Сказание об Оками 1 - Сева Сотх

на себе испытывать неохота. — “Листочек” от моих слов прямо расцвел. Попался патриот на мою голову. Я-то, в отличие от него, понимаю что меня в деревне Скрытого Листа ничего кардинально нового не ожидает. Ну заменится Воля Земли на Волю Огня. Меня ни та ни другая ни капли не трогает.

Еще через несколько сотен метров нас ждали уже на дорожке. Самураи, конечно. Не те, что с наблюдательного поста, но очень похожие. Почему я решила что не те? У них рукоятки мечей и маски другого цвета. На вышке — красные, тут черные. Имеет ли цвет личины какое-то значение? Принадлежность к подразделению, к примеру? Вот уж не знаю. Рожи демонов на масках тоже отличаются, совсем иначе скалятся, у тех, красных, из верхней челюсти зубы в основном торчали, у черных же и из верхней и из нижней. Понятия не имею что тут за символизм и философия такие и есть ли они по большому счету.

— Стойте, шиноби! — Левый самурай поднял руку и заговорил. Голос его звучит не вполне по людски, как через хрипловатый мегафон. Хорошо, что громкость еще не выкручена на посильнее. Что там у них за вокодер такой? И, главный вопрос, нафига?

Мы остановились. Правый положил руку на рукоять меча. Нам попались двухмечевые. Не знаю коррелирует ли количество клинков с их самурайскими званиями и какие у них звания в принципе. Естественным образом пришло осознание того, что я поперлась в чужую страну почти ничего о ней не выяснив, на одном только убеждении о том, что мужики с прикольными мечами должны быть крутыми. Прав был попугай, я круглая дура! Еще и товарища с собой потащила. Но ему-то, наверное, бояться нечего, он ни на что не претендует.

— Бросайте оружие и вещи на землю. Тот, кто попытается сложить печать, лишится рук. — Прозвучало из под маски.

— А ничо что мы дети? — Спросила я, все же не став игнорировать команду. Наземь полетели кунай, подсумок, рюкзак.

— Вы шиноби. Я вижу протектор. Думаете, вы первые дезертиры, которые решили укрыться от мировой войны на благословенных землях Страны Железа? — Сколько пафоса-то! Его даже искаженный механический голос не особенно и приглушил.

Генин был вынужден последовать моему примеру. Так-то, уверена, я могла бы отбиться от двух одоспешенных придурков. Несмотря на то, что дыра в пузе все еще беспокоит, смогла вытянула бы. Я могу выдавать техники совсем не шевелясь. Авось, пару молний или сильных кинетических импульсов хватит чтобы им рога на шлемах обломать. Но пришла-то я сюда совсем по другому поводу. За защитой, безопасностью, возможностью тренироваться и держаться подальше от войны.

Разговорчивый самурай подошел к нашим сбршенным вещичкам и начал бесцеремонно в них копаться. Его напарник бдил, не убирая руку с меча.

— Я не шиноби. Видишь, нет протектора. — Указала я на свой лоб. Амбал как раз осматривал мой подсумок, ставший уже прямо МОИМ, хотя не так и давно принадлежал медведеподобному нукенину из Такигакуре.

Самурайский ублюдок молча бросил на землю пару протекторов, извлеченных из подсумка. Зачеркнутый водопадовский и облачный. Продолжать упираться и говорить что-то в духе “это не моё, это я нашла” было бы уже вкрай тупо. Кто такому поверит. Умино оказался умнее, скромно помалкивал и слушался, не пытался ничего доказывать. Прав он. Что тут скажешь? Решение принимать все равно будут не вот эти служаки, а кто-то с полномочиями.

— Руки вперед, сжать кулаки. Даже не думать о печатях. — Командовал все тот же самурай, а второй обнажил меч и занес над головой, готовый рубануть в любой момент. Как там рассказывают? Благородное сословие, живущее по строгому кодексу чести? Что там в их кодексе сказано про то, чтобы рубить руки детям? Или ублюдина на голову нацелился? Когда на вытянутые вперед руки и мне и генину, у которого даже протектор отобрали, уже защелкнули жесткие стальные кандалы, которые стопроцентно не датут сформировать никакую печать я не удержалась и ляпнула то, что просилось на язык. Очень уж неприятным получился контраст между гипотетическими самураями из фантазий и реальными, проводящими жесткое задержание ни в чем не повинных детей. То есть нас с приятелем.

— И как ваш типа-кодекс смотрит на такое обращение с маленькими девочками? Тоже мне, рыцари. — Презрительно бросила я за что получила латным кулаком по почкам. Больно. Не умей я игнорировать боль, сейчас бы меня знатно скрючило. Уродец в зубастой демонической маске явно знает анатомию и представляет куда надо приложить человека чтобы заткнулся.

— Твоя подруга уже взрослая, шиноби. — Мой презрительный тон ни шел ни в какое сравнение с той бездной пренебрежения, которую мужик вложил в одно единственное слово “шиноби”. Ох не любит он их. Может и есть за что. Но я-то тут при чем?

— Эй, я парень! — Наконец, нашел чему возмутиться Фумито. Как будто бы до сего момента его все устраивало, потому и помалкивал. — Это она девочка! Не трожь ее, гад, она раненая!

Конечно, коноховец тоже схлопотал по почкам, на этот раз от второго самурая, которому уже не требовалось держать меч, занесенным для удара. И вот Умино как раз боль терпеть умел совсем не так хорошо, как я. Да и били его, как более крупного, сильнее. Чудо, что на ногах пацанчик устоял.

— Мне все равно кто вы и каково ваше состояние. Вы, шиноби, нелегально проникшие в благословенную Страну Железа. У нас с такими разговор короткий. Но по закону. Вы отправитесь на суд к тодзама-даймё, который рассмотрит ваши оправдания. Если вы и правда вдруг окажитесь не шиноби-дезертирами, а обычными заблудившимися детьми, наш господин милостливо вас отпустит туда, откуда вы явились. — Высокородный ублюдок говорил с нескрываемой насмешкой, уверенный в своем мнимом превосходстве.

Смогу я сейчас ему что-то сделать? Наверное, да. Но вот обоим уже нет. А может и не одному. Насколько я успела узнать, скорость одно из главных достоинств самурая. Прикончить шиноби ударом меча до того, как тот сложит печать, такая у них главная тактика. И тут мы возвращаемся к памятному сражению с ублюдочными Тся и Ться. Если бы не нукенинские протекторы и использование печатей под конец махача, я бы их смело к самураям причислила. Адски быстрые, высокомерные, нацеленные на то, чтобы не дать противнику использовать ручные печати. Вот прям истинные самураи. Еще и такие же ублюдки, как сейчас выяснилось. Смогла бы я повторить тот бой, со скованными руками и с нефиговой угрозой того, что на голову укоротят не меня, а моего друга. Ага-ага, всего несколько дней знакомы,