Фантастика 2026-72 - Даниил Сергеевич Калинин

– Ты меня не дослушал. Я хотела спросить: а как же приключения?

– Мм? Их вроде и так хватает.

– Только не надо утверждать, что ты, когда займешь меня каким-нибудь важным делом, не отправишься сам за кристаллами! Ну, признавайся! На меня смотри! – Она крепко схватила его ладошкой за подбородок. – А глаза зачем закрывать? Ха! Он еще возмущается!

– Да нет.

– Тогда смирись и больше не смей меня обманывать!

– О-о-о-о!..

– И не надо восторгаться моим умом и сообразительностью. Не люблю подхалимов! Запомни это.

– Э-э-э… – Дмитрий безуспешно пытался отыскать нужные слова, но при этом остаться в рамках обещанной своей любимой честности. Но ничего, кроме мычания, у него не получилось. Александра и в самом деле разгадала все его замыслы и не повелась на показной отказ от попытки отправиться за кристаллами. Оставалось только вздохнуть с запоздалым сожалением: – М-да.

Но и это было разгадано с шокирующей легкостью:

– И не надо жалеть о том, что ты мне рассказал про жуткого колдуна Купидона. Все равно я подозревала нечто подобное и тебя бы одного никуда не отпустила. Сама отмазку лучше тебя придумать могу. Так что в Кабаний отправляемся вместе. Само собой, после соответствующей экипировки. Или тебе надо вначале немножко поспать? – Видя, что супруг продолжает в сомнении хмурить брови и устрашающе двигать челюстью, пояснила: – Ты теперь женатый человек. Поэтому часть твоих забот, проблем и размышлений я с готовностью взвалю на свои плечи. Спланирую все, обдумаю, подскажу, где надо, и тебе только останется претворить в жизнь готовый план. Легко?

– Даже слишком! – рассмеялся Торговец, не выдержав такого напора. – Если так и дальше пойдет, то ты будешь заранее предсказывать все мои мысли и подсказывать сразу готовые решения. Как в том анекдоте: невеста до свадьбы все обещала делать по дому сама, а после свадьбы напомнила мужу: «Но ты при этом будешь меня носить на руках! Обещал ведь!»

– Очень правильный анекдот, жизненный, – похвалила графиня Светозарова своего супруга и с некоторым высокомерием сделала попытку слезть с колен. – Или тебе тяжело?

Теперь он смотрел на нее с укором.

– Обижаешь! Наоборот, мне очень приятно даже просто к тебе прикасаться. И за это удовольствие я готов на все.

– Значит, спор окончен. Можешь меня сразу нести в то место, где у тебя вся необходимая для воинов экипировка.

– Уговорила. – Дмитрий встал, легко подкинул жену на руках и отправился к забаррикадированной двери. – Только вот надо вначале переговорить с настоятелем, а если братия уже согласилась на размещение здесь гостей, то и со всеми монахами одновременно. Будет лучше, если я свои советы, рекомендации и предупреждения выскажу при всех.

– Ладно, тогда я пока пройдусь ножками, – решила Александра, выскальзывая из мужских объятий. – Неохота боевую форму терять.

– А как вообще себя чувствуешь? – запоздало спросил Светозаров, убирая лавку и открывая дверь. – Ничего не болит?

– Не то слово! У меня все тело вибрирует от силы. Кровь по венам шипит, словно шампанское. Боюсь пробовать, но мне кажется, могу одним ударом кулака вот эти перила перебить.

Они как раз вышли к лестнице, ведущей вниз.

– Не надо! – успел воскликнуть супруг, заметив, как Шура ребром ладошки замахнулась на толстенный брусок перил ограждения. – И так этому монастырю досталось изрядно в последнее время. А если тут еще и детки с неделю поживут…

– Кстати, а если полиция или пресса слишком строго начнет всех детей и их опекунов допрашивать? Вдруг про мир Зелени кто-то проболтается?

– Ничего ни у следователей, ни у журналистов не получится. Все дети умеют ставить гипнотические блоки против ментальной атаки, да и большинство из них сами могут кого угодно заговорить, загипнотизировать и сделать круглым идиотом. Подобные навыки прививались и их опекунам, почему и проводилась эдакая семейная «стажировка» в Свирепой долине.

Дальше разговор пришлось прекратить, потому что пара спустилась в холл монастыря, где с чинной степенностью и истинным стоицизмом в полной тишине восседали почти все монахи, обитающие в монастыре. Исключение составляли лишь люди, стоящие на боевых постах. Отец Клод словно дожидался прихода молодоженов и наверняка в создавшемся безмолвии издалека слышал последний разговор, ведущийся между ними. Да и скрывать это не стал, шагнул навстречу и начал с напоминания:

– Нам было обещано поговорить с этими детьми. Но если они умеют гипнотизировать, то как мы узнаем правду?

– Да очень просто: эти дети не умеют лгать. Зато умеют сразу распознавать людей честных и порядочных и сами решать, до какой степени вас всех посвящать во всемирские тайны. Мало того, главными и «старшими» здесь окажутся не пожилые люди, родители, опекуны, а именно дети. Вам придется не просто прислушиваться к их мнениям и пожеланиям, а, скорее всего, выполнять любые их указания.

– Выполнять? – Впервые на лице настоятеля монастыря можно было прочитать такие эмоции, как удивление и недоверие. Он даже с братьями переглянулся, которые тоже слушали с оттопыренными ушами и смотрели на все расширенными глазами. – То есть они нами будут командовать?

– Нисколько. Просто их рекомендации и пожелания в любом случае будут на порядок правильнее, чище и гуманнее, чем помыслы большинства обитателей нашей планеты.

– То есть эти дети… – стал формулировать очередной вопрос отец Клод, но Торговец его вежливо перебил:

– Все тонкости дела я расскажу после вашего согласия на сотрудничество. Итак?

– Да мы уже согласились и заказали все необходимые продукты, – деловито доложил настоятель. Но сразу спохватился и полез в карманы своих одежд. – Вот только денег тут слишком много оказалось.

Он протягивал Светозарову пакет с банкнотами в пятьсот евро. Но тот даже не глянул на деньги.

– Еще и мало будет. Но раз вы дали единодушное согласие… – Он сделал паузу и посмотрел в глаза каждому из присутствующих монахов. Кажется, осмотр его удовлетворил, потому что он торжественно продолжил: – То отныне ваш монастырь, который по невероятному совпадению называется обитель Желтых Грез, становится всемирным центром высшего целительства. А легенда для всех любопытных будет такова: некоторые дети, побывавшие здесь или пожившие неделю, обретают дар видеть любую болезнь и даже влиять на ее устранение. Ну, или что-то в этом роде, по ходу событий дети сами решат.

Легенда казалась умопомрачительной, пояснения к ней – невероятными, а будущее данного монастыря могло показаться любому слушателю нереальным.

Глава пятая

Беглец

Павел Павлович никогда себя раньше не мог представить на месте униженного изгоя или бесправного беглеца. Но именно таким он себя сейчас и чувствовал. Впервые в жизни он боялся по-настоящему и ощущал пупырышки