Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

— Ладно, парни! — не стал я продолжать бессмысленный спор с бездушной. — Секретарь прав — надо уводить опоенных от Серебряного квартала любой ценой. Предлагаю следующее: я направляюсь к Белой площади, а Парб Скала и Секретарь остаются здесь. Провоцируем неадекватных и бежим к складам, стараясь как можно дольше к ним не приближаться. Главное — время сэкономить в массовом забеге, чтобы зелье выветрилось. Когда загонят — держать оборону в самом крепком амбаре, ну или в том, до которого успеем добраться. Если повезёт — спасём кучу народу, а если нет — то хоть количество жертв уменьшим.

— Согласен, — кивнул Секретарь, дополнив, — отрядов, за которыми должна осуществляться погоня, должно быть несколько — иначе зажмут толпой на узких улочках со всех сторон, а так — распылим преследователей. Я выделю в каждый людей, знающих Гархем как свои пять пальцев — они и поведут. Лучшее место в рабочей зоне — каретная мастерская, там поместятся все «серые» и военные, поэтому постараемся добраться туда. Баррикадируемся и держим оборону до последнего, прося Творцов, чтобы помогли нам. Я отправил донесение герцогу Калевану, он привлечёт дополнительные силы для охраны Серебряного района, в котором праздник пока не стоит прерывать, дабы не вызвать преждевременную панику, от которой тоже могут случиться жертвы.

— Отлично! — хлопнул я его по плечу. — Не зря тебя Сыч хвалил — голова работает не хуже, чем у Перволюдей! И последнее… Стараемся не убивать опоенных, но если прижмут, то выбора нет — не геройствуйте и гасите жёстко, ведь ваши жизни в данной ситуации нужнее и важнее. И опять последнее… Когда мы воевали с Гоном, то скидывали с себя всё лишнее, чтобы ничего не мешало быстроте. Поступим также, так как доспехи от разъярённой толпы не спасут, а бегать придётся много. Только меч и фляга с водой!

После слов о Перволюдях Секретарь скривился, будто бы съел кило лимонов, но промолчал, опять согласно кивнув головой на мои доводы.

Толпа уже была в таком состоянии, что кинь спичку и вспыхнет покруче напалма. Время поджимало — в любой момент может поступить приказ о начале боевых действий. Я с помощью Харма опять оказался на Белой площади, где меня ждали стражи всех мастей, разбитые на группы. Лёгкий инструктаж и … Что ж! Пора начинать!

На негнущихся от страха ногах я первым вышел и встал напротив пялящихся на меня то ли людей, то ли зомбаков. За мной выстроились и мои бойцы. Как разозлить толпу? Попытался словами и оскорблениями — только стоят и глазами лупают, кровожадно облизываясь и разминая кулаки. Подойти ближе и в морду одному-другому дать? Не успею сбежать, да и погонятся тогда лишь за мной одним. Надо какой-нибудь раздражитель всеобщий. Хоть гранатами, которых нет, закидывай. Гранаты… Снежки! Быстро отдал приказ своим, и вот начался снежный обстрел противника, который продлился меньше минуты, так как вся эта орава, синхронно зарычав, словно одной глоткой, кинулась на нас!

Если бы я не мог бегать, то сегодня бы научился точно! До сего момента мне казалось, что страшнее толпы хатшей во время Гона нет ничего, но оказалось, что люди, потерявшие человеческий облик, намного ужаснее! Первые несколько минут мы улепётывали, даже не помышляя о каких-то разумных действиях, потом адреналин немного схлынул и подключились головы. На бегу перестроившись, отряды двинулись своими маршрутами, держа определённую дистанцию с преследователями, чтобы те шли в нужном направлении, не теряя из виду потенциальную жертву. Минут пятнадцать пробежали легко и непринуждённо — люди все подготовленные и привыкшие месить ногами снег с грязью, а вот дальше начались проблемы. Изначально, выстраивая план организованного бегства, мы не учли один важный момент, оказавшийся роковым для некоторых бойцов — «пойло Живодёров» действовало ещё и как сильный энергетик, снимая на время своего действия усталость с принявших его, а у нас такого допинга не было. Уже через полчаса появилась первая жертва — один из «серых» неудачно поскользнулся на утоптанном снеге и подвернул ногу. Мы не видели, что с ним случилось, так как бежали не оглядываясь, но судя по недолгим, полным боли крикам — смерть его была ужасной. И не помочь ничем! Постепенно выдыхались все, и расстояние между нами стало сокращаться.

Ещё через десять минут очередной погибший…

— Хватит! — прохрипел я приказ. — Движемся к каретной мастерской!

Наш проводник резко сменил направление и мы, отплёвываясь лёгкими, попытались разорвать дистанцию, ускоряя темп. Может быть, добрались бы все, если бы на одной из улочек не наткнулись на небольшую группу из восьми зомби, невесть как оказавшихся на нашем пути. Не раздумывая выхватили оружие и прошли их, но даже лёгкая заминка была фатальной — преследователи оказались в пяти метрах от нас.

— Гарнизон! В прикрытие! — раздался голос одного из военных, и пятеро, видимо, служивших вместе с ним, остановились, развернув мечи в сторону толпы.

Они погибли все, но дали нам фору метров в сто. Спасибо, парни! Не забудем ваш подвиг! Из двадцати человек нас осталось всего тринадцать, петляющих как зайцы и чудом уворачивающихся от внезапно появляющихся на соседних улицах преследователей. Потом одиннадцать… Что там в других отрядах творится — даже представить страшно, но ясно, что ничего хорошего.

Мы добрались до каретной мастерской и поняли, что сейчас умрём. Вокруг пункта нашего назначения толпилось около двух сотен опоенных психов. Чёрт! Никто не предусмотрел, что первый же отряд, добравшийся до места, приведёт упырей сюда. Вот, что значит составлять планы впопыхах! Ладно! Будем прорываться — не останавливаться же!

Не знаю, Творцы ли помогли или это была безбашенная выходка Парба, наплевавшего на всё и взявшего на себя их роль, но мой друг внезапно вылетел из приоткрытой двери мастерской, держа длинную оглоблю, явно отломанную от какой-то кареты. Ай да Скала! Всегда знал о его непомерной силе, но впервые видел её применение в полной мере! Оглобля, словно пропеллер взлетающего вертолёта, с огромной скоростью описывала круги, расшвыривая нападавших. Мы ринулись ему навстречу, а дальше, уже под прикрытием Парбовой «мельницы» — тут, главное, было не попасть под его оружие, сумели заскочить в заветное убежище.

Дверь закрыта. Отдышавшись, я огляделся. Парб, Секретарь, с ними человек шестьдесят, хотя изначально нас было около двух сотен…

— Остальные? — с надеждой спросил я помощника Сыча.

— Вы — последние, кто смог сюда пробиться. Будем надеяться, что кто-то удачно спрятался в городе, но шансов мало.

Удары с той стороны в крепкие, обитые железом ворота, заставили прервать разговор, и мы стали заваливать их всем тяжёлым что под