Роанна. Имперский лев - Виктор Постоенко

— Нет, он её видит и наводит на цель, или же при определении скорости цели по смещению наводит орудие туда, куда ему прикажет артиллерийский офицер, то есть я. Для этого для морских пушек господин Кольберн создал специальный оптический прицел с вертикальными и горизонтальными делениями.

— А дальномер помогает вычислить расстояние?

— Не только, но и скорость корабля, учитывая нашу скорость и смещение цели по горизонту. Видите, там два окуляра. В каждом расположены зеркальные призмы, направляющие оба отражения в один окуляр. Я винтом подкручиваю так, чтобы оба изображения совпали, и по специальной шкале определяю расстояние до цели. Смотрю в таблицу и называю наводчикам цифры прицела, то есть деления угла возвышения орудия, и цифры целика — упреждение по горизонту.

— В будущем, — пояснил подошедший к нам Вулф, — мы планируем создать электрическую схему, когда возле каждого орудия будет расположен одинаковый механизм. Главному артиллеристу достаточно установить нужные стрелки на шкалах у себя, и на всех приборах будет продублировано то же самое. Но это касается орудий одного калибра — в нашем случае 75 миллиметров.

— А те, что поменьше и стоят вон на тех мостиках? — спросил Император.

— Для них просто разработана другая таблица. Получая расстояние и скорость цели, они будут исходить из неё. И они эффективно действуют на дистанции до трёх километров.

Стало ветрено. Корабли увеличили ход до 22 узлов (40 километров в час), и мы с Нирой спустились с мостика в рубку. Здесь, за стеклами, было не так холодно, как наверху. Нира уселась на высокий поворачивающийся металлический стул, а я присела на откидной у стенки рубки. Корпус корабля дрожал, машины гудели, качка была минимальной, и я не заметила, как задремала.

Проснулась, когда меня тронул за плечо молодой лейтенант:

— Ваше Величество, мы вышли к Жемчужному острову. Вас просят подняться на мостик.

Ниры уже тут не было, в рубке находился только один матрос, стоявший у штурвала. На висевших на стене часах, которые я сразу не заметила, показывало начало второго.

Остров виднелся справа, а впереди у горизонта темнело еле заметное пятно. Я посмотрела в поданный мне бинокль. Это был тот самый фрегат — он дрейфовал со спущенными парусами. Мы шли первыми, сзади нас чуть уступом шёл второй корабль.

Фарош протянул мне два комочка и, наклонившись, сквозь шум машин прокричал:

— Это кусочки прессованной ваты из хлопка, вставь себе в уши. Сейчас начнут стрелять.

Все четыре пушки корабля были развернуты на правый борт, вытянув свои длинные хищные стволы в сторону пятнышка на горизонте.

— Дистанция двадцать кабельтовых, прицел такой-то, по целику столько-то. Первое, огонь!

Раздался резкий звонок, и сразу оглушительно рявкнуло орудие. Все приложили бинокли к глазам. Меньше чем через десять секунд справа от фрегата поднялся высокий столб воды. Офицер внёс изменения. Опять звонок, опять хлёсткий выстрел. Столб воды поднялся перед фрегатом. Третий снаряд попал прямо в корабль. Там сверкнула малиновая вспышка и повалил чёрный дым. Внезапно вместо звонка раздался громкий удар гонга, и почти разом выстрелили все четыре пушки. Три столба воды и одно попадание.

— Прекрасно! Накрытие! — сквозь шум прокричал обрадованный Вулф. — На таком расстоянии при скорости семнадцать узлов это просто прекрасно. Задробите орудия!

Я посмотрела на него странным взглядом, но старший офицер крикнул в рупор: «Орудия, дробь!» — а потом пояснил мне, что эта команда подавалась барабанщикам во время боя, и они отбивали дробь, подавая матросам сигнал о прекращении огня. Так как во время шума и стрельбы многие могли просто не услышать команду офицера.

После нас стрелял «Громкий», добившийся попадания после четвёртого выстрела и накрытия после двух залпов. На горизонте уже разгорался не слабый пожар, поэтому Дойл приказал осуществить минную атаку «Громкому».

Оба корабля, дрожа корпусами и завывая вентиляторами, увеличили скорость до 23 узлов и начали быстро сближаться с горящим кораблём. «Громкий» вышел вперёд, мы встали у него справа уступом по корме.

Вот с его правого борта показалась труба развёрнутого минного аппарата. Вспышка, из трубы выскользнуло длинное тело торпеды и упало в воду. Мне в бинокль с высоты мостика был виден белый пенный след на поверхности. Он быстро приближался к находившемуся от нас уже в километре горящему фрегату, коснулся его борта.

Огромный столб воды вырвался вверх, поднялся выше мачт фрегата, потом там сверкнула вспышка, до нас донёсся грохот взрыва, появился огромный столб дыма. После того как он развеялся, на поверхности не оказалось ничего. Когда оба миноносца подошли к месту гибели фрегата, на волнах покачивались только деревянные обломки.

Когда возвращались домой, я спросила Вулфа:

— А линейный корабль тоже потонет от одной такой мины?

Он кивнул, объяснив, что все парусные корабли не имеют водонепроницаемых переборок, как на этих двух новых миноносцах, и вода сразу же попадёт во все внутренние помещения корабля.

Команда ничего не сможет сделать, а мощность взрыва такова, что никакие помпы и брезентовые пластыри с таким повреждением просто не справятся.

— А кораблям поменьше размером просто не уцелеть, как этому бывшему бриттскому тридцатидвухпушечнику, — закончил он.

— А зачем на этих кораблях такие высокие мачты, но нет парусов?

— Ваше Величество, мы проводим кое-какие опыты по воздушной искровой связи. И если всё получится, то эти мачты будут использованы именно для неё.

— Как понять «воздушная связь»? Я понимаю птичью почту, имперских гонцов, посыльных с письмами с почтовых станций Кассоля. А это что?

— Ваше Величество, это мне пока сложно объяснить. Когда будет всё готово, тогда покажу на примере. Вы же понимаете, что речь идёт об известном мне явлении, которое я хочу воссоздать здесь, в вашем мире.

— Хорошо, немного позже расскажете.

— Ваше Величество, я хотел бы попросить у барона Руйяра государственный кредит на строительство железной дороги. Не той, которую мы сейчас строим. У меня с собой план строительства дороги от Андола в Рианол через Дюрандские пещеры, которые я внимательно обследовал. Дорога свяжет заводы Фишера-Кольберна, Арлонские заводы, Андол, Дюрандские заводы, пройдёт через Брайтфер, Аркантар, Эмберт, Веренсар. Предстоит строительство трёх больших мостов у Аркантара, Эмберта и Веренсара. Мы сами не потянем.

— Хорошо, я пошлю человека к Руйяру, чтобы он принял тебя и отнёсся ко всему внимательно.

После схода на берег я пригласила Вулфа посетить меня сегодня же, после обеда. Он-то и приехал, чтобы встретиться с Руйяром по поводу кредита, и потом возвращаться в Андол.

Моё срочное письмо, отправленное птичьей почтой, он не получил, так как уже был в пути. А у меня к нему накопились кое-какие вопросы.

Заодно и расскажет о воздушной связи. Естественно, я понимала, что речь идёт о радиосвязи, но