Гарем на шагоходе. Том 13 - Гриша Гремлинов

Главврач, бегающий за ней с планшетом, судорожно кивал.

— Дальше! — Лия ткнула пальцем в соседний бокс. — Глубляк. Ему нужна влажная среда. Заполните ванну для гидротерапии физраствором с добавлением аммиака. Концентрация два процента! Если его жабры пересохнут, он задохнётся во время лечения!

— Аммиак в реанимации⁈ — пискнула старшая медсестра.

— Выполнять! — рявкнула хилварианка. — Для лимаксийца подготовьте ванночку с минеральными солями и абсорбирующими губками. Он слизень, его нельзя класть на простыни, он к ним прилипнет! А для гвока… — Лия задумалась на долю секунды. — Для гвока просто сдвиньте две самые прочные кровати. Он весит как небольшой носорог. Обезболивающее ему не нужно, его слюна — мощный анестетик, главное зашейте раны!

Чип в моей голове не удержался:

ОЦЕНКА СИТУАЦИИ: ВЕРОЯТНОСТЬ ТОГО, ЧТО МЕСТНЫЙ ПЕРСОНАЛ РЕШИЛ, БУДТО УЧАСТВУЕТ В СЪЁМКАХ ФАНТАСТИЧЕСКОГО СЕРИАЛА — 99,9%. РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОПРОСИТЕ ИХ ПОДГОТОВИТЬ ЛОТОК С НАПОЛНИТЕЛЕМ ДЛЯ МЕЙН-КУНА. ЭТО СНИМЕТ НАПРЯЖЕНИЕ.

— Лия, — я подошёл к ней, пока врачи носились по отделению, таская баллоны с физраствором и какие-то странные медикаменты. — У нас ещё два шушундрика. Пип и Поп.

— Для них я подготовила кислородные камеры для новорождённых, — кивнула она. — Они маленькие, баротравма для них наиболее опасна. Волк… — она посмотрела мне в глаза, её взгляд стал мягким и тревожным. — Мы готовы. Но… ты уверен, что сможешь вытащить их?

Я достал из поясной сумки Гиперкуб. Металлический артефакт глифтодов холодил ладонь. Инопланетные символы на его секциях едва заметно пульсировали голубым светом, словно чувствуя моё намерение.

— Бросать друзей в беде не в моих правилах, — ответил я.

ВНИМАНИЕ, КАПИТАН, ХРОНО-СДВИГ В ЭПИЦЕНТР БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ТРЕБУЕТ ЮВЕЛИРНОЙ ТОЧНОСТИ. ЕСЛИ ЭКИПАЖ ВАС УВИДИТ, ЭТО СОЗДАСТ ВРЕМЕННОЙ ПАРАДОКС, КОТОРЫЙ МОЖЕТ СХЛОПНУТЬ НАШУ РЕАЛЬНОСТЬ.

«Я помню», — мысленно ответил я.

В памяти всплыл тот момент. Голос Беркута в динамиках. Его хрип. Падение старого тираннозавра. Момент, когда лазер Горыныча ударил в рубку.

Мои пальцы легли на секции Гиперкуба.

Щёлк. Щёлк. Щёлк.

Воздух вокруг меня уплотнился. Звуки реанимации — писк кардиомониторов, крики врачей, лязг каталок — начали отдаляться, словно я погружался под воду. Последний поворот. Мир мигнул и исчез.

* * *

Жар ударил в лицо так резко, что у меня перехватило дыхание.

Запах был невыносимым. Смесь горелой изоляции, раскалённого добела металла, пролитого дизельного топлива и крови. Я стоял в узком, перекошенном коридоре «Мехатирана». Шагоход-динозавр лежал на боку. Пол стал стеной, а стена полом. Аварийное освещение мигало кроваво-красным, выхватывая из густого, едкого дыма оборванные провода, сыплющие снопами синих искр.

Я материализовался в слепой зоне, прямо у входа в командную рубку.

Тихо, стараясь не наступать на скрипящий пластик обшивки, подобрался к дверному проёму. Дверь была отворена. Похоже, её заклинило.

Внутри царил ад.

Я слышал, как за бортом грохочет битва. Сквозь пробоины в броне пробивался свет от выстрелов и рёв турбин Горыныча.

— Некуда нам идти, Волк, — раздался совсем рядом голос Беркута.

У меня по спине пробежал холодок. Я слышал этот голос по связи. А теперь я стоял в пяти метрах от него в роле зрителя.

