Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

— Что она хотела?

— Думаю, что она караулила Веронику. У нее был прибор, который считывал передвижения адептов. Она искала Подорожную и, видимо, не знала, что нас приехало на остров две.

— Зачем ей понадобилась твоя сестра?

— Незачем. Ей требовалось поговорить или запугать адепта с факультета звездокрылов, и выбор пал на Веронику… Но я удивлена, что ты не спрашиваешь о самом главном. О своей роли в этом деле.

Я нахмурилась, пытаясь понять намек, но ни одной связной мысли в голову не шло.

— Она пыталась убить тебя, дурочка.

— Что?

«Что?» — словно эхом откликнулся брат по связи.

— Представь себе. Дамочка уже тогда знала, что ты сестра ректора, и попыталась устранить. Представляешь масштаб скандала и заголовки «Сестра ректора погибла в первый месяц обучения. Кто следующий?»

— И ты согласилась… устранить меня?

На лице Астрид мелькнуло удивление пополам с обидой.

— За кого ты меня принимаешь? За демона в юбке?

Честно говоря, да. Может, конечно, не демона в юбке, но ту еще беспринципную влюбленную в Кристена змеюку в ней видела точно.

От Астрид я ждала только худшее. Может, поэтому не сильно поверила в сказанное далее.

— Женщина предложила сделку. Она дает мне специальную иглу, я пробираюсь в Черный сектор, случайно задеваю тебя — достаточно лишь царапины, и яд доделает все остальное. А после мне пообещали неприлично большую сумму денег и возможность уплыть с острова, но я отказалась, а тут и преподаватели подоспели.

«Видимо, они нашли кого-то другого на эту роль», — глухо пробормотал брат.

«А я сразу сказал, что порез этот странный», — ворчливо напомнил Тихон, которому пришлось лечить мою руку.

«Адриана могла умереть…» — заметил Хет-Танаш, но так многозначительно, что окончание фразы «если бы не моя кровь» даже не пришлось произносить.

— Как видишь, я не такая сволочь, как тебе казалось, — усмехнулась Астрид.

Но что-то смущало в ее рассказе. Смущало настолько, что я вспомнила про отчисленную лекарку и подалась вперед, точно гончая, почуявшая добычу.

— Это ты подставила Таину Знающую?

Астрид посмотрела в потолок, покусала нижнюю губу и дернула подбородком.

— Подставила — это чересчур громко сказано. Скажем так, я просто вынесла мусор раньше положенного срока.

— Ты забрала перчатки, которыми она обрабатывала мою рану, из мусорной корзины и оставила те, что были испачканы ядом ядожала, чтобы на Знающую пали все подозрения, — понятливо кивнула я, а девушка на больничной койке слабо пожала плечом. Своей вины она не ощущала.

«А я говорил, что Таина не виновата», — услышала я голос Мела в наушнике и озадачилась.

Разве они были знакомы с адепткой Знающей?

— Ладно, — собралась я с мыслями. — Если ты отказалась от предложения той странной женщины, то как вышло, что вчера звездокрылы заразились непонятной болезнью?

Астрид вздохнула и с отвращением и ненавистью посмотрела на покрытую язвами руку.

— Меня провели как ребенка, — прошипела она и сжала руку в кулак. — Та дамочка нашла меня вчера утром. Кстати, радуйся. Она оставила мысли о твоих пышных похоронах и вместо этого решила устроить повальный мор среди завров. Сказала, что именно я должна спровоцировать вспышку болезни. Мне всего-то и надо, что проникнуть в один из вольеров ядожалов и воспользоваться тем же артефактом, что применили к тебе. Взамен я получаю возможность уехать с острова. И я согласилась, но…

— Но отравить ядожала тебе совесть не позволила. Небовзоры склонны взрывать все, что кажется им подозрительным. И тогда ты подумала о добродушных лапочках — звездокрылах.

— Типа того.

Я уставилась на девушку как на что-то инородное. Меня едва не колотило от чувства несправедливости и порицания политики избирательности, которой так искренне руководствовалась Астрид.

Убить Адриану Нэш — что вы, я не такая!

Подставить Таину Знающую — да раз плюнуть.

Своих завров я травить не буду, мне жалко, а какие-то там звездокрылы пусть дохнут.

Вот как так можно?

— Кракен умер. Тьма умерла. Все остальные в очень плохом состоянии, — попыталась достучаться я до совести Астрид, но с тем же успехом можно было стыдить капельницу.

Вместо искреннего раскаяния в содеянном девушка пожала здоровым плечом и равнодушно уставилась в потолок.

Нет, ну что за человек?

— Ладно… — оставила я попытки поменять чужие моральные ценности и принялась перечислять: — Ты напоила Веронику снотворным и забрала ее форму звездокрылов вместе с боевой манжетой. Воспользовалась суматохой и проникла в Черный сектор. Применила артефакт и наслала мор. После вернулась обратно в комнату, поменяла одежду и разбудила сестру. Так?

Астрид вяло покивала и с неожиданной болью в голосе выпалила:

— Та женщина пообещала! Она сказала, что я не пострадаю и смогу уехать. Как же!

«Если это программируемый вирус, то при наличии артефакта я могу остановить распространение болезни», — услышала я приглушенный голос господина Клебо в наушнике.

«А что насчет полностью вылечить?» — тут же спросила Эрика Магни.

«Затруднительно. Но можно попытаться».

«Риана, спроси у нее…» — начал брат, но я сама все поняла.

— Куда ты его спрятала? Куда ты дела артефакт?

— Вернула.

— Вернула? — не поверила я. — Прости, но это звучит слишком неправдоподобно, чтобы хоть кто-то, знающий тебя больше десяти минут, купился на столь откровенную чушь.

Девушка помолчала, прикидывая, что еще сможет выторговать для себя. Я замерла, тревожно вглядываясь в ее лицо в ожидании ответа. Подозреваю, что преподавательский состав за дверью тоже непроизвольно затаился, боясь спугнуть приступ откровенности Астрид.

— Моя сестра… — наконец сказала та. — Вероника ничего не знала и не должна пострадать. Обещай, что она продолжит учиться и никто из адептов не узнает, что я… что звездокрылов убила… что это сделала я.

Я молчала, не вправе давать такие обещания. Наушник негромко щелкнул и голосом брата дал свое ректорское слово, что все останется в тайне.

— Да, хорошо. Они согласны, — озвучила я.

Астрид смиренно откинулась на подушки и устало сказала:

— Он в моей комнате. Я засунула его внутрь трубы для шторки в ванной.

«Принял», — сообщил Мел, а Дариан скомандовал:

«Уходи. Мы узнали достаточно».

Я молча поднялась со стула, постояла. Надо было что-то сказать, но я так и не нашла в себе слов. Или искренности.

Развернулась, пересекла палату, подняла перчатку, чтобы разблокировать двери карантинного бокса, но уйти не смогла. Обернулась и хмуро посмотрела на умирающую адептку.