Стажер Ли Су Джин 3 - Роман Таймири

— Я упоминал в разговоре с ним эту возможность, — при этих словах учитель немного стушевался. — И, возможно, энтузиазм не увидел, но это не значит что…

— А что насчёт его родителей?

— Родителей? — господин Чан удивлённо вскинул бровь, глядя на госпожу Шим.

— Да, — кивок. — Этот вопрос нужно, как минимум, обсудить с ними. Ученики часто не могут самостоятельно расставить приоритеты между потенциальной квотой в университет, которую можно добыть на олимпиаде, и риском, впустую потерять время для подготовки к Сунын. Как я уже говорила, он не ходит на подготовительные курсы от нашей школы и, возможно, учится по вечерам где-то ещё… К слову, — здесь женщина задумалась уже над чем-то своим. — Этот момент нужно будет обязательно прояснить с его семьёй на следующем собрании.

— Хм, — господин Чан потёр подбородок двумя пальцами. — О том, что его родители могут быть против, я и правда не подумал. Как-то уже привык, что семья претендента сами просят за своих детей, чтобы выступить.

— Ну вот, видите… — она взмахнула стопкой бумаг. — До проведения олимпиады у нас ещё будут проходить ежемесячные тесты, и я как минимум дождалась бы их результатов. А там вы и госпожу Ли сможете встретить на собрании, и всё с ней обсудить. После этого уже можно будет…

Женщина не успела договорить то, что хотела, как дверь в учительскую снова открылась. На пороге показалась преподавательница по корейскому языку и литературе — госпожа Чи На Ра. Как только На Ра столкнулась взглядом с госпожой Шим, её губы тут же расплылись в улыбке.

— О, госпожа Шим, — радостно произнесла женщина. — Я как раз искала вас.

— Правда? — Хэ Су слегка прищурилась. — И зачем же?

— Помните, я подавала вам недавно список с учениками, которых рекомендовала на олимпиаду по литературе?

— Да, — кивок.

— Я бы хотела дополнить его ещё одним учеником…

— И кем же? — начиная подозревать неладное, спросила она с подозрением.

— Ли Су Джином.

В этот момент госпожа Шим почувствовала, как дёрнулось её веко. Она не смогла сдержаться и закатила глаза.

— Да вы издеваетесь, — помассировав переносицу двумя пальцами, пробормотала себе под нос заместитель директора.

///

Прошло всего пятнадцать минут после начала урока, а я смотрел на лист с заданием и впервые чувствовал, что понятия не имею, за что хвататься и что делать. Ко мне постепенно приходило осознание, что банально не смогу с этим справиться…

Как только господин Чан переступил порог класса, он тут же подошёл к доске и начал рисовать формулу. А когда она была готова, повернулся к классу и интонацией, словно здесь и сейчас будет решаться наше будущее, выдал задание:

— Вы должны вычислить точное значение произведения и дать ответ в виде разложения на простые множители. На решение я даю вам двадцать минут.

Услышав вводные, я вместе с остальными достал листок и ручку.

И если на первый взгляд, уравнение мне показалось стандартным, то на моменте, когда я дошёл до использования циклотомических многочленов, в голове стало медленно формироваться кристальная и ясная мысль: «Решить уравнение за отведённое время я не успею».

Застопорившись на пятом шаге решения, я поднял голову и посмотрел на часы, которые висели над доской.

Оставалось десять минут.

Затем мой взгляд невольно скользнул по одноклассникам, которые… Нет, спокойными я бы их точно не назвал, но у них явно не было сейчас той же растерянности, которую я чувствовал. Они были сосредоточены и с усердием заполняли листы с ответом.

«Ладно, может, это я что-то не так делаю?» — с этой мыслью я снова вернулся к решению.

Уже на пятом шаге стало понятно, что прямое перемножение не самый оптимальный путь. В голове множители, которые на листе выглядели как обычные скобки, сомкнулись в окружность. Если идти обычным путём, придётся тонуть в вычислениях до конца урока. Но если посмотреть на них не как на грубое произведение, а как на норму элемента в циклотомическом поле, вся конструкция должна была собраться в значение одного циклотомического многочлена.

И вот здесь всё наконец-то стало казаться более менее ясным.

Задача не выглядела обычным школьным упражнением на аккуратность. Она требовала распознать число Ферма и затем доказать его разложение на простые множители. Простые делители не могли быть какими угодно: их загонял в узкий коридор порядок элемента по модулю. И, даже зная это, я понимал, что за оставшееся время можно было добраться только до начала настоящего решения.

Я всё равно не успевал…

К школе я действительно относился по остаточному принципу. Из-за агентства и офиса времени на учёбу у меня оставалось не так много, да и то только вечером, что возможно, для корейского образования оказалось недостаточным.

Всё-таки если послушать Хэ На и Джу Гён, то каждый первый ученик выпускного класса не вылезал из дома и школы, готовясь к Суныну. А те, кто могли найти свободную минуту… Не знаю даже… Наверное, с ума сходили и представляли себя ящерицами.

В любом случае, если на домашние задания и на повторение теории перед уроком я ещё умудрялся находить время, то на практическое повторение его у меня не оставалось.

И сейчас, на этом уроке я, по-видимому, столкнулся с последствиями.

[Спустя время]

— Закончили! — раздался громкий голос господина Чана. — Отложите ручки в стороны.

Пока класс начал недовольно гудеть, я посмотрел на листок с ходом решения задачи. Мне удалось дойти только до начала восьмого шага. А до ответа было как минимум ещё несколько.

Вздохнув, я отложил ручку, вместе со всеми и откинулся на спинку своего стула.

«Я, конечно, слышал, о том, что корейское образование — это за гранью добра и зла… Но как-то даже не думал, что обычное школьное задание заставит и меня так вымотаться», — с досадой пришлось мне признать. — «Вот тебе и попаданец в шкурку».

Определённо. Стоит пересмотреть своё отношение к учёбе, учитывая, как важно в этой стране иметь высшее образование. Да и вообще какое-либо образование, речь же всё-таки о Корее идёт. Некоторые студенты после получения диплома не всегда могут найти работу в компаниях, что уж говорить о тех, кто даже поступить не смог.

«Где