Ухорез - 5 - Василий Горъ

со спокойным сердцем временно забыл о существовании этой парочки, в темпе вернулся в особняк, поднялся в кабинет и отправился к Ррыгу. За заказанными ему защитными артефактами на сапфирах. Само собой, не один, а с Наташей. Так что с ее помощью зарядил три браслета, вытянув Пространство из первого попавшегося естественного портала, и провел ходовые испытания приблуд. Причем как в одиночном режиме, так и в режиме взаимного усиления.

Результаты порадовали. Настолько сильно, что я подарил мишке самый крупный рубин из «первой поставки» — тот самый, на который артефактор облизывался сильнее всего — и разрешил использовать этот «камешек» так, как заблагорассудится. А потом выслушал очередное пожелание удачи — только в непередаваемом стиле Косолапых — открыл «зеркало», ведущее в кабинет, и следом за напарницей перешел на Землю.

Следующие минут шесть-восемь мы убили на переодевание в парадно-выходное шмотье. Затем вышли в общий коридор, в котором успели собраться оба ближних круга, и я дал команду выдвигаться к ангарам.

Погрузка в два «Икара» и три «Исети» прошла штатно и очень быстро. Так что в какой-то момент все пять бортов взмыли в воздух, встали на нужный курс и начали набирать высоту. Конференцсвязь тоже «образовалась» заметно шустрее, чем обычно. Но повторять уже сказанное или вдаваться в не особо существенные подробности досконально продуманного плана операции я не видел смысла. Вот и порвал все шаблоны поведения в такой ситуации — врубил любимый музыкальный сборник на своем ИРЦ и дал команду расслабляться.

Расслабился и сам. Правда, не так… хм… энергично, как хотелось бы: да, в моем квадрокоптере, кроме меня и Наташи, не было ни души, но мять очень хорошие костюмы не хотелось, вот я и задавил желание подомогаться к любимой женщине. Кстати, страдал не так уж и долго — минуте на четвертой полета мне позвонил генерал Анциферов и поделился самыми последними разведданными, кинул доступ к телеметрии с камеры армейского спутника слежения и «истолковал» кое-какие нюансы картинки, к которой я, конечно же, подключился.

Мне было не до досужих размышлений и на посадочной глиссаде — я жил в электронных отчетах автомобилей транспортной компании «Проспект», прибывавших к месту назначения, и на карте южной окраины Зеленогорска. В результате зевнул момент приземления, зато потом переключился в рабочий режим — вырубил двигатели, опустил дверь-трап, усилил покров напарницы «лишними» слоями, выбрался на стадион общеобразовательной школы номер три, поухаживал за Наташей и неспешно направился к выходу с охраняемой территории. Школьного сторожа и сотрудника краевого ИСБ, убедившего его не поднимать паники, заметил на втором-третьем шаге, прикоснулся двумя пальцами к правой брови, почувствовал, что моя родня образовала походный ордер, и чуть-чуть ускорился. А после того, как вышел на улицу, навелся на десятиместные минивэны, дожидавшиеся нас перед невзрачным трехэтажным особнячком, и с намеком повел рукой…

Следующий звонок Григория Денисовича принял, выезжая за пределы городка, вдумался в лаконичное сообщение, заявил, что мы успеваем, и чуть-чуть придавил педаль акселератора. А уже минуты через две с половиной-три затормозил возле весьма симпатичных кованых ворот, украшенных гербами Вышеславцевых, неспешно выбрался из салона, дождался остановки второго минивэна, прошел несколько метров по направлению к владению моих врагов, остановился и сделал вид, что разглядываю особняк, видневшийся в самом конце аллеи.

Матушка, Аня, Варвара, Валентина, Нина, Алексей и Игнат подошли к нам с Наташей от силы через полминуты, так что дежурный по этому посту, выглянувший из невысокого, но очень массивного строения КПП, побоялся выполнить свои должностные обязанности — замер в дверном проеме, секунд десять вглядывался в мое лицо, а потом побледнел, торопливо дотронулся до сенсора активации гарнитуры скрытого ношения и затараторил. Докладывая начальству о моем прибытии.

«Пуглив не в меру…» — подумал я, сделал еще десяток шагов и обратился к ни разу не герою:

— Доброй ночи. Передайте, пожалуйста, главе вашего рода, что я, боярин Олег Леонидович Беклемишев, уже тут. И атакую. В полночь. Соответственно, вылетать куда бы то ни было нет никакой необходимости…

Он, конечно же, передал. Но рокот движков семи вертолетов «Радонеж», раскручивавших винты на посадочной площадке за особняком, не затих. А зря: секунд, эдак, через сорок характерный посвист лопастей начал ускоряться, а в оперативном канале «Паутинки» раздался голос Антипа Назаровича:

— Здесь командир группы «А». Мы на месте. Взяли под контроль Воздух. Вертушки никуда не полетят…

— Здесь командир группы «Б»! — дал о себе знать Максим Алексеевич. — Наш дрон в воздухе. Судя по картинке, к погрузке в «Радонежи» готовится «коробочка» из ста восьмидесяти человек. До строя не дотягиваюсь — он стоит перед торцом особняка — так что ранги магов не определю. Зато могу сказать, что группа командиров, стоящая чуть поодаль, уже задергалась…

«Принято!» — написал я все в тот же канал, снова вперил недобрый взгляд в дежурного по КПП и холодно усмехнулся: — Ваши борта не взлетят. Так что начинайте готовиться к войне: до ее начала осталось всего пятьдесят две минуты…

…На первый взгляд, слишком дискретное кольцо оцепления, замкнутое вокруг поместья Вышеславцевых, оправдало себя без четверти двенадцать — мои родичи сначала засекли чувством Воздуха, а затем аккуратно «упаковали» в коконы и отправили в медикаментозный сон группу из десяти «невидимок». После чего нашли и изъяли баллоны с боевыми отравляющими веществами. Вот я из себя и вышел: выслушав лаконичные доклады Антипа Назаровича и Ивана Борисовича, вытребовал и переслал генералу Анциферову фотографии маркировок, подождал порядка трех минут, принял вызов государя и вдумался в о-о-очень злой монолог:

— Эти спецсредства были украдены с Иркутских окружных складов ИСБ в марте девяносто четвертого. То есть, в период, когда ими командовал один из братьев нынешнего главы рода Вышеславцевых. Вещество, содержащееся в баллонах, отличается сразу несколькими неприятными свойствами — уже через восемь секунд после распыления перестает быть видимым, сохраняет крайне высокую токсичность даже при достаточно сильном ветре, а чуть менее, чем через четыре часа полностью разлагается и не оставляет идентифицируемых следов ни на местности, ни в организмах жертв. Не знаю, как вы, а я в ярости. Поэтому поднял по тревоге сразу несколько спецподразделений и сразу после завершения вашей межродовой войны вырежу под корень род, не только укравший эту дрянь, но и решивший применить его против своих сограждан! В общем, не тяните с воздаянием и не жалейте ублюдков, плюнувших в лицо и вам, и мне…

Я тоже был в ярости.