Беркут сидел в своём искорёженном капитанском кресле, которое сорвало с креплений и швырнуло на боковую переборку. Его лицо было залито кровью, правая рука неестественно вывернута. Он смотрел прямо перед собой, на чудом уцелевший главный экран, где в клубах пыли возвышался трёхголовый дракон.

Я поднял Гиперкуб. Пальцы легли на секции.

КОМБИНАЦИЯ ТЕМПОРАЛЬНОЙ ЗАМОРОЗКИ, ГОТОВНОСТЬ. ВЫ ДОЛЖНЫ ОСТАНОВИТЬ ВРЕМЯ ЗА СЕКУНДУ ДО ПОПАДАНИЯ ЛАЗЕРА В КОМАНДНЫЙ ОТСЕК «МЕХАТИРАНА».

ЕСЛИ ВЫ ОПОЗДАЕТЕ ХОТЯ БЫ НА ОДНУ ДЕСЯТУЮ ДОЛЮ СЕКУНДЫ, ТО ПОГИБНЕТЕ ВМЕСТЕ С НИМИ. МГНОВЕННАЯ АННИГИЛЯЦИЯ.

ХОТЯ, ЗНАЕТЕ… ВЫ УЖЕ ПОБЕДИЛИ КОЩЕЯ. ВАША СТРАНИЦА В ВИКИПЕДИИ И ТАК БУДЕТ ВЫГЛЯДЕТЬ ЭПИЧНО. ТАК ЧТО СМЕРТЬ СЕЙЧАС — ЭТО ПРОСТО КРАСИВЫЙ УХОД НА ПИКЕ СЛАВЫ.

«Умеешь ты подбодрить», — хмыкнул я.

— Волк, — произнёс Беркут. — Не смей киснуть. Слышишь? Прикончи эту ящерицу. Прямо в задницу ему засунь свой лазер. За меня. За парней.

Я смотрел на него, стиснув зубы. Мои пальцы начали вращать секции куба, следуя чёткому алгоритму, который Чип транслировал мне прямо в зрительный нерв. К счастью, грохот боя заглушил щелчки.

Пасть правой головы Горыныча на экране вспыхнула. Кристалл лазера начал излучать ослепительно белый свет. До выстрела оставались сотые доли секунды.

— ЗА ТЕХ, КТО В ШАГО… — выкрикнул Игнат Беркутов.

Я провернул последнюю секцию.

Щёлк.

Звук исчез. Просто выключился, как по щелчку рубильника. Исчез гул пламени. Исчез треск искр. Исчез хрип Беркута.

Я шагнул в рубку.

Время остановилось. Это не походило на паузу в видеоигре. Воздух стал густым, как кисель. Клубы чёрного дыма застыли причудливыми, неподвижными скульптурами. Искры от проводки повисли в пространстве яркими синими звёздами, не падая и не угасая.

Я посмотрел на главный экран. На луч Горыныча. Смертоносный поток плазмы, способный испарить сталь за микросекунду, замер в воздухе. Он выглядел как массивная, ослепительно белая колонна из матового стекла.

Подошёл к старому другу. Его рот был открыт в последнем яростном крике, глаза широко распахнуты. Капли крови, вылетевшие изо рта при восклицании, висели в воздухе перед его лицом, как рубиновые бусины.

— Я же обещал, старик, — тихо сказал я, хотя он не мог меня слышать. — Мы ещё выпьем.

Нужно торопиться. Чип не предупреждал, сколько продлится эффект темпоральной заморозки, но я чувствовал колоссальное напряжение, исходящее от Гиперкуба. Он тратил заряд с бешеной скоростью, чтобы удерживать эту паузу.

Я огляделся.

Сайлен, арктурианка, висела на ремнях безопасности у своей консоли. Одна из её четырёх рук была сломана и загнута под жутким углом. На её богомолоподобной морде застыл оскал ярости — она только что выпустила НУРСы.

Квул-Мог, штурман-глубляк, лежал без сознания, придавленный рухнувшей потолочной балкой. Его синие щупальца безвольно свисали вниз.

Я убрал балку и подхватил Квул-Мога за плечи. Из-за моей суперсилы он показался не тяжелее мешка с пухом, хотя весил килограммов под сто пятьдесят. Я перетащил его в центр рубки, положив рядом с креслом Беркута. Затем отстегнул ремни Сайлен и аккуратно, стараясь не тревожить сломанную конечность, перенёс её туда же.

В заклинившем кресле сидел ГарРок. Трёхметровый серокожий груллок, абордажник. Его уродливая морда исказилась от свирепости, а из кибернетических наручей уже наполовину выдвинулись электрические