Серебряная Элита - Дани Франсис

мои губы своими и, едва я приоткрываю рот, чтобы вздохнуть, снова меня целует. Жарко, безрассудно, в то же время толкаясь в меня бедрами. Наполняя меня собой. До предела. Снова и снова.

Я обвиваюсь ногами вокруг его пояса, повисаю на нем. С ним так хорошо… но все же недостаточно близко. Я хочу больше! Хочу еще и еще! Рывком отодвигаю на край стола карты, облокачиваюсь о стол и тяну Кросса за собой.

Одобрительно рассмеявшись, он накрывает меня собой, вжимает в стол своим весом. Трахает меня все сильнее, размеренно и мощно двигая бедрами, зарывшись лицом мне в шею. Издает звуки, которые зажигают во мне кровь и вселяют трепет. Низкие, хриплые стоны в самое ухо. Шумное дыхание. Сдавленное рычание, когда я впиваюсь ногтями в его мускулистую спину.

– Да-а-а! – стонет он.

Вдруг вспоминаю то, чем он дразнил меня несколько недель назад.

«Я люблю пожестче».

Пожестче, значит? Опять прохожусь по его спине ногтями – и наслаждаюсь тем, как он вздрагивает.

Мое возбуждение спадает, когда он проводит ладонью по грубым рельефным шрамам, пересекающим бедро. Морщась от неприятного чувства, беру его за руку и тяну к другому своему бедру – гладкому, неизуродованному.

– Здесь красивее, – шутливым тоном говорю я.

– Ты вся прекрасна, Голубка, – шепчет он мне на ухо.

Он замедляет движения и снова берет в плен мои губы. Наслаждение бежит по телу, словно электрический ток. В какой-то безрассудный миг приходит искушение открыть тропу и проверить, не опущен ли его щит, найти в нем трещинку и проникнуть внутрь, проверить, правду ли говорит Кросс – действительно ли ему так же хорошо, как мне. Но я отбрасываю этот порыв. Даже если его сознание сейчас открыто – не хочу знать! Хочу только чувствовать.

– Я уже вот-вот!.. – говорю я, приподнимаясь навстречу его толчкам.

– Правда? – губы его снова находят мою шею. – Погоди, я доведу тебя до конца!

Его ловкие пальцы, проникнув между нами, нащупывают тугой бутон, пульсирующий в ритме моего сердца. Он начинает тереть мне клитор круговыми движениями, не переставая двигаться: вперед-назад, вперед-назад. И в самой середине моего существа рождается и нарастает немыслимое наслаждение, стягивается в узел – все туже и туже, пока напряжение не становится нестерпимым.

В миг, когда Кросс проникает языком мне в рот, в миг, когда я слышу его стон, напряжение сменяется взрывом. Я зажмуриваюсь и громко кричу, по телу проходит волна наслаждения. Едва слышу его низкий стон, едва замечаю, как он вцепился пальцами мне в бедро, – и понимаю, что он тоже достиг разрядки.

Оба мы тяжело дышим. Кросс падает на меня, и мы лежим на столе, обнаженные, приходя в себя после этого путешествия в рай.

Но слишком быстро блаженство рассеивается, и вступает в свои права реальность.

Что я наделала?

Это же сын Генерала!

Меня охватывает стыд, столь неожиданный и острый, что к глазам подступают слезы. Что за безрассудство! Как я могла?

Возможной беременности я не опасаюсь. Согласно указу, принятому Генералом лет десять назад, все гражданки фертильного возраста ежегодно получают противозачаточные инъекции. Пара, заинтересованная в создании семьи, должна сообщить об этом Системе. Нет, меня беспокоит совесть. Мораль. Не понимаю, как теперь смотреть на себя в зеркало.

Что же я наделала?!

Вдруг меня охватывает тошнота. А затем Кросс встает, от его движения по телу проходит новая волна удовольствия – и становится еще хуже. Без него я ощущаю себя… опустевшей. И чувствую, как вновь пробуждается желание.

– Рен!

Он так редко зовет меня по имени, что я каждый раз вздрагиваю.

– Я что-то сделал не так? – хрипловато спрашивает он. На лице тревога и забота.

– Нет. Все хорошо.

Встаю, оттолкнувшись от стола, оглядываюсь в поисках сброшенной одежды. Несколько секунд он смотрит, как я одеваюсь, затем тянется за своими штанами. Очень стараюсь на него не смотреть: не хочу, чтобы его нагое тело развеяло мою решимость. Я не могу… не имею права снова его хотеть!

– Наш уговор в силе, – говорю я.

– Какой уговор?

– Сейчас я ухожу – и на этом все. Больше это не повторится. Так что, надеюсь, ты получил все, что хотел, и на продолжение не рассчитываешь.

– А ты? – интересуется он, задумчиво наклонив голову.

Смотрю ему в глаза и отвечаю:

– И я.

_______

Вернувшись в казарму, направляюсь прямиком в душевые. Нужно принять душ, хоть и не хочется смывать с себя запах Кросса. Я все еще чувствую его вкус.

У раковин, к своему удивлению, вижу Брайс, уже сменившую откровенное платье на белую пижамную куртку с длинными рукавами и серые хлопчатобумажные штаны.

Она смотрит на мое отражение в зеркале.

– Ну как все прошло?

Я киваю:

– Нормально. А у тебя?

– Ну, это было… – она улыбается. – Было весело!

Сглотнув, я отвожу взгляд.

– Это уж точно!

Глава 33

– Это стартовая зона, – объясняет нам Форд несколько дней спустя, указывая на голоэкран. – А вот эти два коридора – зона опасности. Когда сработает таймер, лучше вам находиться от них подальше.

Сегодняшнее задание называется «Павший солдат». Я в паре с Лидди, и пройти миссию нам нужно дважды. В первый раз я буду раненой, а ей предстоит вытащить меня в безопасное место. Во второй раз мы поменяемся ролями.

Хотела бы я сосредоточиться на учениях, но могу думать только о Кроссе Реддене, о том, как он двигался внутри меня. Как, кончая, впился мне в плечо зубами.

Внутри что-то сжимается, и, мысленно выругавшись, я изгоняю из мыслей эти воспоминания. Джим учил меня не переживать о былых ошибках.

– Бомба, заложенная в здании, взорвется ровно через сорок шесть секунд после того, как я скажу: «Пошли!» В коридоры враг кинул несколько дымовых шашек, так что видимость там низкая. Да, и нести товарища на себе нельзя.

– А что же нам делать? Волочить друг дружку по полу? – раздраженно спрашиваю я.

– Делайте, что считаете нужным. Главное – выбраться из опасной зоны, прежде чем раздастся взрыв.

Звучит довольно просто. Однако, если учесть, что товарища приходится волочить, как мешок, и на все про все у тебя меньше минуты, это задание куда сложнее, чем кажется. А если прибавить к этому, что дым в коридорах ужасно густой – на три фута вперед ничего не видно, а самих коридоров два и надо выбрать правильный маршрут… черт, да это просто невозможно!

В первый раз, когда ведет Лидди, мы не успеваем пройти и пяти футов. Срабатывает таймер.

Провал.

Меняемся