Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

В эту самую секунду мне было глубоко плевать на последствия. Я буквально ждал, что небеса и облака расступятся, выпуская наружу сияющую золотом фигуру с длинной белой бородой и какой-нибудь особо сложно выглядящей дурацкой шапкой, после чего бог лениво опустит палец «Тысячи Будд» и раздавит меня вместе со всей деревней одним тычком.

И знаете, что? После шести дней непрерывной работы, от которой болели мышцы даже привычного к такой жизни Хана, я уже был морально готов к смерти.

Вечное чувство голода буквально сводило с ума. Возможно, для человека, который прожил в таком состоянии всю жизнь, это не было чем-то существенным, но я сам держался из последних сил.

Как гребанный самурай, который постиг смысл жизни, я втыкал ростки риса в землю, представляя на месте водяной грязи тела своих врагов. Последних, к сожалению, было немного, лишь Чао и Чанг, от чего они часто повторялись, что портило весь момент.

«Ещё один день. Остался всего лишь один день, после чего владелец двора наконец от нас отстанет». — лишь эта мысль продолжала охлаждать моё желание наведаться к семейке работорговцев и попробовать сыграть с ними в «Ночь длинных ножей».

Подстегивало ещё и то, что если мы не успеем уложиться в срок, судьба наша будет печальной. Чао слишком многое поставил на обещание старейшине, поэтому жаждал крови.

Понимали это и мои товарищи, поэтому изо всех старались работать ещё усерднее.

Тем не менее даже так, иной раз были моменты, когда Чанг отвлекался на ближайших девушек и мои «товарищи» начинали тихие разговоры.

Надо ли говорить, что каждый такой обмен репликами я ждал, словно умирающий от жажды воды в пустыне?

— Брат Бао, — Фань, второй из троицы, стер со лба пот. Хан ненавидел его больше всего, так как Фань был той ещё шестеркой, готовой соглашаться с любым словом Бая. — Представляешь, по слухам Таймин достигла уже стадии претендента!

— Да быть такого не может? — Бао нахмурился. — Откуда ты это услышал?

— Так от девушек! — зачастил Фань, посчитав, что его сейчас назовут лжецом. — Таймин сама сказала ближайшим подругам, что теперь она на том же этапе, что и её отец…

— Брат Фань, мы что-то о тебе не знаем? — Люй, третий член их «веселой» компании заговорщически улыбнулся. Он был самым нормальным из них всех, всего лишь следуя, как говорится «за компанию». — Неужели после всех этих адских дней ты ещё находишь в себе силы чтобы ходить по девушкам? Тогда прими моё искреннее уважение.

— Если она достигла этапа претендента, — начал было Фань, но вдруг замолчал, когда Чанг на мгновение бросил в их сторону взгляд. Убедившись, что сын владельца на них не смотрит, он продолжил. — То она уже может принять участие на вступление в какую-нибудь школу совершенствования. А учитывая её относительно молодой возраст, то ей могут заинтересоваться даже секты…

— Глупости, то не говори, — оборвал его Бао. — Где мы, а где великие секты? Мало шансов попасть даже в школы кланов, что уж говорить о сектах! Кроме того, следи за языком. Я слышал совершенствующиеся из сект способны слышать топот мыши за тысячи километров! Хочешь, чтобы нас всех тут убили из-за твоего длинного языка?

От автора: на самом деле местные аборигены используют свои единицы измерения (тянь, ли, дзинь), но автоматический перевод позволяет нам с удобством читать понятные нам значения времени, длины, объёма и.т.п.

— Ничего это не глупости, — обиженно пробурчал Фань, впрочем, голос понизил ещё сильнее. — Говорят, тот же старейшина кое-как достиг этапа пробуждения источника лишь в двадцать пять лет, а этап претендента еле-еле в тридцать шесть. А его дочь, с легкостью освоила неофита в пятнадцать. А сейчас она и вовсе на этапе претендента. Это ли не признак великого таланта?

— Пф-ф-ф, — Бао мрачно засмеялся. — Сравнил дракона с земляным червяком. У тех же клановых знаешь сколько денег? Они могут купить все что угодно… — предводитель троицы неуверенно замолчал, не зная, что именно они могут купить.

Я мысленно хмыкнул. Было бы слишком жирно ожидать, что бедный крестьянский парень будет хоть что-то знать о совершенствовании, и как она происходит. Однако даже так этот разговор был не бесполезен и дал мне кое-какую пищу для размышлений.

Получается, поблизости существуют секты и школы. Первые намного более престижные и могущественные, чем вторые. И попасть в них можно лишь начиная с этапа неофита или когда ты сможешь пробудить некий источник ци.

Хотел ли я бросить всё и оказаться в той же секте, если предположить, что меня примут?

Скорее нет, чем да. И причина этому проста — если секты и школы теоретически готовы принимать даже крестьян, а судя по всему, такая возможность имеется, если о ней знают даже полурабы вроде нас, какая же причина столь высокого спроса?

Да, теоретически, секты и школы могут хотеть расшириться, для чего им нужны новые члены. Вот только что-то мне подсказывало, что это далеко не единственная причина.

И если взглянуть на ситуацию под другим углом, станет сразу ясно, почему они также могут быть заинтересованы даже в бывших крестьянах. Ответ прост: слишком часто у них дохнут члены сект и школ, от чего их нужно кем-то заменять.

Я смутно представлял, какие именно опасности скрываются именно в этом мире, но, очевидно, их было не мало.

Опять же, даже если последнее верно, вне сомнений, они имели более чем вкусную «морковку», чтобы заманить любого в свои тесные и дружеские объятия.

Будучи членом той же секты, ты получаешь доступ к знаниям по развитию ци, которые в ином случае ты имеешь очень мало шансов найти. Да, скорее всего, твоя жизнь будет подвергаться риску, но и в случае выживания ты получишь шанс стать кем-то большим, чем обычный человек.

Другое дело, что соваться даже в ту же школу, будучи никем, очень плохая тактика. Пушечное мясо не ценят ни в одном из миров. И уж точно не в мире идущих к бессмертию.

Вначале нужно обрести хоть какой-то вес, а уж потом соваться в пасть ко льву.

Опять же, это мог быть совсем другой мир, и здесь всё могло быть устроено иначе.

— Но ведь не только Таймин достигла этапа претендента, — заметил Люй и в этот раз в его голосе не было никакого юмора. — В нашей деревне кроме старейшины Цэня, Таймин, господина