Суженая Зверя - Yosu Yosu

Мира быстро распустила свои косы. Ее темные волосы пышными волнами заструились по ее плечам и спине. Она сняла тулуп, затем кофту, оставшись в тонкой рубашке, под которой была лишь сорочка. Закатав рукава выше локтей, Мира закрыла глаза, приподнимая руки перед собой и развернув их ладонями вверх.

— Мать холодных вьюг и ледяных морозов, Мать заснеженных троп и злых ветров, обрати взор на свою дочь. Даруй мне веру и стойкость. Даруй свою песнь, дабы разбудить смерть и взглянуть ей в глаза. Укутай меня своими объятиями, защитив от дыхания врагов, что дышат в спину, смотрят презренно и желают мою душу сожрать. Вложи в мою руку серп свой и позволь управлять им. Дарую тебе свою кровь, свою плоть и свою душу.

Мира подняла кинжал с земли и, не открывая глаз, легким движением сделала глубокий порез на своей ладони.

— Мать северных ветров, приди на помощь дочери своей! — Ее голос начал звучать громче, отражаясь эхом от безмолвных деревьев. — Даруй мне свое благословение, даруй свою силу…

Она продолжила вести порез вверх по предплечью.

— Даруй свою любовь…

Кровь из руки Миры лилась алым потоком на землю. Лера на секунду отвернулась, уткнувшись в грудь Алешки, не в силах наблюдать за этим.

Из чащи леса в Миру ударил поток ледяного ветра, царапая до крови ее лицо. Она не открывала глаз, шептала молитву, в которой восхваляла Марену. Затем опустила кинжал, выставив порезанную руку перед собой, а кровь из ее раны поднялась и устремилась вперед, скрываясь между деревьями. Мира заговорила громче, встав на колени.

Ваня наблюдал, как ветер, в котором блестели мелкие льдинки, окутывал ее, царапая кожу и разрывая на ней одежду. Сжав кулаки, он стоял на месте. Лера сразу заметила, как изменился его взгляд. Она впервые видела его таким серьезным.

Когда ветер затих, Мира обмякла, сгибаясь вперед. Ее рука еле касалась земли, а кровь остановилась. Алешка тут же кинулся к ней не дав ей упасть.

— Мира, — он вглядывался в ее лицо, которое покрывали мелкие порезы, — ты слышишь меня?

Мира резко распахнула глаза. Зрачки закатились, и она быстро задышала, а все тело затрясло. Алешка прижал ее к себе, пытаясь удержать на месте.

— Мира! — закричал он.

— Она в трансе, не услышит, — ответил Ваня, садясь по другую сторону от него. — Я читал, что таким способом ученицы Марены ищут скрытую магию… но никогда не думал, что увижу это своими глазами.

— Это опасно?

— Да… если ты новичок. — Ваня медленно перевел взгляд на Миру. — Уверен, Мира справится. Держи ее крепче.

Она еще сильнее затрепыхалась в руках Алешки, словно все ее тело было в агонии. Мира открыла рот, издав хрип. Еще мгновение, и она затихла, закрыв глаза и опустив голову.

— Она живая? — тихо прошептала Лера, стоя в стороне и с ужасом смотря на нее.

— Живая… — Ваня сжал кулаки, сдвигая брови к переносице.

— Десять верст идти, а потом на пригорок лезть, — прошептала Мира. — Десять верст, Алеша. — Она медленно открыла глаза, посмотрев на Алешку. — Там вход во Владения. — Она облизала пересохшие губы и закрыла глаза, морщась от боли. — Дайте мне немного времени, я воспою песнь благодарности Матери.

— Тебе бы поспать и силы восстановить.

— Это восстановит мне силы. — Мира высвободилась из объятий Алешки, выпрямляясь. — Отойдите.

Лера сразу поняла, что каждое движение давалось ей с болью, которую та терпела.

— Хорошо. — Алешка встал, сделав несколько шагов от нее.

Ваня нехотя отодвинулся, не спуская с нее глаз. Мира тихо запела. Ее красивый голос, наполненный нежностью, разнесся по всей округе. Лера завороженно слушала ее со слезами на глазах.

О, Марена, Мать зимы холодной,

Ты влачишь за собой снега покровы.

Сила твоя в метели и ветрах,

В красоте сверкающих снегов.

Вьюги и морозы — чары твои,

Ты — чарующая сила, ты — красота.

Твое царство — бескрайние снежные поля,

Мы дочери твои, мы восславим тебя.

Мы — порывы ветра зимнего,

Мы — сверкающие льдинки в нем.

Мы — узоры на стекле морозном,

Что рисуешь ты своим серпом.

Вьюги и морозы — чары твои,

Ты — чарующая сила, ты — красота.

Твое царство — бескрайние снежные поля,

О, Марена, восславим тебя.

Мира открыла глаза. Царапины на ее лице пропали, а порез на руке начал медленно затягиваться. Алешка присел и, вытащив из кармана платок, вытер с ее губ кровь. Ваня поднял ее тулуп и накинул ей на плечи, кутая ее, словно маленького ребенка.

Мира молчала, наблюдая за их действиями, которые окутывали девушку теплом, перенося в прошлое, где они также заботились о ней, защищая ото всего мира. Когда Алешка посмотрел ей в глаза, что-то внутри Миры надломилось, и ее губы задрожали.

— Я… я сама.

— Мы закончили, так что сама ты можешь только отдохнуть, — сказал Ваня, быстро заплетая ее волосы в толстую косу.

Мира опустила голову, пряча половину лица в вороте тулупа. Алешка еле заметно улыбнулся.

Лера подошла и, сев рядом с ней, крепко обняла ее, позволяя ей уткнуться в плечо.

— Ты очень красиво поешь, — прошептала она, погладив Миру по спине.

— Десять верст… — Ваня посмотрел вперед. — Отправлю птичек разведать обстановку.

— А я подготовлю лошадей. — Алешка встал, отходя к Заре.

Лера дождалась, когда они отойдут подальше, и улыбнулась.

— Ты потрясающая, Мира, — гладя ее по спине, прошептала она. — И парни очень за тебя переживали… Не знаю, что у вас произошло в прошлом, но, видя их волнение, могу сказать точно: эти двое любят тебя. Пусть они твердят, что ты предала их, что у тебя нет сердца… но сейчас они проявили заботу, потому что ты дорога им.

Лера почувствовала напряжение в теле Миры.

— Можешь плакать. Они не увидят, — тихо сказала она.

Мира сжала кулаки, стиснув зубы. По ее щекам потекли теплые слезы. Она сильнее уткнулась в плечо Леры, стараясь сдерживать всхлипы, а потом громко выдохнула и,