая облик волчицы, утробно зарычала при виде врагов. Света и Паленый в доспехах встают по обе стороны от меня, пылая, как два