Утопающий во лжи 14 - Лев Жуковский

В руках у неё был деревянный кубок с пряным травяным отваром. Этот настой я смешивал сам, старые привычки, которым не мешает даже божественная сила. Правда, к его насыщенному вкусу она так и не привыкла. Каждый глоток она делала с лёгкой гримасой, но не жаловалась. Так что наслаждался им по-настоящему только я.

Эта тихая, почти нереальная идиллия, редкое затишье среди бесконечной череды убийств, интриг и расчётов, буквально взорвались в тот момент, когда я получил сообщение Тарака.

В тот же миг я исчез из реального слоя пространства, даже не удостоив Себию ни словом. Не потому, что она не заслуживала объяснений, просто время сжалось, как петля, и каждая доля мгновения приобрела вес.

Я переместился на осколок последней воли, меняя тело на ложного аватара. Мне нужно было переварить и обдумать пришедшую новость не в теле смертного, а в оболочке, подчинённой холодному совершенству.

Ментальный голос Тарака прозвучал в сознании чётко, без дрожи. Он умел держать себя в руках, когда чувствовал, что рядом смотрит божество.

«Сотник Таталем Со, по закрытым каналам мне поступила информация, что Старший жрец Тежар сумел склонить префекта, а через него получить дозволение самого Лорда пригласить… — тысячник на миг замялся, подбирая слова, — причём, думаю, Вы понимаете, что от этого приглашения отказаться попросту невозможно. Так вот: Вас приглашают в столицу на завтрашний турнир, посвящённый дню ритуальных подношений в честь Великого Антероса. Как проявившего себя молодого сотника. Вам предстоит выступить в показательных боях, там возможна даже награда».

Не самое информативное сообщение. Слишком ровный тон, слишком аккуратно расставленные акценты. Однако Тарак, кажется, сам почувствовал, что этого недостаточно, что подобная вежливая обёртка только раздражает того, кто умеет читать между строк. Почти мгновенно он исправился, прислав следом ещё одно, более детальное ментальное сообщение:

«Посланник с меткой переноса прибудет через двадцать минут в крепость Когти Зарема, чтобы забрать Вас в столицу для подготовки к ритуальным боям».

Единственное, что я спросил в ответ, было:

«Как долго ещё будет открыт прокол в мир Ссшорс и где сейчас находится сам Тежар?».

«Прокол ещё только разворачивается и будет активен как минимум полчаса, — ответ прозвучал быстро, без задержек. — Что до Старшего жреца… по моим данным, он сейчас в столице и возвращаться не собирается до окончания дня подношений Великому Антеросу. Господин Таталем Со, мне нужно предпринять какие-то меры?» — в голосе тысячника звучало плохо скрываемое беспокойство.

«Пока нет», — максимально нейтрально ответил я, тщательно удерживая раздражение во втором слое сознания, которое не отражается в ментальном общении.

Сказать там, ещё в мире Асшор, тогда по факту хотелось куда больше. Да и не только Тараку, но и самому себе. Но сейчас, уже находясь в темнице последней воли, в этом месте, вырезанном из реальности, я позволил себе думать спокойно. В теле демонического Бога, с уровнем Интеллекта в 250 пунктов, эмоции отступали перед возможностью просчитать будущее до мельчайших деталей. Становилось определённо ясно: ничем хорошим приглашение посетить столицу, да ещё с подачи выродка Тежара, закончиться не может.

Возможно, стоило устранить его превентивно. Разорвать жреца на куски, пока он не успел дотянуться до Лорда, но сожалеть об упущенных возможностях поздно. Резать нужно было раньше.

Не скажу, что немедленно сорваться и действовать максимально жёстко — это был единственный возможный вариант. Далеко не единственный. Действовать столь поспешно мне не хотелось. Попытка отсидеться на территориях нурглов, когда тебя пригласили в столицу, и не просто префект, а сам Лорд, тоже была вариантом. Однако, на мой взгляд, слишком дурным. Подобный отказ и попытка дезертировать в необжитые территории выглядела бы не просто дерзостью, а прямым вызовом.

Вариантов действительно было много. Но были ли они лучше того, что я в итоге выбрал? Большой вопрос. Потому что отсидеться на планете, где располагалась темница последней воли, в течение целого года, а уже потом, периодически проверяя, что происходит в мире Асшор, пытаться украсть свою филактерию… Всё это в итоге могло оказаться значительно сложнее и опаснее, нежели чем действовать немедленно.

Сейчас на моей стороне был эффект неожиданности. Сейчас никто, ни Лорд, ни Тежар, ни префект, ни их шпионы не ожидали, что я решусь на прямой удар. Через время, да. Через годы, возможно. Но не сейчас.

Позже к подобному шагу могли подготовить контрмеры. Могли расставить ловушки, перестроить защиту, ввести новые запреты. Системная миссия могла вовлечь меня в иной мир, с иными правилами. Особенность Яркая душа никуда не делась, Система могла в любой момент подкинуть мне подарок. Или Кашевар, этот странный хуман, всё же сумеет призвать меня в один из не Системных миров. Лишь тогда мои планы на Асшор пришлось бы отложить или пересмотреть.

Вот наверняка только и в самом мире Асшор за это время могло бы измениться слишком многое. Пропажу одного из своих сотников, особенно того, кто слишком быстро набрал влияние, Лорд вряд ли бы стерпел. Разумеется, исчезновение Таталема Со при столь странных обстоятельствах ему бы точно не понравилось.

В общем, шаг был неприятный, но просчитанный десятками сознаний ложного аватара и определённый как оптимальный. Не лучший. В этой игре «лучших» ходов давно не осталось. Только те, что позволяют остаться живым чуть дольше. Вернулся сначала в основное тело, а затем и в мир Асшор.

Раздав все необходимые приказы своим старшим офицерам и не только им, благо мои гвардейцы уже вернулись из ночных вахт и охотничьих рейдов, я наблюдал, как медленно, мучительно медленно, по моим ощущениям, воины складывают свои пожитки. Они собирали трофеи, доспехи, личные мелочи. Всё то, что для них было важным, но отнимало моё время.

Они двигались слишком медленно. В моём нынешнем восприятии каждый их шаг тянулся, как через густой мёд. Было невыносимо смотреть, но вмешиваться прямо не имело смысла, у меня и самого здесь, на осколке, было достаточно дел.

В передовом лагере, куда я вернулся из нашего с Себией горного бивака, уже в родном теле, столько неистовой злости во мне уже не было. Я успел отрезать сознания от эмоций, от тех что мешали думать. Суеты здесь почти не было, офицеры знали, как действовать, когда приказ спускается сверху без объяснения. Молчаливая дисциплина заменяла лишние вопросы.

Я переносил всех готовых к отправке гвардейцев и офицеров в шкатулку Тризиастра. Одного за другим, сотню за сотней… Как зерно, которое собирают в один мешок, чтобы унести из горящего амбара.

Стоило мне перенести более двух тысяч гоблинов в артефактную шкатулку, как